Он не ломится. Он не кричит. Он просто просит. Но чем тише он говорит, тем сильнее ты хочешь открыть дверь… Я не люблю мистику. Никогда не верил в чертовщину, в «энергетику», в сказки про призраков и кладбища. Но то, что случилось в доме под Вязьмой — выбило у меня почву из-под ног. Я до сих пор боюсь темноты. Не потому что там кто-то стоит. А потому что кто-то может просить. Да. Просить.
Тихо. Спокойно. День за днём. И ты откроешь. Даже если не хочешь. Дом я купил по глупости — дешёвый, старый, но крепкий. Один сосед через два участка, никаких камер, ни магазинов, ни дачников. Я тогда как раз хотел тишины — развёлся, бизнес сгорел, нервы ни к чёрту. Думал, поживу месяц в одиночестве, соберусь с мыслями. На третий вечер кто-то постучал. 03:17.
Деревянная дверь. Три чётких удара.
Я вышел на крыльцо — никого. Подумал, показалось.
На четвёртый вечер — снова. И снова — никого. Но стоило поднести ухо к дереву, как я услышал: — Пожалуйста… «Проситель» — так я его и назвал. Потому что он