Тамара с нетерпением ждала мужа дома. Она уже успела запечь в духовке курицу, приготовила салат с крабовыми палочками и сварила морс. Когда в замочной скважине послышался проворот ключа, Тамара радостно выбежала в прихожую, чтобы встретить Бориса.
— Наконец-то! — с улыбкой произнесла она, принимая из рук мужа пальто, — я уже заждалась тебя! Ужинать не садилась, все ждала, когда ты вернешься.
Борис, нахмурившись, посмотрел на жену:
— Необязательно было меня ждать. Я не голодный, да и поздно уже, чтобы наедаться на ночь.
Улыбка сползла с губ Тамары. Снова Борис был без настроения, опять она ему не угодила. В последние несколько месяцев муж Тамары постоянно находился не в духе: то ли на работе были неприятности, то ли проблемы со здоровьем, она никак не могла понять, что же происходило с Борисом.
— Но я готовила специально к твоему приходу, — сказала она негромко и почувствовала, как к глазам подкрались слезы, — старалась. Может быть, хотя бы салат поешь?
Супруг строго смотрел на жену, и на его лице явно виднелось недовольство.
— Какой салат? На часах десятый час вечера, уже спать пора. На твоем месте я бы тоже не налегал на жирное перед сном.
Тамара сглотнула подступившие слезы и кивнула. От хорошего настроения не осталось и следа, было очень обидно от того, что Борис так несправедливо с ней разговаривал.
— Я чуть-чуть съем, — ответила Тамара, пряча глаза и стараясь не сталкиваться взглядом с мужем, — совсем капельку.
— Дело твое, — сухо произнес Борис, — хочешь набрать еще пять килограммов, тогда дерзай. Только не жалуйся потом на то, что не можешь влезть в любимые джинсы.
Тамара обиженно поджала губы и укрылась от мужа и его недовольства в кухне. С тоской посмотрела на миску с салатом, потом втянула ноздрями аромат жареной курочки. Ну как можно было оставаться равнодушным к таким вкусностям? Тамара старалась, делала все для того, чтобы угодить Борису, но ей вновь не удалось поднять настроение мужа.
— Я в душ и спать, — бросил Борис, проходя из гостиной в сторону ванной, — ты тоже ложись, потому что я сплю чутко, а ты так топаешь, что я постоянно просыпаюсь.
Тамара согласно закивала, но стоило Борису скрыться в ванной, как она тут же бросилась к миске с салатом. Загребала вкуснейший салат с крабовыми палочками прямо столовой ложкой, а потом достала из духового шкафа курицу и впилась в нее зубами.
Так было всегда, когда Тамара нервничала. На нее нападало жуткое желание что-нибудь съесть, и противостоять этому животному желанию не было никаких сил. Тамара очнулась только тогда, когда осознала, что ложкой она водит по дну миски, а от курицы не осталось доброй половины.
Испугавшись собственного бесконтрольного приступа голода, Тамара быстро убрала остатки салат в холодильник, а курицу засунула обратно в духовку. Главное, чтобы Борис не узнал о том, что она снова наелась перед сном, иначе муж устроит скандал, а Тамаре так сильно этого не хотелось.
В браке супруги Тимошкины находились уже пять лет. Детей у них не было, зато была общая квартира и машина, которой управлял Борис. Тамара не работала, поэтому автомобиль был ей ни к чему, а вот Борис Тимошкин был неплохим управленцем: пару лет назад его повысили до должности заместителя директора в небольшой рекламной компании, и с тех пор Борис стал тщательней следить за своей внешностью и здоровьем.
— Нужно правильно питаться, — рассуждал муж, обращаясь к Тамаре, — следить за тем, что ты потребляешь, как ты двигаешься, достаточно ли высыпаешься. Человек, который постоянно ест вредную еду и ограничивает себя в физических нагрузках, навряд ли сможет прожить долгую и качественную жизнь.
Тамара во всем соглашалась с мужем. В свое время она точно также согласилась уйти с работы, которую Тамара любила, хоть и получала небольшую зарплату. Борис, как только перед ним замаячила перспектива карьерного роста, сразу же предложил жене осесть дома и заняться хозяйством.
— Будешь готовить здоровую пищу, следить за чистотой и порядком, а еще ждать меня дома.
Ей не очень хотелось отказываться от работы, но и мужа ослушаться Тамара не могла. Она с детства воспитывалась в строгости, и мать постоянно повторяла ей о том, что самым важным в жизни женщины является удачный брак. А удачным брак не может быть, если муж чем-то недоволен.
Спустя несколько месяцев сидения дома Тамара заскучала. Попыталась заняться спортом, даже целых две недели бегала по утрам, но потом выпал первый снег, и от спорта пришлось отказаться. Тамара пыталась читать книги, смотреть по телевизору и в интернете развивающие передачи, но все равно дико скучала, ожидая мужа по вечерам и пытаясь устроить дома уютное гнездышко.
Все равно что-то шло не так. Борис так и оставался вечно смурным и недовольным, а Тамара, как ни старалась быть идеальной женой, все равно не могла полностью угодить своему мужу. Часто она думала о том, что им с Борисом не хватает ребенка, но муж пока детей не хотел, он стремился к карьерным высотам, планировал зарабатывать как можно больше денег и потом только думать о пополнении в семье.
— Можно нарожать кучу детей, — рассуждал он с умным видом, — а куда их потом девать? Прежде, чем принимать такие ответственные решения, нужно взвесить все «за» и «против». Во-первых, у нас очень тесная квартира. Во-вторых, мы с тобой еще достаточно молоды для того, чтобы беспокоиться о продолжении рода и возможных проблемах. В-третьих, мы еще для себя не пожили, чтобы класть свои интересы к ногам детей.
Тамара согласно кивала, но сама до конца не была уверена в том, что Борис был прав. Конечно, она его любила, даже можно было сказать, что Тамара боготворила своего мужа, но и детей она хотела, да и вообще не была уверена в том, что счастлива рядом с Борисом.
Чем больше времени проходило, тем больше в Тамаре крепла уверенность в том, что она живет не совсем той жизнью, о которой мечтала. Ей хотелось чувствовать себя любимой, нужной и привлекательной для Бориса, а пока получалось только раздражать его любым своим действием и словом.
Утром она втайне от мужа встала на весы. При росте в сто шестьдесят пять сантиметров вес Тамары достиг, с ее точки зрения, критической отметки в восемьдесят килограммов. Покрутившись перед зеркалом, Тамара тяжело вздохнула, пытаясь вспомнить то время, когда она была «тонкой и звонкой». В самом начале замужества она весила чуть больше пятидесяти килограммов, порхала как бабочка и была безумно счастлива.
— Ну и что? — неожиданно за ее спиной раздался голос Бориса, и Тамара от испуга вздрогнула, — сколько набрала?
Признаваться в том, что вес ее увеличился еще на пять килограммов за последний месяц Тамара не решилась. Постаралась натянуть на лицо улыбку, а сама ногой отодвинула напольные весы под полку с книгами.
— Не набрала, Боря. Напротив, чуть скинула.
Муж прыснул, а потом встал рядом с Тамарой перед зеркалом. Критическим взглядом окинул ее фигуру, потом осмотрел себя, крутясь вокруг своей оси, после чего хмыкнул и с жалостью посмотрел на жену:
— Том, ну кому ты врешь? Я слишком хорошо знаю тебя, чтобы допустить мысль о том, что ты похудела. На тебе халат еле завязывается, а под глазами мешки такие, что смотреть страшно. Ты отекаешь, потому что перед сном наедаешься всякой дряни. Как ты беременеть собралась с таким весом? Хочешь после родов весить центнер?
Тамаре было неприятно слушать мужа, но она стойко молчала, кусая губы. Слова Бориса были резкими и грубыми, а сам он вел себя отстраненно и всеми силами демонстрировал потерю интереса к жене.
— Боря, зачем ты так говоришь? — Тамара не смогла скрыть обиды, — я думала, что ты будешь любить меня в любом весе и состоянии. А как же клятвы о том, что «буду с тобой в богатстве и бедности, в болезни и здравии»?
Борис снова рассмеялся:
— А где там слова о том, что я готов быть с тобой в весе в пятьдесят килограммов и в сто? Нет таких слов? Тома, давай ты уже возьмешься за себя, иначе ничего хорошего из этого не выйдет.
Муж произнес эти слова и с гордо поднятой головой направился в сторону ванной. Тамара же чувствовала лишь желание снова вцепиться зубами в разогретую в микроволновке курицу, а потом доесть остатки салата и приготовить еще какую-нибудь вредную еду. Несмотря на все слова Бориса и его недовольство женой, Тамаре непонятно по какой причине захотелось стать еще толще и неприятнее для мужа.
После обеда Тамара позвонила матери. Это было давно сложившейся традицией, от которой послушная дочь не отступала ни на один день. Инна Васильевна требовала от дочери каждодневного отчета и корила Тамару за то, что та, закрутившись, могла забыть об обязательном звонке матери.
— Ну что там у тебя? — деловито спросила Инна Васильевна, услышав голос дочери, — как Борис? Как твои успехи на домохозяйственном поприще?
Тамара бесшумно вздохнула и, сделав голос как можно увереннее и радостней, ответила:
— Мамочка, все в порядке. Борис на работе, а я дома порядки навожу.
Это было неправдой, но признаться матери в том, что у нее нет ни настроения, ни желания обустраивать свой дом и делать его уютнее, Тамара не могла. Если Инна Васильевна узнает о том, что ее дочь терпит фиаско в браке, случится настоящая истерика, а потом и скандал. Для матери Тамары было очень важно знать о том, что у ее дочери все было прекрасно.
— Что ты на ужин Боре готовить будешь? — поинтересовалась мать.
Тамара начала перечислять планируемые на ужин блюда, а сама почувствовала, что голодна. Еще час назад она доела остатки курицы, а теперь снова хотела есть. Что это было – безудержное желание набить желудок или последствия стресса?
— Я совсем забыла тебя предупредить! — неожиданно Инна Васильевна спохватилась и перебила дочь, — к вам скоро приедет Люся. Я пообещала тете Оксане, что ты сможешь приютить ее дочь на время поступления.
Тамара ошарашенно молчала. Инна Васильевна была в своем репертуаре: о чем-то договорилась со своей двоюродной сестрой, а Тамару поставила в известность в самый последний момент. Не обсудила с дочерью вопрос о том, было ли удобно Тимошкиным принять у себя временную гостью, а просто поставила Тамару перед свершившимся фактом: к ним едет Люся.
Свою троюродную сестру Тамара помнила плохо. Из родного городка она уехала еще десять лет назад, обустроилась в районном центре, потом вышла замуж за Бориса. С тех пор к матери Тамара приезжала раза три, не больше, и ни разу за это время не была в гостях у тети Оксаны.
С Люсей Тамара общалась в юности. Троюродная сестра была младше Тамары на десять лет, только закончила школу и собиралась поступать на юридический факультет в районном центре. Жить в городе девушке было негде, а для того, чтобы получить комнату в общежитии, нужно было для начала подать документы в вуз, а потом туда зачислиться.
— Мам, мне бы с Борисом поговорить для начала, — уклончиво ответила Тамара матери, зная, что своими словами нарывается на серьезный скандал.
— Я уже поговорила с зятем, — отозвалась Инна Васильевна, — я ему еще вчера звонила и все обсудила. Борис не против, так что с этим проблем не будет.
Тамаре стало обидно. Мать решила свои вопросы с зятем в обход собственной дочери, а Борис ни словом не обмолвился о том, что к ним приезжает дальняя родственница Тамары. От ощущения того, что она вообще никому не нужна, а ее мнение ни для кого неинтересно, Тамаре стало еще противнее.
— Он мне ничего не говорил, — ответила она матери, чувствуя, как внутри клокочет обида и злость, — почему вы не обсудили это со мной?
Инна Васильевна рассмеялась в трубку:
— А что с тобой обсуждать? В вашей семье главный – Борис, так что он принимает все решения. Твоя задача – просто не идти наперекор желаниям и указкам мужа. Ты помнишь об этом?
Тамара, тяжело вздохнув, согласно ответила:
— Конечно, мам. И когда приезжает Люся? В последний раз я ее видела лет пятнадцать назад, ей было три года, и она была совсем мелкой.
— Ой! Ну сейчас Люсенька, конечно, переменилась! — восторженно ответила Инна Васильевна, — она такая красавица! Ну модель просто! Глазища черные, волосы до поясницы отрастила, ноги от ушей!
Мать продолжала нахваливать Люсю, а Тамаре стало не по себе. Когда-то и сама она была длинноногой, худой и очень эффектной, а теперь из зеркала на Тамару смотрела округлившаяся почти тридцатилетняя тетка с несчастным выражением лица.
— Ты мне скинь ее фотографию, чтобы я ее встретила на вокзале.
Инна Васильевна удивилась:
— Тебе зачем? Люсю поедет встречать Борис, я ему еще вчера ее фотографию сбросила. Ты, главное, дома приберись, приготовь что-нибудь вкусненькое, чтобы перед Оксанкой в грязь лицом не ударить. Люська ведь обязательно матери будет звонить и рассказывать о том, как мои дочь с зятем живут.
Вернувшийся вечером Борис до последнего молчал о том, что на выходных едет встречать родственницу Тамары. Она терпеливо ждала того момента, когда муж заговорит о приезде Люси, но он почти не разговаривал с женой, уткнувшись в экран телефона.
— Боря, а ты ничего не хочешь мне сказать? — Тамара сама начала разговор, понимая, что муж не будет ей ничего не рассказывать по своей воле, — например, о том, что ты вчера разговаривал с моей мамой…
Лицо Бориса вытянулось, на нем отразилось явное недовольство. К этому выражению лица мужа Тамара успела привыкнуть, но все равно ей было неприятно то, как Борис реагировал на ее вопросы.
— Допустим, — ответил он, — если ты уже все знаешь, для чего мне лишний раз повторяться?
— Я думала, что у нас с тобой нет друг от друга секретов.
Борис резко поднялся из-за стола:
— Я тоже так думал до сегодняшнего утра, пока ты не соврала мне про свой вес. Или ты считаешь меня совсем тупым? Очень зря, Тома, я знаю о тебе куда больше, чем тебе бы того хотелось. Я иду спать, и ты тоже ложись, а не жри все подряд из холодильника.
Слова мужа были хлесткими и болезненными как удары розгами. Тамара молча сидела в кухне, чувствуя, как по щекам текут слезы. Сил вытирать их не было, как не было сил и дальше терпеть отношение мужа к себе.
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк, подписка и поддержка канала.
(Все слова синим цветом кликабельны)