Они шли очень быстро, все шли молча, не жалуясь, хотя Евгений Григорьевич уже прижимал руку к правому боку – екала печёнка. Для него эта скорость была слишком высока. Толик подошел и встал так, чтобы тот мог опираться на его плечо. Евгений Григорьевич хрипло пробормотал:
– Спасибо!
Все волновались, вдруг на них нападут или ещё что-то… Нет, они не боялись, но адреналин захлестывал и не давал спокойно мыслить.
Рина неожиданно воскликнула:
– Мужики, а мы кого-то нагнали! Смотрите, идут прямо перед нами. Ну мы молотки!
Действительно перед ними шли шестеро человек, которые на возглас Рины обернулись. Один из паломников кивнул им.
– Как это вы отстали? Мы видели, что вышли раньше нас. Вы что кого-то вытаскивали из оврага или расщелины?
Рина, которая шла в куртке Фёдора, отмахнулась:
– Да ладно уж жалеть меня. И так видно, что это я навернулась и вся изодралась.
Все пошли медленнее, улыбаясь.Рина, горестно вздыхая, просто затараторила на качественном английском:
– Понимаете, я никогда не видела орхидей в натуре, в земле, а не в горшках. Вот и полезла посмотреть. Они оказывается двухцветные и разные. Там что-то липкое… Я вляпалась… Ужас! Сорвалась. Думала, что костей не соберу! Хорошо, что мои ребята помогли и вытащили. Скажите! В ближайшей гостинице можно купить кое-что? Я когда вниз загремела, то рюкзак порвала. Многое выпало. Такая беда! Кстати, я когда падала, гнездо видела. Птенцов не было. Наверное, их слопали. Думала, что здесь на земле гнезда не вьют. Что за птицы бестолковые?! Их птенцов же сожрут! Гнездо аккуратненькое... Вокруг колючки. Вся теперь ободралась, и руки в крови. Скажите, а в гостинице, есть аптека? По-моему, лейкопластырь я тоже потеряла… Да и порвала всё…
Участники квеста переглянулись это так было не похоже на их Рину, что хотелось смеяться. Они представили, как чумеют те, кого они догнали.
Рина использовала интонацию одной из своих коллег, которая говорила, как строчила из пулемета и непрерывно жаловалась на жизнь и рассказывала обо всем, что видела по дороге. В результате у собеседников в голове образовывался винегрет из информации, и они впадали в сомнамбулическое состояние.
Паломник, идущий впереди, успокоил её:
– В гостинице есть даже мастера, которые и обувь чинят и рюкзаки. Мне мой брат рассказывал. Он в прошлом году сюда англичан водил. Кстати, тоже за орхидеями. Те тоже чуть шеи себе не свернули.
Арсений улыбнулся.
– О свой брат проводник!
– Ага! Здесь все идут с небольшим интервалом, где-то в полчаса. Перед нами идут пять женщин. Я видел, как они жаловалась, что одна девушка куда-то ушла и не вернулась. С ней ушли четверо парней. Паломницы очень расстраивались, потому что они плохие люди. Их все знают, как плохих, а девушка ушла с ними. Вы не встретили их по дороге?
– Может они по другой тропе идут? – предположил Арсений.
Проводник паломников поджал губы в сомнении.
– Так зачем они тогда в пещерной гостинице останавливались? Там наверху есть очень хорошее бунгало для отдыха. Даже душ есть.
Рина подошла к ним ближе.
– Простите, мне очень интересно! Я когда побывала в этой гостинице, то поразилась приличному комфорту, но главное полному отсутствию запахов, которые вызывали бы отвращение. Я эколог. Как они решают проблемы с мусором? С туалетами я поняла, но мусор! Сюда же не ходят машины!
Проводник паломников хмыкнул.
– Машины нет, но ослики ходят. Каждый второй день приходит мусорный караван. Кстати, на мусоре хорошие деньги делают! Я смотрю у вас фляги. А ведь многие тащат пластиковые бутылки с собой, а некоторые банки с газированной водой. Их приходится как-то утилизовать. Хотя хозяева уже наладили производство сувениров, там подальше ещё одна пещера есть. Там амулеты делают, да и починкой занимаются. В дожди дороги-то становятся очень скользкими, так некоторые склоны крепят специально скрепленными банками. Очень хорошая подмога.
– Неужели и осенью паломник ходят? – удивился Арсений.
– Люди разные, беды разные, вот и идут…
– И что, неужели помогает? – заинтересовался Евгений Григорьевич.
– Трудно сказать… – Проводник паломников вздохнул. – Но ведь идут! Значит помогает! А вы сами-то откуда?
– Из России.
