Ирина заглянула в почтовый ящик, достала конверт с квитанцией и машинально положила его в сумку. Двадцать три года вместе с Олегом приучили её экономить каждую копейку. Особенно последние месяцы.
Поднявшись на пятый этаж, она замерла у двери, слыша громкий разговор мужа по телефону. Голос звучал странно — так бывало после встреч "с коллегами", от которых возвращался с запахом крепких напитков.
— Да решу я проблему, сказал же! — донеслось из-за двери. — Через неделю всё будет.
Когда она вошла, Олег вздрогнул и поспешно сбросил вызов.
— Ириш, ты? — он улыбнулся той особой улыбкой, которая появлялась, когда ему что-то было нужно. — Хорошо, что ты пришла. Есть разговор.
В кухне он налил себе чаю, разгладил морщины на лбу и неожиданно взял её за руку. За последний год, с тех пор как его уволили, такие жесты стали редкостью.
Читать рассказы на Дзен
— Помнишь арендаторов бабулиной квартиры? — Его пальцы нервно постукивали по столешнице. — Звонили утром. Там какая-то путаница с документами на регистрацию.
Ирина нахмурилась. Квартира, доставшаяся от бабушки, была их спасением — без этих тридцати тысяч ежемесячно ипотеку не потянуть. Особенно сейчас, когда приходилось перехватывать у подруг до зарплаты.
— Что за путаница?
— Технический момент, — отмахнулся Олег. — Слушай, сделай на меня доверенность. Я сам всё улажу. У тебя сейчас отчётный период в бухгалтерии, света белого не видишь, а я сейчас... — он запнулся, — между собеседованиями. Заодно проверю, как они там хозяйничают.
Что-то мелькнуло в его взгляде — то ли вина, то ли нетерпение.
Через неделю в кабинете нотариуса Ирина подписала документы, даже не вчитываясь в мелкий шрифт. Двадцать три года доверия не проверяют по бумажкам.
Олег словно ожил — исчезла сутулость, появился блеск в глазах. Говорил, что вот-вот найдёт работу. Стал внимательнее, даже цветы купил. А потом исчез на три дня.
Звонок в дверь застал её за утренним кофе.
— Доброе утро. Виктор Андреевич, — представился подтянутый мужчина средних лет. — Я новый собственник квартиры. Хотел бы осмотреть помещение и забрать ключи.
Он протянул папку с документами. Ирина механически взяла её, не понимая, о чём речь, пока не увидела договор купли-продажи. Её квартира. Её фамилия в графе "Продавец". И размашистая подпись Олега с припиской "по доверенности".
В ушах зазвенело, а документы в руках стали невыносимо тяжёлыми.
— Простите... что вы сказали? — Ирина вцепилась в папку так, что побелели пальцы.
Виктор Андреевич переступил с ноги на ногу.
— Я приобрел квартиру у вашего супруга три дня назад. Вот документы, всё официально. — Он неуверенно кивнул на бумаги. — Сделка зарегистрирована в Росреестре, деньги переведены согласно договору.
Ирина открыла договор, буквы расплывались перед глазами.
— Сколько? — слово вышло хриплым шепотом.
— Три миллиона двести тысяч. — Виктор замялся. — Знаете, немного ниже рынка, но ваш муж говорил, что вам срочно нужны деньги из-за кредитных обязательств...
Квартира стоила минимум на миллион больше. Бабушкина однушка — её страховка, её наследство, единственное, что досталось лично ей.
— Мне нужно время, — произнесла она неожиданно твёрдо. — Давайте встретимся через три дня. Здесь же.
Виктор Андреевич кивнул с явным облегчением:
— Конечно. Я думал, вы знали...
Когда дверь за ним закрылась, Ирина не бросилась на кровать рыдать. Двадцать три года брака накрылись не сегодня. Они рассыпались постепенно — увольнение, крепкие напитки, постоянная ложь. Слёзы — потом. Сейчас нужно действовать.
Первым делом она позвонила в нотариальную контору.
— Да, Ирина Андреевна, — подтвердила нотариус. — Доверенность выдана на три года с правом продажи имущества и получения денежных средств. Всё по закону.
— Почему вы не предупредили о таких широких полномочиях?
Пауза.
— В вашем присутствии зачитывался полный текст. Вы подписали.
Ирина закрыла глаза. Действительно, что-то читали... Она торопилась на работу, годовой отчет горел.
Телефон Олега не отвечал. Проверив шкаф, она обнаружила отсутствие его любимого костюма и кожаной куртки. В ящике комода, где хранились документы, не хватало папки с его бумагами.
К вечеру она сидела у Марины, подруги-юриста, с которой вместе учились еще в институте.
— По закону сделка чистая, — вздохнула та, изучив копии. — Доверенность действительна, не отозвана, нотариус всё проверил. — Она встретилась взглядом с Ириной. — Можно попытаться оспорить, но если деньги уже потрачены...
— Я даже не знаю, куда он делся, — Ирина смотрела в окно на вечерний город. — Телефон отключен.
— Родственники? Друзья?
Горькая усмешка.
