Всю жизнь я искренне считала, что люди, работающие долго на одной работе, просто мучаются

Всю жизнь я искренне считала, что люди, работающие долго на одной работе, просто мучаются. Что они не могут её сменить из-за страхов, установок, внутренних убеждений. Что каждый день — это мучение, но они всё равно продолжают ходить на эту надоевшую, набившую оскомину работу.

Я спрашивала у подруг: тебе не надоедает? ну ты же там уже всё знаешь, ничего нового, ничего интересного!

В моей картине мира это выглядело как медленное самоистязание — делать одно и то же, день за днём. Делать то, что ты уже знаешь вдоль и поперёк. Скука. Болото.

Поэтому примерно через год после начала новой работы, когда я уже знала всё от и до и даже залезла в смежные процессы — начиналось выгорание. Медленно. Но верно.

С каждым днём — всё хуже и хуже.

И я шла искать новое.

Потом я придумала себе новую цель — карьера в крупной корпорации.

Но всё повторялось. Опять и опять.

И вот — мне 36.

И я вдруг поняла: не выгорать на стабильной, понятной и хорошо оплачиваемой работе — это нормально. Но не для меня.

У меня СДВГ. Мой мозг ищет новизны.

Стабильность для него — это скука.

А скука для него — почти смерть.

И знаешь что? Это тоже нормально. Для меня.

Мне правда стало легче жить, когда я поняла, в какой системе координат я существую.

Понять, как работает мой мозг — стало для меня точкой опоры.

Мне стало легче и проще проживать периоды, когда ничего не хочется и хочется хоть что-то хотеть.