– Редкие птицы
Сзади зашумели. Все обернулись. Снизу звали на помощь. Участники квеста молча переглянулись, потому что первым делом все посмотрели на небо. Стремительно темнело. Арсений и местный проводник тихо пошептались и покачали головой. Ночью не принято подходить к незнакомым, но Мок крикнул:
– Что надо?
К ним задыхаясь, подбежал невысокий плотный человек.
– У нас человек подвернул ногу.
– Вот и несите его, – спокойно проговорил Мок.
– Тяжелый он.
– Пусть ползет или платит попутчикам, – проговорила Рина. Все удивились, а она так же жестко продолжила. – Вы не хотите его нести и предлагаете это делать нам?
Человек смутился.
– Может есть врач?
– Несите его сюда, – распорядился Фёдор. – Я не пойду неизвестно с кем, неизвестно куда в темноту.
Когда четверо человек дотащила к ним бледного Виталия, то участники квеста нахмурились, а Рина холодно спросила:
– Как это получилось, что вы вышли на два часа раньше нас, а оказались позади нас?
Виталий нахмурился, он, видимо, ожидал иного приема.
– Мы немного заблудились...
Проводник паломников в сомнении фыркнул.
– Не надо нам лгать! Здесь всего три тропы! Как здесь можно заблудится? – и повернулся к своей группе. – Идемте, этот человек лжец и не стоит доверия.
– Стойте! Э-э... Русские! – Виталий покраснел – Я задержался из-за Ксаны, которую вы бросили. Помогал ей найти дорогу домой!
Арсений нахмурился.
– Я не знаю, что она Вам наговорила, но всё это ложь! Она не хотела выполнять правила квеста и отказалась сама от нас. У меня есть запись разговора с ней.
Рина мысленно усмехнулась. Виталий лгал, но не знал, то, что знали они, поэтому она спокойно спросила:
– Так, где же она? Как это вы её отправили домой отсюда? Что-то я не слышала шума санитарного вертолета?
Виталий покраснел и охнул, потому что Фёдор ощупал его лодыжку и теперь туго бинтовал её его же шарфом. Фёдор повернулся к одному из паломников с кривым посохом.
– Простите! Не можете ли Вы пожертвовать Ваш посох этому страждущему? Это – плата, – он снял с руки часы и отдал паломнику.
Тот улыбнулся и отвел его руку. Затем медленно с остановками по-английски сказал.
– Не надо платы! Я отдам свой посох. Красавица права – человек лжец. Я врач-криминалист. Дело в том, что удар этот господин нанёс себе сам.
Все сгрудились около Виталия и молча смотрели на него, тот прокашлялся.
– Ксана меня бросила. Сказала, что Вы никого не берете в свою группу, вот я и придумал это, чтобы разбудить сочувствие у соотечественников. Надо же как-то идти…
Анатолий тронул руку Хаука, тот кивнул, потому что они увидели перстень с тремя серыми камнями на руке Виталия, виднеющийся в лопнувшей перчатке.
Рина подняла руку.
– Передавайте привет, Ксане! – и пошла вперёд.
Виталий встал и бросил ей в спину.
– А что же Вы никому не рассказываете о природе Ваших ранений?
Однако, Проводник паломников покачал головой.
– Какой плохой человек! Теперь я понимаю, почему вы все не хотите идти с ним.
Паломники растянулись по дороге. В руках у многих загорелись фонари и факелы. Вся дорога, представляла собой очень утоптанную и местами выложенную камнями широкую тропу, по которой можно было идти парами. Теперь, когда все не торопились, стало уютно, как будто ты шел вечерней дорогой на дачу после долгой прогулки. Фонарики в руках создавали ощущение безопасности.
Тихо скрипели какие-то насекомые, шуршали невидимые мелкие животные, попискивали птицы, готовясь ко сну. Иногда кто-то из птиц, которые гнездились в кронах деревьев, зычно вскрикивал, напоминая, что пора спать, и опять только тихий шорох. Пахло сырой землей, мокрыми листьями и незнакомыми цветами.
Тропа медленно, но, верно, высасывала силы, потому что это был классический тягун, то есть она все время вела в гору. Никто не разговаривал. Проводники шли впереди своих групп. Теперь последним шел Хаук, а перед ним Мок и Рина. Участники квеста поняли, Хаук не доверял Виталию.
Группа, в которой был Виталий, шла, где-то на расстоянии пяти метров от них. Хаук несколько раз оглядывался. Виталий сильно хромал, что говорило о том, что нога у него болит. Идущий с Виталием человек, нес факел, который иногда освещал лицо писателя. Потому, что тот всё время смотрел вниз и хмурился, Хаук понял, как тот раздосадован тем, что ему не предложили идти вместе с остальными русскими. Хаук заметил, что Виталий чутко прислушивался в надеже услышать, что говорят о нем, но впереди была тишина, только какие-то птицы то квакали, то звякали, и Виталий сердито качал головой.
