Запись 14.
Тяжело вспоминать. Иногда, оборачиваясь назад, я не понимаю, как прошла через это. Всё кажется странным и неестественным, будто смотрю какой-то фильм. Ну правда, разве такое может происходить на самом деле?
Я долго думала, стоит ли писать то, что сейчас расскажу. Это больше похоже на сценарий криминального боевика, но, видимо, судьба у меня такая — пройти и увидеть всё самой, чтобы потом, если смогу, уберечь от подобной жизни своих детей.
Это продолжение истории о том, как мы с дочкой оказались в наводнении и что там с нами произошло.
Прошло уже несколько дней, как мы находились у тёти мужа в соседнем посёлке. Света по-прежнему не было, транспорт тоже не ходил. Мы не понимали, что происходит. Информация доходила обрывками — только от тех, кто имел личный транспорт и мог доехать от одного посёлка до другого.
Однажды вечером в соседнем подъезде раздался странный шум. Было похоже на чью-то борьбу, слышался плач девушки. Я хотела выйти и посмотреть, но мне не позволили. Тётя замкнула все двери, потушила свечу и велела сидеть беззвучно. Стало тихо, и мы так и не поняли, что произошло. Но у меня было ощущение, что там кого-то избивали… а может, и хуже.
На следующий день пришла настоящая беда — в доме напротив нашли повешенной 15-летнюю дочку соседки. То, что она сделала это сама, никто не верил — слишком высоко, слишком неправдоподобно. Вскоре всплыли неприятные подробности. Все знали, кто и за что это сделал. И все молчали. Молчали, смотрели родителям в глаза и молчали.
Посёлок давно считался неблагополучным. Преступления, особенно изнасилования, здесь совершались в открытую. И никто с этим ничего не делал. Здесь даже беглые преступники прятались. Только потом, с расстояния времени, я поняла, по какому тонкому льду я тогда ходила. Бедный мой ангел-хранитель.
Когда включили свет и расчистили дорогу, я с дочкой поехала обратно к свекрови. Её дома ещё не было, но её младшая дочь (назовём её А.) уже вернулась. И она сказала мне:
"Тебя искали."
Та самая компания, что держала посёлок в страхе, хотела «познакомиться». А. сказала им, что я возвращаюсь, и тогда они пригрозили: если меня не будет, они «воспользуются» ею.
Спасибо ей, что предупредила. Возможность уехать была только утром, а это значило — надо пережить ещё одну ночь.
До темноты оставалось совсем немного. План возник почти сразу. Мы отнесли мою дочку к бабушке-соседке. Нас бы она к себе не пустила — слишком все боялись этих отморозков. Но она пожалела ребёнка и забрала мою дочку к себе. Спасибо ей за это.
В голове созрел план ( я перечитала детективов 😁) я придумала ловушку. Нашла проволоку, обмотала ею снаружи ставни, концы провела через щель у окна внутрь, туда, где из розетки торчали оголённые провода. Сделала на концах петли и накинула их на провода. Потом мы с А. нашли старые вещи, вытащили их в огород, в высокую траву и легли там. Вода уже немного сошла, но земля всё ещё была мокрая. Лежать пришлось почти в луже — холодно, мокро, страшно. Но согревала мысль, что дочке сейчас тепло и безопасно.
Помню, была яркая, полная луна. Они приехали с той стороны, где их никто бы не заметил. Подошли к двери — не открывается. Я подпёрла её тяпкой и пролезла через форточку ( благо с весом в 50кг в то время я могла проскользнуть куда угодно).
Пошли к окну. Смеются:
"Когда это нас какая-то проволока останавливала? Дурочки."
Один полез в окно, схватился за провод…
А дальше — как в кино. Он орал, как бешеный, прыгал по двору. Тут уже и нам можно посмеяться да нельзя. Мы затаились. Они поняли, что нас внутри нет. Заглянули к соседке. Дверь, слава богу, не выбили. Посмотрели — нет нас там. Ушли. Уходя, сказали, что ещё вернутся.
Мы вернулись в дом только на рассвете. Я собрала вещи, забрала дочку у соседки — и уехала на первом же автобусе в город. Лучше уж спать в кошмарах в родительском доме, чем не спать от страха за жизнь.
Примерно через неделю хата у свекрови рухнула — от воды. Я забрала её к себе с её дочкой. Но это уже другая история.
---
Бывало ли у вас чувство, что вы выбрались из фильма ужасов только потому, что кто-то сверху держал над вами крыло?
Иногда мне кажется, что это не я была смелой. Это кто-то просто не дал мне сломаться.