— У Олега только собутыльники... и сын от первого брака, Родион. Мы неплохо ладили, но они с отцом не слишком близки.
— Начни с него, — Марина сжала её руку. — Сейчас любая зацепка важна.
Родион откликнулся после третьего гудка.
— Тётя Ира? — в голосе удивление. — Что-то случилось?
— Твой отец... — Ирина сглотнула ком в горле. — Он не появлялся у тебя?
— Нет, но звонил вчера вечером. Говорил, что нашёл работу в Подмосковье. Хвастался, что скоро денег подкинет. Даже предлагал встретиться... А что произошло?
Значит, Олег где-то рядом. Не уехал.
На работе ей впервые за пять лет пришлось взять два дня за свой счёт. Анна Петровна, главбух, молча подписала заявление, только спросила:
— Серьёзные проблемы?
— Муж продал мою квартиру, — слова прозвучали странно буднично.
— Господи! В полицию обращалась?
Ирина покачала головой:
— Формально всё законно. Но я найду его. И деньги.
Следующие сорок восемь часов превратились в детективное расследование. Она проверила все соцсети, обзвонила знакомых, просмотрела выписки с их общего счёта. И нашла зацепку — четыре транзакции в баре "Бристоль" за последнюю неделю.
Кассирша в "Бристоле" — крашеная блондинка с усталыми глазами — кивнула, глядя на фото:
— Был тут. С Валерой-местным алкашом сидели. Проставлялся всем.
— С кем, простите?
— Валера... Он тут по вечерам постоянно ошивается. — Она понизила голос. — У вашего, видать, деньжата появились — угощал всю компанию.
Валеру пришлось ждать до вечера. За пару тысяч он поделился информацией:
— Олежек? — усмехнулся он, пряча купюры. — В "Сосновом" квартиру снял. Говорит, семейная лодка разбилась о быт, — он подмигнул. — А ещё говорит, что скоро в Тайланд улетает. Отдохнуть от всех женщин сразу.
Жилой комплекс "Сосновый" оказался новостройкой эконом-класса на окраине. Консьерж сначала отнекивался, но разговорился, когда Ирина показала совместные фото.
— А, муж ваш? — кивнул он. — Квартира 64, заплатил за полгода вперёд. Щедрый мужчина, на чай не скупится.
Сидя в машине напротив подъезда, Ирина достала телефон и открыла папку "Олег — дела". За годы работы бухгалтером она привыкла хранить копии. Здесь были фотографии документов, которые муж просил "подмахнуть для налоговой". Фиктивные договоры, завышенные расходы, серая зарплата... Она знала, но закрывала глаза. Теперь эти файлы могли стать рычагом давления.
Олег появился в начале шестого — немного располневший, но всё ещё статный мужчина. Когда-то она любила его улыбку. Сейчас видела только маску.
— Добрый вечер, — произнесла Ирина, выходя из тени подъезда. — Не объяснишь, куда делись деньги за мою квартиру?
Олег застыл с ключом в замке. Его плечи дрогнули, но когда он обернулся, на лице уже играла привычная самоуверенная улыбка.
— Ириш? — он сделал вид, что обрадован встречей. — Как ты меня нашла?
— Неважно. Где деньги, Олег?
Он огляделся по сторонам, заметив, что соседка с третьего этажа замедлила шаг, прислушиваясь.
— Давай не здесь, — голос стал тише. — Поднимемся, я всё объясню. Это не то, что ты думаешь.
Квартира пахла свежим ремонтом и новой мебелью. На журнальном столике — открытая бутылка дорогого дубового и две рюмки. Ждал гостя, но точно не жену.
— Присядь, — он кивнул на диван, но Ирина осталась стоять у двери.
— Сколько осталось от трёх миллионов? — её голос звучал непривычно твёрдо.
Олег плеснул себе янтарную жидкость, демонстративно не предлагая ей.
— Большую часть пришлось отдать, — он медленно покрутил рюмку в пальцах. — У меня были серьёзные долги, ты не представляешь. Если бы не продал эту чёртову квартиру, с нас бы живьем шкуру сняли. Я нас спас, понимаешь?
Ирина смотрела на него — такого знакомого и одновременно чужого. Двадцать три года вместе. Неужели она никогда не видела этой фальши?
— В "Бристоле" говорят, ты хвастался поездкой в Тайланд, — тихо произнесла она.
Что-то мелькнуло в его взгляде — раздражение? досада? — но он быстро совладал с собой.
— Ясно. Шпионила за мной, — Олег залпом опрокинул рюмку. — А что делать? Годами вкалывать, платить ипотеку, выживать от зарплаты до зарплаты? Я заслуживаю большего! — Его голос повысился. — Да, хотел уехать! Отдохнуть! И что теперь? Будешь пилить? Подашь на развод?
Ирина молча достала телефон и открыла папку "Олег — дела". Медленно пролистнула снимки документов — фиктивные договоры, махинации с НДС, двойная бухгалтерия его бывшей фирмы.
— Я собирала это на всякий случай, — её голос дрогнул впервые. — Не для шантажа. Для самозащиты. Боялась, что однажды всё всплывет, и меня тоже привлекут.
Олег замер, не донеся вторую рюмку до рта.
— Как по-твоему, сколько дают за такие художества с налогами? — спросила она без тени злорадства. — Плюс мошенничество с доверенностью. Плюс растрата...
— Ты блефуешь, — перебил он, но голос предательски дрогнул. — Тебя тоже привлекут — ты же подписывала бумаги.
— Под давлением, — Ирина поправила волосы таким знакомым ему жестом. — У меня есть свидетели и запись разговоров. А главное — мне уже нечего терять.
Он опустился в кресло, и его поза вдруг напомнила ей о первых днях его безработицы — та же обреченность, только тогда она ещё верила его отчаянию.
— Чего ты хочешь? — глухо спросил он.
— Сначала правду. Сколько осталось?
Олег провел рукой по лицу:
— Миллион сто восемьдесят. Остальное... долги, аванс за эту квартиру, кое-какие траты...
Ирина смотрела на него, и горечь мешалась с удивительным спокойствием. Словно она наконец перестала сомневаться.
— Завтра переведешь мне всё, что осталось, — сказала она тихо. — И подпишешь отказ от своей доли в ипотечной квартире.
— Что?! — он вскочил. — Ты с ума сошла! А где мне жить?
— Здесь, — она кивнула на новую квартиру. — За свой счет. Или... — Ирина взглянула на телефон, все ещё открытый на папке с компроматом. — Сам решай, что для тебя важнее — свобода или деньги.
Олег долго смотрел на неё, словно пытался разгадать, откуда в этой привычно покладистой женщине вдруг появилась такая сила.
— Знаешь, — сказал он наконец с кривой усмешкой, — ты всегда была сильнее меня. Просто я этого не замечал.
— А я слишком долго не хотела замечать, кто ты, — ответила Ирина, берясь за дверную ручку. — Завтра в два, у нотариуса на Гагарина. Не опаздывай.
Ирина стояла у окна, глядя на жидкий весенний дождь. Три месяца прошло с того дня, когда Олег перевел остаток денег и подписал отказ от доли в их бывшей общей квартире. Она погасила ипотеку и впервые ощутила странное чувство — свобода с привкусом горечи.
Телефон завибрировал. Сообщение от Марины: «Собирайся, в 19:00 йога, потом идём на мастер-класс по инвестициям. Никаких отговорок!»
Ирина усмехнулась. Кто бы мог подумать, что в сорок восемь она будет заниматься йогой, планировать инвестиции и учиться говорить "нет" без чувства вины.
Звонок в дверь раздался, когда она собиралась в душ. На пороге стоял Родион — сын Олега, с отцовскими темными глазами и совершенно другим взглядом.
— Тётя Ира, — он мялся, держа в руках конверт. — Можно войти?
В кухне Родион сразу перешел к делу:
— Я всё знаю про квартиру и деньги. Отец рассказал, когда звонил просить взаймы.
— И как он? — спросила она, стараясь говорить ровно.
— Паршиво. Квартиру пришлось сдать. Денег нет. Работы нет.
Родион положил на стол конверт:
— Помните часы, которые отец мне подарил на день рождения? Выяснилось, что он купил их на деньги от вашей квартиры. Я продал их и... — он подвинул конверт. — Знаю, что это мелочь, но хочу вернуть хоть что-то.
Ирина смотрела на этого мальчика, так отчаянно пытающегося исправить чужие ошибки, и чувствовала, как в горле нарастает ком.
— Нет, — она покачала головой. — Это твой подарок.
— Не могу я принять такое! — в его голосе прорвалась злость. — С этими часами всё время вспоминаю, что отец у меня...
Она поставила чайник:
— Знаешь, я думала, что ненавижу его. Но это не так. Я просто... свободна теперь. Если бы не эта история, я бы так и жила в клетке, которую даже не замечала.
— И всё-таки, — Родион придвинул конверт. — Пожалуйста.
— Хорошо, — кивнула она. — Но при условии. Мы используем эти деньги вместе. На курсы программирования, о которых ты говорил. Половину оплачиваю я, половину — ты.
Когда Родион ушёл, Ирина наткнулась на старую фотографию — их свадьба, Олег так красиво улыбается... Странно, но боль почти ушла. Осталась только тихая грусть.
Телефон завибрировал. Сообщение от Олега — первое за три месяца: «Ир, можно поговорить? Я всё осознал. Хочу извиниться».
Она смотрела на экран, не чувствуя ни гнева, ни радости.
«Нам не о чем говорить, Олег. Ты выбрал свой путь, я — свой. Но ещё не поздно изменить свою жизнь. Только сделай это ради себя, не ради меня».
Ирина нажала "отправить" и выключила звук на телефоне. Иногда нужно потерять то, что казалось самым важным, чтобы понять, кто ты на самом деле.
Через полчаса надо было собираться на йогу. А завтра — новый день и новая жизнь, в которой она сама выбирает, кому доверять.
Если понравилось, поставьте 👍 И подпишитесь!