Часть первая. Встреча с невозможным
Веник со свистом рассёк воздух и приземлился на мою спину с такой силой, что перед глазами заплясали звёздочки.
— Размазня! — прогрохотал голос, от которого задрожали стены древней баньки. — Ещё десять ударов, и можешь считать, что разминка закончена!
Я застонал. Если бы полгода назад мне сказали, что моим личным фитнес-тренером станет мифическое существо с бородой до пола и характером дрессировщика тигров, я бы покрутил пальцем у виска. Но судьба — та ещё шутница.
А началось всё с того, что в один промозглый октябрьский день я, Виталий Кругломясов, тридцати семи лет от роду, владелец небольшой типографии и обладатель внушительного живота, решил наконец-то взяться за своё здоровье.
После пятой диеты, трёх абонементов в спортзал и бесчисленных попыток пробежать хотя бы километр без риска для окружающих, я признал поражение. Современные методы похудения работали с моим организмом как-то избирательно: деньги утекали, а вес оставался на месте.
И вот, вдохновившись очередным роликом о "чудесном преображении за 30 дней", я решил поехать на дачу к своему дядьке Михалычу — человеку, который за всю жизнь не выпил ни одной бутылки газировки и считал смузи каким-то ругательством.
— Чего приехал-то? — спросил Михалыч, подозрительно оглядывая мою городскую куртку и модные кроссовки. — Не сезон вроде.
— Да вот, решил... оздоровиться, — промямлил я, уже сомневаясь в своей затее.
Михалыч хмыкнул, почесал затылок и вдруг просветлел лицом.
— А знаешь что? Баньку протопи. Там у меня за огородом старая стоит, я её от деда унаследовал. Натопишь, попаришься — все хвори как рукой снимет.
Я скептически покосился в сторону покосившегося строения, видневшегося вдалеке.
— В ней хоть потолок не обвалится?
— Обижаешь! — Михалыч стукнул себя в грудь. — Эта банька ещё моего прадеда парила. Крепче новых построек будет.
Делать было нечего. Через час я уже таскал воду из колодца и растапливал древнюю печь, которая, судя по конструкции, помнила времена первых Романовых.
Внутри баньки пахло старым деревом, травами и чем-то неуловимо древним. На стенах висели пучки сухих растений, названий которых я не знал, а в углу примостился почерневший от времени веник.
Когда температура достигла той стадии, когда дышать становится трудно, а снаружи моросящий дождь превратился в снег, я решил, что пора. Разделся, плеснул на камни водой и...
И в этот момент в бане погас свет.
Я замер. Электричества в баньке не было — откуда было гаснуть свету? А потом понял — это пар застилал всё вокруг, такой густой, что казалось, его можно резать ножом.
— Нуууу, здравствуй, добрый молодец, — раздался из клубов пара скрипучий голос, от которого у меня волосы на затылке встали дыбом.
Из белесой мглы проступила фигура. Сначала я увидел босые ноги — узловатые, с длинными пальцами. Потом — длинную рубаху, перехваченную верёвкой. А затем и лицо — морщинистое, будто высушенное временем, с бородой, похожей на лесной мох, и глазами... этих глаз я никогда не забуду. Они светились изнутри, как угольки в печи, и смотрели прямо в душу.
— Кто... кто вы? — пролепетал я, пятясь к двери и лихорадочно вспоминая, где оставил телефон.
Существо усмехнулось, показав зубы, острые и неровные.
— Банник я. Хозяин бани. А ты, стало быть, похудеть хочешь?
Я поперхнулся.
— А вы откуда...
— Да написано на тебе всё, — махнул рукой Банник. — Сто двадцать килограммов живого веса, одышка, суставы хрустят как сухари, а всё гамбургеры да пицца. Верно говорю?
Возразить было нечего.
— И что теперь? — спросил я, почему-то успокаиваясь. Если бы это существо хотело меня убить, оно бы уже сделало это.
Банник скрестил руки на груди.
— А теперь тебе повезло, потому как я как раз новое дело осваиваю. Фитнес-тренерство! — он гордо приосанился. — В наш век надо с современностью идти в ногу. Раньше я просто пугал тех, кто неправильно в бане себя вёл, а теперь решил пользу приносить. Так что, — он прищурился, — хочешь моей помощи?
Говорят, отчаяние толкает людей на безумные поступки. Наверное, это правда, потому что я кивнул.
Улыбка Банника стала шире.
— Вот и договорились. Запомни: три месяца, никаких пропусков, никаких отговорок. Будешь делать всё, что скажу. Похудеешь, окрепнешь — сам себя не узнаешь!
Я потёр лицо ладонями.
— А если я откажусь?
Улыбка Банника стала ещё шире, а его глаза полыхнули недобрым огнём.
— А я тебя и не держу. Иди. Только учти: второго шанса не будет. Так и будешь пыхтеть до инфаркта, а потом ляжешь в землю раньше времени. Выбирай.
Я выбрал Банника.
Часть вторая. По следам предков
— Пятьдесят два! Пятьдесят три! Пошевеливайся, тюфяк! — Банник, восседавший на полке, размахивал веником, как дирижёрской палочкой.
Я, красный как рак, в сотый раз нырял в ледяную бочку и выскакивал наружу, выполняя какой-то древнеславянский комплекс закаливания.
Два месяца прошли как в тумане. Первые две недели я был уверен, что умру. Потом — что уже умер и попал в какой-то особый круг ада для любителей фастфуда. К концу первого месяца я начал замечать, что одежда стала свободнее, а к середине второго уже мог пробежать три километра без остановки.
