"Игра престолов", как и вдохновившая её книжная серия, погружает зрителей в мир с собственной историей, культурой и - что особенно важно - тайнами. Многие сюжетные линии побудили фанатов строить сложные теории: о том, к чему приведут судьбы героев, или как трактовать события, чтобы предугадать развязку. Одна из таких теорий предлагает свежий взгляд на коррупцию, распространённую среди Великих Домов Вестероса, - и связывает её напрямую с угрозой Белых Ходоков.
Это не безумная теория заговора, где всё объясняется магией. Напротив - автор опирается на религиозные идеи из реального мира, чтобы показать, как каждый из Домов, возможно, сам того не осознавая, приблизил собственную гибель. Даже если эта гипотеза не совпадает с тем, что задумывал Джордж Мартин, её логика заслуживает внимания. Она предлагает необычную трактовку решений Ланнистеров, Старков и других семей - и может заставить по-новому взглянуть на знакомые события. А значит, её стоит хотя бы разобрать.
Грехи Великих Домов Вестероса
Первый шаг к пониманию этой теории - знакомство с концепцией семи смертных грехов. Большинство знает их: гордыня, похоть, жадность, лень, чревоугодие, гнев и зависть. Если наложить каждый из них на один из Великих Домов Вестероса, поведение этих семей становится куда яснее - как и причины их падения. Даже Старки, любимцы публики и, по сути, главные герои, не остаются в стороне.
Их порок - гордыня. В первую очередь - упрямство, которое раз за разом приносило им больше бед, чем пользы. Старки верят в честь и преданность, но в таком жестоком мире, как Вестерос, эти добродетели работают лишь в том случае, если их разделяет и враг. А если нет... Достаточно взглянуть на то, что стало с детьми Неда Старка после его казни, чтобы понять, сколь опасно быть "честным" в мире, где честность воспринимается как слабость.
Но и другие Великие Дома не без греха. Ланнистеры, как ни удивительно, воплощают похоть. В первую очередь - запретную связь Серсеи и Джейме. Но речь не только о телесном влечении. Ланнистеры жаждут власти - без оглядки на последствия, не думая о том, кого могут ранить и какую ненависть пробуждают своими действиями.
Таргариены же олицетворяют зависть. Особенно это проявилось после их изгнания из Вестероса в ходе восстания Роберта. Зависть к тем, кто занял Железный трон, пронизывает и Визериса, и позже - Дейенерис. Стремление вернуть утраченное величие сжигает всё светлое, что когда-то было в них, оставляя лишь волю к власти.
Тиреллов теория связывает с жадностью, а именно с жадностью к власти. На протяжении всей войны пяти королей Тиреллы демонстрировали поразительное отсутствие лояльности. Сначала они поддерживают Ренли Баратеона, затем легко переходят на сторону Ланнистеров, заключая союз через брак Маргери с Джоффри, а позже с Томменом. После - они снова меняют сторону, присоединяясь к Дейенерис: отчасти ради мести, но в первую очередь потому, что понимают - оставаться с Ланнистерами бесперспективно.
Вся их стратегия - это постоянные перетекания к тем, кто, как им кажется, находится на вершине.
Гнев - это Баратеоны. Об этом даже ярко намекает сам девиз этого дома - "Нам ярость". Роберт - один из самых вспыльчивых персонажей в сюжете, он легко срывается, то словесно нападая на окружающих, то влепляя пощёчину Серсее. Даже его бастард Джендри временами проявляет ту же грубую резкость. Символично, что их герб украшает олень - внешне спокойное, но способное прийти в ярость животное.
Идеологически Баратеоны тоже вписываются в этот образ: среди смертных грехов именно ярость наиболее тесно ассоциируется с грубой, воинственной мужественностью. Да и в доме почти нет женских фигур - всё пространство занято суровыми, ожесточёнными мужчинами, пожираемыми собственным огнём изнутри.
Если рассматривать чревоугодие как чрезмерное потакание инстинктам - будь то еда, близость или что-то ещё, - то Мартеллы подходят как никто другой. Их линия после гибели Оберина многими считается провальной, но поведение самих персонажей словно специально подчёркивает их избыточность.