Вскоре всем стало не до прослушиваний звуков природы, потому что склон стал еще более крутым, хотя и дорога стала шире.
Уже было совсем темно, когда они увидели перед собой площадь, а у скалы стояло большое двухэтажное здание с гостеприимно горящими окнами. Из распахнутых окон первого этажа доносилась музыка.
Все разом заговорили, радуясь предстоящему отдыху. Виталий и не заметил, как в этой круговерти он потерял участников квеста. Он вертел головой и вскоре увидел Рину, которая вместе с Моком, разговаривала с невысоким человечком в белом фартуке, тот что-то быстро им рассказывал, потом Рина отдала ему разорванную куртку и подошла к крохотной витрине магазина.
Виталий поморщился, избита она была основательно. Руки Рины были в кровавых отметинах, а Мок тыкал в синяки и что-то ей объяснял, но она почему-то улыбалась в ответ. Он удивился, когда к ним подошёл Хаук и что-то тоже начал говорить Рине, та мотала головой, видимо не соглашаясь, но Хаук, вдруг, к его удивлению, прижал Рину к себе и поцеловал, потом быстро ушел. Рина, продолжая что-то говорить, пошла за Моком.
– Ничего не понимаю! Что у них за отношения? Проклятая Ксана, так завидовала, что ничего не поняла, – прошептал Виталий.
В комнате, которую участники квеста сняли вместе, они наслаждались изысканным ужином и посматривали на Хаука. Тот протянул им маленькую свинцовую коробочку и показал на безымянный палец, все поняли и сложили черные кольца в эту коробочку. Арсений громко всем объявил:
– Я пойду к Рине и Моку. Попрошу Мока и меня помассировать.
Хаук приложил палец к губам, потом закрыл коробочку, и вокруг неё засветился перламутровый шар. Участники квеста ждали. Хаук улыбнулся.
– Теперь можно поговорить. Я понял, что вы не собираетесь идти к скрижалям, – все сидящие ему кивнули. – Теперь нас всех связывают наши бои и наше желание все понять. Так вот! Не буду распространятся, но кое-кого встревожило, как возможно в современном мире абсолютное выполнения желаний? Я отношусь к тем, кого это встревожило. Ничего не говорите! Времени мало. Расскажу, что узнал. Я думаю, что нас отслеживают.
Итак, мы так и не выяснили ни механизма перемещения с помощью чёрных колец, ни их перемещение в офис, а они всегда возвращаются, кроме тех случаев, когда носитель вместе с кольцом погибал под обвалом. Мы обнаружили, что почти всех предыдущих проводников этого квеста убили. Кто это сделал, мы пытаемся выяснить? Думаем, что это – последний квест. Слишком быстро произошло отсеивание участников. Группа оказалась непохожей на остальные. Слишком мало негодяев. Это проверили. Мы не смогли законными методами определить личность владельца квеста. Более того он закрылся в своем поместье и не выходит никуда. Говорят, что у него инсульт. Что с ним, мы не знаем. Анатолий, я убежден, что человек отославший Вас защищать и следить за Ниной где-то рядом. Так же уверен, что его нет среди нас... Сечас. Я про участников квеста. Более того! Я теперь уверен, что никто из вас её не убивал. Кто убил, я не знаю. У меня есть подозрения, что её убил сам наниматель.
– А зачем ему? – Анатолий волновался. – Знаете. Я ни разу не сорвал порученное мне задание, и поэтому просто в ярости. Сразу скажу, что Нина та еще штучка. Я о ней много узнал. Она похитила документы, чтобы шантажировать моего нанимателя, по единственной причине – она хотела жить. Он под давлением оплатил ей покупку квеста. Я сразу скажу, когда человек хочет жить, он часто дерётся с отчаянием обреченного. Возможно, её методы не лучшие, но она нигде и никому не рассказывала о тайнах моего нанимателя, я как ничего не знал о нём, так ничего и не знаю. Думаю… Нет, чувствую, что убийцу надо остановить!
Хаук кивнул ему и продолжил:
– Хочу добавить! Возможно кольца – это способ нас слышать. Все будем говорить иносказательно. Вы же старайтесь не терять друг друга из виду. Возможно, он всех захочет убить. Всё! Вынимаю кольца. Разбирайте их. Кстати! Рина тренируется с Моком, и ему можно доверять.
Они разобрали кольца, а Федор подмигнул Хауку.
– Может Вам снять отдельный номер?
Тот порозовел и пробурчал:
– Мы в квесте. Хотите посмотреть, что умеет Рина?
– А можно? – Евгений Григорьевич улыбнулся.
Они вошли в небольшой зал и расселись вдоль стены. Анатолий, посмотрев на зал, покачал головой:
– Не думал, что всё так серьезно.