Тренировки с Банником не имели ничего общего с современным фитнесом. Никаких беговых дорожек и эллипсоидов. Вместо этого — колка дров, таскание воды из колодца, обтирания снегом, прыжки через костёр (это было особенно страшно) и загадочные упражнения с камнями.
— Банник, — спросил я как-то, отдуваясь после очередной серии приседаний с берёзовым поленом, — а почему нельзя просто бегать и качать пресс, как все нормальные люди?
Банник фыркнул.
— Нормальные люди, говоришь? А где они, эти твои нормальные люди? В тренажёрках с кондиционерами, где пахнет химией и потом? Где музыка грохочет так, что духи земли глохнут? Где железки бездушные вместо живого дерева? — Он сплюнул. — Это всё как эти... как их... протеиновые коктейли. Вроде и питают, а души в них нет. А человек без души — что полено без сердцевины: снаружи крепкий, а внутри пустой.
Он помолчал, потом добавил уже мягче:
— Предки твои не знали никаких тренажёров, а были сильнее медведя. Потому что с природой в ладу жили, её силу в себя брали, а не против неё шли.
В его словах был смысл, хоть и звучали они странно. Ведь действительно: за два месяца я сбросил почти тринадцать килограммов — больше, чем за все мои предыдущие попытки, вместе взятые.
— А что будет, когда три месяца закончатся? — спросил я как-то вечером, когда мы сидели у огня и пили травяной отвар, рецепт которого Банник держал в секрете.
Он долго молчал, глядя на пламя.
— Разойдёмся, — сказал наконец. — Ты к своей жизни вернёшься, я — к своей.
— А я смогу... навещать тебя?
Он хмыкнул, но как-то грустно.
— Бани эти по всей Руси стоят. Где-нибудь да встретимся, если судьбе угодно.
В последний день нашей программы, когда весы показали минус пятнадцать килограммов, а в зеркале отражался человек, которого я с трудом узнавал, Банник был необычно тих.
— Что ж, — сказал он после финальной бани, — свою часть уговора я выполнил. Теперь твой черёд.
Я удивлённо поднял брови.
— Мой черёд? Какой ещё уговор?
Банник усмехнулся.
— А ты думал, я просто так время на тебя тратил? Нет, брат. Долг за тобой.
У меня внутри похолодело. В голове мелькнули истории о сделках с нечистью, о страшной плате...
— Не бледней так, — засмеялся Банник, заметив моё лицо. — Не душу твою требую. Просто обещай: найди старую баню в своём городе. Настоящую, деревянную. Растопи её как положено, с уважением и по правилам. А потом... просто расскажи обо мне. О том, что мы, банники, никуда не делись. Просто затаились. Ждём, когда люди вспомнят, что не всё в мире можно измерить цифрами и впихнуть в приложение на телефоне.
Я молча кивнул, чувствуя комок в горле.
Он протянул мне руку — сухую, шершавую, удивительно тёплую.
— Береги себя, Витя. И помни: человек не должен быть слабым. Это оскорбление для тех, кто дал тебе жизнь.
Я моргнул, а когда открыл глаза — его уже не было. Только пар клубился в углу бани, да потрескивали угли в печи.
Через неделю я вернулся в город. Жизнь закрутилась в привычном ритме, но что-то во мне изменилось навсегда. Спортзал? Ха! Забыл, как выглядит. Теперь мои тренировки — это забеги по парку в дождь и снег, как блаженный. Жильцы соседних домов крутят пальцем у виска, когда видят, как я в январе колю дрова для камина в одной футболке. А летом в пять утра мой сосед по площадке регулярно матерится, когда я начинаю топот и обливание ледяной водой.
Надо было баню найти. Не эти новомодные спа с ароматизаторами и шампанским, а настоящую, деревянную, с каменкой. Я уж думал, что в нашем городе таких не осталось. Но в прошлые выходные повезло — в старом районе, где ещё сохранились деревянные дома с резными наличниками, наткнулся на покосившуюся вывеску "Баня по-чёрному". Пожилой хозяин, узнав о моём интересе, согласился сдать её на вечер за символическую плату.
Когда я растопил печь и первые клубы пара заполнили помещение, мне показалось, что в углу мелькнула знакомая фигура. Может, это была игра теней, а может...
— Ну здравствуй, ученик, — проскрипел из темноты знакомый голос. — Как похудение поживает?
Я улыбнулся и поклонился темноте.
— Пятнадцать килограммов и держусь, учитель.
А потом добавил, понизив голос:
— Я выполнил обещание. Рассказал о вас. Теперь люди знают, что банники всё ещё здесь.
Из пара донёсся тихий смех.
— Хорошо. Теперь давай парить тебя буду. По-настоящему, как предки парились. Забыл уже небось всё, чему учил?
И я со смехом шагнул в клубы пара — навстречу своему необычному другу и новым испытаниям.
Может, в следующий раз, когда вы пойдёте в баню, прислушайтесь к шорохам в углу и присмотритесь к теням на стенах. Возможно, вы тоже встретите своего личного тренера. Только учтите — халтурить он вам не даст!
От автора
В НАВИГАЦИИ КАНАЛА эксклюзивные истории, которые не публикуются в Дзен.
Лайк и подписка вдохновляют автора на новые истории! Делитесь идеями в комментариях. 😉
P.S. Хейтеров в бан. У нас территория хорошего настроения и конструктивного диалога!