Распущенность, увлечение жестокостью ради удовольствия (будь то на арене или из мести, как у Песчаных Змеек), показная эмоциональность - всё это формирует образ дома, живущего на избытке чувств и утех.
Даже их диалоги подчинены той же избыточности - изобилие хлёстких, но плоских реплик, которые, кажется, больше нужны ради эффектности, чем содержания. Мартеллы не просто позволяют себе лишнее - они в этом купаются.
Слабым местом теории можно назвать только попытку приписать лень Дому Фреев. Нет, они действительно ленивы: делают лишь необходимый минимум, перекладывают грязную работу на других. Проблема в другом - Фреи не Великий Дом. Влиятельный - да. Но до настоящего величия им далеко, несмотря на амбиции их главы.
Тем не менее, образ ленивых и некомпетентных они воплощают идеально. Особенно это заметно, когда Джейме Ланнистер без труда проникает в их "осадный лагерь" и с ужасом видит, как всё там буквально рассыпается на глазах. Их отказ брать на себя ответственность и участвовать в настоящей борьбе делает Фреев не просто презираемыми - они становятся символом всего жалкого и жалобного в мире Вестероса.
Белые Ходоки пришли, чтобы наказать человечество
Идея о том, что каждый из Великих Домов Вестероса олицетворяет один из смертных грехов, помогает понять, в чём корень бед этого королевства. Если это действительно так, неудивительно, что Вестерос погряз в хаосе. Когда у власти оказываются люди, полностью подчинённые одному греху, они раз за разом совершают одни и те же разрушительные поступки - и в итоге в королевстве неизбежно укореняется коррупция. Пределы допустимого стираются, и к началу Войны Пяти Королей это особенно бросается в глаза.
Разложение Вестероса может вызывать как сострадание, так и отвращение - в зависимости от точки зрения, - но в итоге оно стало прямым следствием действий его самых знаковых злодеев. И именно здесь возникает интересная связь с Белыми Ходоками. В сериале их представили как результат магических экспериментов Детей Леса, превративших людей в оружие против других людей. Но это вступает в противоречие с тем, что говорил о них сам Джордж Мартин.
По его словам, Белые Ходоки - не зло и не добро. Они просто есть. Мартин сравнивает их с природной стихией: метель может убить, но она не злая - она просто метель. То же самое касается Короля Ночи и его армии: это не воплощение зла, а сила природы, действующая в соответствии со своей сущностью.
Здесь теория делает поворот в сторону религиозной символики. Подобно Великому потопу, который, по библейскому преданию, был послан Богом в наказание человечеству, Белые Ходоки в этой версии рассматриваются как кара, ниспосланная Старыми Богами Вестероса. Согласно теории, они были созданы не ради зла как такового, а чтобы стереть человечество - и тем самым очистить мир от греха.
Белые Ходоки, таким образом, - не изначальное зло, а последствие. Они не просто пришли - их вызвали. Они - расплата за грехи тех, кто правил Вестеросом.
Недостатки этой мрачной теории
Хотя сама теория и вправду увлекательна и позволяет взглянуть на персонажей и чудовищ мира сериала под новым углом, она не до конца согласуется с основами, на которых строилась "Игра престолов" и с тем, что было показано в сериале.
Ходоки - намёк на то, что именно люди своими действиями вызвали их появление и возвращение. В этом смысле теория, рассматривающая их как кару за грехи человечества, вполне укладывается в логику мира. Однако она расходится с каноном в другом: здесь Белым Ходокам приписывается конкретная цель и осознанное намерение. Тогда как в книгах и сериале подчёркивается: несмотря на ужасающий облик, они действуют не из злобы - а просто в силу своей природы, как стихийное бедствие.
Ураган может быть разрушительным, но он не злонамерен. Он просто есть.
Хватает спорных моментов и в связи Великих Домов с грехами. Особенно спорным выглядит пример с Мартеллами и чревоугодием. Хотя Оберин отчасти может ассоциироваться с этим - из-за своей страсти к удовольствиям, - в целом Мартеллы вовсе не кажутся людьми, которые соотносятся с чревоугодием.
Романы Оберина воспринимались как нечто привычное для дорнийской культуры, где к внебрачным детям относятся с уважением, а не с презрением. В этом контексте его поведение скорее отражает местные обычаи и личную свободу, чем порок.