Солнце било сквозь занавески, высвечивая пылинки в воздухе. Я сидела на диване, перечитывая сообщение от матери. Сердце колотилось, как пойманная птица. С одной стороны – долгожданное общение, с другой — горький осадок прошлых обид.
Вспоминаю, как все началось. Первый курс, эйфория студенческой жизни, планы на будущее. И как гром среди ясного неба — новость о беременности сестры. Тогда мне было 18, ей — 25.
— Маринка, ну ты же все сама понимаешь, твоей стипендии вполне хватит на жизнь, — говорила мама тогда, глядя мне в глаза. — Ты сильная, справишься. А Светке сейчас поддержка нужна.
Света — моя старшая сестра. И меня никто не спросил справлюсь ли я. Просто поставили перед фактом. И я справилась. Экономила на всем, работала по вечерам в кафе, зубрила ночами. Я выдержала, но обида на родителей поселилась глубоко внутри.
Зато моя сестра жила припеваючи. Несмотря на дочь, Света стала приводить мужчин к себе домой. Она не скрывала свои увлечения. Маленькая Аленка, племянница, путаясь в именах, рассказывала, кто оставался у мамы ночевать. Света и тут решила проблему: поставила родителям ультиматум, чтобы те купили квартиру. Иначе она никогда не найдет себе мужа. Ведь мелкая племянница говорила о бывших, что не нравилось настоящим.
Вскоре сестре купили квартиру. Родители продали дачу, добавили из своих сбережений.
— Ей же нужно устраивать личную жизнь! — оправдывалась мать.
И Света устроила. Переехала в новую квартиру, оставив Аленку на попечение родителей. А я стала невидимой. Звонки становились все реже, а потом и вовсе прекратились.
Я выучилась, получила диплом, устроилась на работу. Встретила Андрея. Вместе мы построили свою жизнь, купили квартиру, завели собаку. Я вычеркнула прошлое, похоронила обиды. И вот — звонок.
— Марин, привет, это мама. Как ты? Мы так давно не виделись…
В горле пересохло. Я не знала, что ответить.
— Мам… я… хорошо. Вы как?
— Да ничего, стареем. Хотим приехать в гости, повидаться.
Я обрадовалась. Как глупо. Думала, что наконец-то про меня вспомнили. Как же я была счастлива.
А потом позвонила тетя.
— Марин, ты знаешь, что у вас там творится? Света предложила родителям в дом престарелых самим собираться! Говорит, у нее своя жизнь, внучка ей не нужна, а старикам — тем более. Вот мать твоя и вспомнила о тебе.
Я закрыла глаза. Значит, не раскаяние заставило вспомнить про меня, а страх. Страх остаться одной в старости.
В голове всплыл разговор с матерью десятилетней давности: «Ты сильная, справишься».
Я взяла телефон и набрала номер матери.
— Мам, привет. Я знаю, зачем вы звоните. И зачем проситесь встретиться. Тетя рассказала.
Молчание.
– Знаешь, мам… Ты научила меня одному — быть сильной. Вот я тебе желаю этого же. Вы сильные. Справитесь.
И положила трубку. Слезы текли по щекам. Это был не триумф, а горечь. Горечь утраченных возможностей, невысказанных слов и разрушенных отношений. Я справилась. Но заплатила за это слишком высокую цену.