От нескольких человек, стоящих на небольших лесенках, в Рину летели разнообразные сюрикены, она уходила от них, но попадала часто под плеть Мока и ещё одного старикана, которые двигались с невероятной скоростью.
Федор тихо спросил:
– Хаук, а ты знал, что она так умеет?
Тот печально вздохнул.
– Она и сама этого не знала, ну а теперь наверстывает.
Фёдор покачал головой, но ничего не сказал, полагая, что у стен есть уши. Он радовался, что участвует в этом приключении.
Рина шлепнулась на пол, когда пыталась уйти от плетки, и вздохнула
– Не получилось! Боюсь, что это вообще трудно выполнимо.
– Хаук! – позвал Мок.
Теперь все смотрели и не верили себе, как огромный Хоук с грацией стрекозы порхал, уходя от сюрикенов и ударов, однако и он не смог избежать нескольких ударов плетью. Мок зацокал языком.
– Хаук! Надо с тобой поработать, – Мок задрал глаза к потолку. – Завтра и послезавтра будут дожди. Поживем тут три дня, отдохнем и потренируемся. Спать всем вместе.
– А я? – грустно спросила Рина. – Мне хотелось бы…
– Вот когда-ты будешь так, как Хаук, уходить от ударов, то будешь выбирать. Всё! Свободна. Научись договариваться с соратниками!
Мужики, испытывая почему-то внутреннее ликование, хором показали Рине язык. Мок покачал головой.
– Так! Всем тренировка, потом массаж, потом бочки с лекарственными травами. Я подберу каждому.
– Простите, мастер! – Евгений Григорьевич трясся от волнения. – Кто вы?
– Мастер пути, – улыбнулся ему Мок. – Давно жду учеников. Семь лет. Наконец, вы пришли. Проводник, философ, целитель, защитник.
– А Рина и Хаук? – Арсений разволновался.
– Я только временно их учу, у вас всех трудный путь и надо развивать способности. Им будет хуже всего. Может быть, они и справятся.
– Мастер! – волнуясь спросил Фёдор. – Вы идете с нами?
– Сколько смогу. Думаю, нас попытаются остановить.
Они направились в свой номер и застыли, потому что Виталий и ещё один человек пытались его вскрыть. Арсений похлопал пыхтящего коротышку по плечу.
– Любезный, а что это вы тут забыли?
Оказалось, это служитель гостиницы. Он возмущенно пропыхтел:
– Подселяю к вам ещё одного человека.
– Вызывайте хозяина гостиницы! Мы сняли номер на семерых. Там больше нет кроватей, и мы не желаем никого больше к нам, – отрезал Арсений.
Служитель исчез, а Виталий скривился.
– Не ожидал, что соотечественники…
К ним подошел Мок и толстенький человек. Арсений возмутился:
– Что за порядки?! Мы оплатили номер за семерых, а нам подселяют вот этого! Он восьмой!
Толстячок ошеломленно открывал и закрывал рот, потом затараторил, размахивая руками и жестикулируя. Все приготовились к худшему. Виталий вежливо улыбался и смотрел, как протекает беседа, потому что Мок тоже говорил на местном языке и тыкал хозяина в грудь пальцем. Мок повернулся ко всем, а толстячок начал кланяться.
– Простите, я разберусь! Это недоразумение! Это господин попросил поселить его поближе к соотечественникам и недорого. Я не предполагал, что кто-то из моих служащих посмеет поселять кого-то в уже оплаченный номер.
В коридоре появились Рина и Хаук, за ними шел и что-то бормотал служитель, пытавшийся вскрыть номер, потом он подбежал к хозяину и что-то залопотал. Хозяин поджал губы.
– Господа! Мой служащий утверждает, что вы сломали замки. Он не подселял, а пытался…
Хаук отодвинул его, сунул ключ в замок, дверь распахнулась. Все укоризненно посмотрели на хозяина, но Рина, которая в своей жизни слишком часто ездила в командировки и научилась, как общаться с владельцами и управляющими затрапезных гостиниц, вкрадчиво произнесла:
– Нам так хвалили эту гостиницу! Завтра все узнают, какие здесь порядки. Я буду стоять у входа гостиницы и советовать паломникам не заходить в это заведение. Слышала, чуть выше есть еще одна гостиница. Думаю, теперь она будет процветать.
Хозяин побледнел:
– Госпожа! Я сам принесу в Ваш номер фрукты и кипяток, и набор чаев. А также только что приготовленные пирожки. На всех, бесплатно, чтобы как-то исправить этот досадный инцидент.
– Ждём! – кивнула ему Рина, потом повернулась ко всем. – Мне надо поговорить с соотечественником.
– Ну уж нет! – проворчал Хаук. – Говори при всех.
Рина чуть порозовела
– Тогда вы узнаете, какой я бываю в гневе.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: