Есть такое философское течение – экзистенциализм. Согласно ему, для осознания себя человек должен оказаться в пограничной ситуации, перед лицом смерти. Военная проза Василя Быкова пронизана такими сюжетами. На войне смерть ходит рядом и заглядывает в глаза героям. Страшно, трудно, тяжело, мучительно – это все про книги Быкова.
Журавлиный крик
Первая повесть первого тома. Написана в 1959 году, автор уже зрелый писатель. Тягостное время, четвертый месяц войны, фашисты наступают на Москву, наши части отступают. Для сдерживания противника оставляют 6 бойцов, им поставлена задача продержаться сутки. Они такие разные: кадровый старшина, интеллигент-искусствовед, городской мажор, парнишка-салажонок. Автор описывает героев подробно, хоть и немногословно, все персонажи узнаваемые, человеческая натура за 80 лет не поменялась. То, что они смертники, понятно сразу, но люди разные, и реакция у всех разная. Конец для всех одинаков, а путь у каждого свой.
Фронтовая страница
Уже из названия понятно, что ничего выдающегося в повести нет. Ни эпических подвигов, ни грандиозных битв. Обычная, повседневная война, которая длится не первый год. Уже дошли до Венгрии, но до Победы еще далеко, враг силен, и не всегда ему удается противостоять. Вот и герои повести оказались в трудном положении, немцы прорвались, их орудие теперь во вражеском тылу. И бросить его нельзя – за оставление оружия могут расстрелять. Надо тащить на себе орудийный замок – клин. Из всего расчета осталось три человека да приблудившийся писарь. Спрятаться негде, только затеряться в снежной метели. Безвыходное положение раскрывает каждого персонажа, выявляет характеры, показывает истинное лицо.
Третья ракета
Начинается повесть спокойно: синяя бездна летнего неба, ни взрыва, ни выстрела. Бывают и такие денечки на войне, можно приревновать сослуживца к санинструктору и даже слегка подраться. Меняется все очень быстро: атака, противник уже и в тылу, и на флангах. Приказа отступать не было, и орудийный расчет пушчонки-сорокапятки отбивается от танков, противостоит атаке пехоты, выживает после налета бомбардировщиков. Выжил только один, и это поистине чудо. Среди персонажей есть и герои, и трусы, и дезертиры. Самое большое уважение вызывает наводчик якут Попов. Спокойный, обстоятельный, въедливый. Все успехи артиллеристов – дело его ловких рук и зорких глаз. Настоящий герой, хотя и выглядит негероически.
Альпийская баллада.
На войне бывает всякое, даже счастье. Иван Терешка попал в плен, работает в лагере, но упрямая надежда о побеге, четвертом по счету, не оставляет его. Удалось, ценою жизни товарищей, только сбежать мало, надо еще оторваться от погони. Преследуют его опытные загонщики-охранники с натасканными собаками. И одному непросто, а тут еще навязалась девчонка-итальянка Джулия. На альпийских лугах, среди алых маков случилось чудо, за какое и жизни не жалко. Финал трагический, и в то же время счастливый и жизнеутверждающий. Спасибо автору за песнь о любви и высокий образец мужества.
Прочитан первый том из четырехтомного собрания. Так писать о войне мог только непосредственный участник событий. Читаешь и ощущаешь тяжесть, порой непомерную, ратного труда, реализм описываемых событий, не только героизм, но и страхи, сомнения, испытания выбором для действующих лиц. Невозможно переоценить значимость его произведений, они о том, как можно в самых страшных, невыносимых условиях не только выжить, но и остаться человеком.
Повести прочитаны в рамках марафонов, организованных каналами Библио Графия, «Ариаднина нить», «БиблиоЮлия», Longfello, Книжная полка Джульетты и Ветер в книгах.