Продолжение. Начало здесь:
И здесь.
Мы оставили экспедицию Лаперуза в одноименном проливе, в августе 1787 года. Оставив по правому борту берега острова Хоккайдо, "Буссоль" и "Астролябия" вышли в Охотское море, и двинулись вдоль гряды Курильских островов.
Надо сказать, что члены экспедиции питали немалый интерес к этим островам. Достоверно, они не были изучены, при этом в кулуарах французского правительства витал призрачный план о том, как бы разместить на островах свою перевалочную базу. Юридически на них претендовали Российская империя, Япония, Китай и Корея, фактически же, это была ничейная земля, где жили небольшие колонии нивхов и айнов.
Впрочем, суровый нрав Охотского моря не разрешил Лаперузу ступить на земли этого архипелага. Шторма вынудили корабли идти прямиком в Авачинскую бухту - на полуостров Камчатка.
Вечером 6 сентября корабли находились у входа в Авачинскую губу. Утром 7 сентября флотилия отдала якоря ввиду гавани Петра и Павла, где и встретила радушный прием коменданта - поручика Хабарова. Спешу расстроить, к строительству города Хабаровска оный чиновник касательства не имел. В "Именном алфавитно-поисковом аннотированном указателе
к сборнику документов и воспоминаний "Петропавловск-Камчатский" он называется лейтенантом Хабаровым, временно исполняющим обязанности коменданта порта. В книги историка Ирины Витер, "Хроника строительства города Петропавловска (1740–1923)", упоминается что указанный лейтенант родом был с Урала, в то время как семья Ерофея Хабарова происходила из Устюга, а сам он закончил свои дни в Якутии. Впрочем, о Хабарове мы поговорим как-нибудь отдельно. А пока вернемся к его однофамильцу.
В конце XVIII века Петропавловск - крохотный форт с гарнизоном около сорока человек и населением едва ли в сотню. Еще не взвился здесь флаг Ост-Индийской компании, не развернута хищническая добыча калана и нерпы, не проложены маршруты на Аляску. А административно, пост принадлежит к Иркутскому наместничеству со столицей... в городе Охотск. И снова, требуется пояснение, это вовсе не тот поселок Охотск, который сейчас является центром Охотского района Хабаровского края.
Впрочем, Петропавловск-Камчатский успел уже повстречать одного маститого капитана - за несколько лет до Лаперуза, в 1799 году здесь побывали корабли экспедиции Джеймса Кука - «Резолюшн» и «Дискавери». Ирина Витер пишет, что Кук был изрядно впечатлен красотами и размерами Авачинской бухты: "Гавань Петра и Павла способна вместить весь английский и французский флоты вместе взятые", - утверждал он.
Лаперузу на Камчатке тоже понравилось. Здесь была некоторая европейская культура - губернатор Козлов-Угренин, прибывший в Петропавловск с инспекционной поездкой и заставший у себя во владениях французскую экспедицию оказался человеком образованным. В честь гостей был дан бал с обильными закусками, демонстрацией русских и камчадальских народных танцев и представлением. Козлов с удовольствием вел с офицерами беседы по-французски, оказывал содействие ученым, исследовавшим флору, фауну и небо над Камчаткой. Там же Лаперуз получил корреспонденцию, отправленную из Петербурга, в одном из писем узнал о присвоении ему командорского титула. В честь этого события окрестности Авачинской бухты огласили выстрелы из корабельных пушек - был дан салют в честь командора Лаперуза...
Впрочем, хорошего понемногу. Близился октябрь, становилось все холоднее и экспедиции надобно было возвращаться в теплые моря - зимовать на Камчатке Лаперуз не собирался. Отправив сухопутным путем в Петербург Бартоломе Лессепса он погрузил продовольствие и питьевую воду и приготовился к выходу в море.
30 сентября 1787 года под артиллерийский салют береговых батарей гавани Петра и Павла «Буссоль» и «Астролябия» покидали Камчатку. С Козловым и Хабаровым прощались очень тепло. «Ни в одной другой стране мира и никогда гостеприимство не проявлялось с большей внимательностью и заботой», – писал Лаперуз.
