Программа не учла главного
Он верил в числа. В их холодную, безошибочную логику. В рейтинги, проценты, графики — всё, что можно измерить, разложить по полочкам и подписать аккуратным почерком. «Идеал» казался ему лучшим решением: приложение для знакомств, где искусственный интеллект заменял догадки, интуицию и прочий «эмоциональный мусор». Загрузил анкету, как инструкцию к сборке мебели:
рост 182, образование высшее, хобби — трекинг в горах (только с гидом и GPS), предпочитаемый тип внешности — классический.
Даже добавил пункт «не терпит спонтанности» — жирным шрифтом, чтобы алгоритм не пропустил.
Первые свидания напоминали собеседования с HR.
Мария, юрист, совпадение на 89% — у неё оказалась кошка, а у него с детства аллергия на шерсть.
Алина, дизайнер интерьеров, 94% — слишком часто смеялась без причины, и это выводило его из равновесия, как скрип несмазанной двери.
Каждый раз, возвращаясь домой, Артём дополнял анкету новыми критериями, будто оттачивал формулу.
Добавить: «не любит громкие звуки», «предпочитает планировать выходные на месяц вперёд».
Но сегодня «Идеал» прислал уведомление с зелёной галочкой —
Ваш идеальный партнёр найден. Совпадение: 99,3%.
Лена. Её профиль дышал безупречностью: фото в стиле минимализм (серое пальто, чёрный кофе в руке), список интересов — Стендаль, альпинизм, лекции по квантовой физике. Даже дата рождения совпадала с его — разница в два дня. «Это она», — подумал Артём, ощущая странную тяжесть под рёбрами, будто проглотил часы, тикающие в такт тревоге.
Он пришёл на встречу на двадцать минут раньше — привычка, выработанная за годы переговоров. Стоял у витрины книжного, разглядывая новинки нон-фикшн, и пытался не замечать, как пальцы сами собой выбивают дробь по шву брюк. «Нелепо. Программа всё просчитала», — повторял он про себя, но где-то в глубине, за рёбрами, тиканье учащалось.
Пока он ждал, ветер срывал с крыш прошлогодние листья, запутывал их в волосах прохожих, и Артём вдруг поймал себя на мысли, что ненавидит осень. За её непредсказуемость. За то, что нельзя заранее узнать, будет ли дождь или внезапное солнце растопит лужи в середине ноября.
Кофе с привкусом хаоса
Артём замер у входа в кафе «Без пафоса», будто переступал границу запретной зоны. Внутри пахло жареным миндалём и чьей-то невыключенной мечтой о простой жизни. Он пришёл сюда лишь чтобы убить время до встречи с Леной — той самой, чей профиль сиял в его телефоне цифрой 99,3%, как диплом с отличием. Но уже через пять минут понял: это место ненавидит шаблоны.
На стене висел портрет кота в очках, подписанный «Философ Пушистикус». За стойкой гремела посуда, а из колонок лился джаз, напоминавший звук шестерёнки, выпавшей из механизма. И ещё она. Бариста с рыжими волосами, выбивавшимися из пучка, словно провода после короткого замыкания. На её фартуке красовалось пятно, напоминающее Австралию, а на запястье болтался браслет из скрепок.
— Эспрессо? — бросила она, даже не взглянув, будто сканировала его через стену.
— Откуда...
— Вы как тестовая версия человека. — Она щёлкнула кофемолкой, и гул заполнил тишину. — Чёрный кофе, часы на запястье вместо умных гаджетов, взгляд в пол. Никаких сюрпризов.
Артём поправил воротник, ощущая, как под ним пульсирует капиллярная сеть неловкости. Её голос напоминал треск виниловой пластинки — неровный, но затягивающий.
— А вы не пробовали... — она протянула чашку с пенкой, на которой палочкой для коктейля был нарисован смайлик, — ...добавить в жизнь немного бардака?
Он хотел ответить, что бардак — это когда твой идеальный матч опаздывает на семь минут, а ты считаешь каждую секунду. Но вместо этого спросил:
— Что вы предлагаете?
— Сироп «Безумие». — Она достала бутылку с фиолетовой жидкостью. — Имбирный лайм с перцем. Гарантирую: или оргазм для рецепторов, или ужас на три часа.
Артём потянулся за салфеткой, случайно задев её руку. Кожа оказалась тёплой, как экран телефона после долгого разговора.
— Боитесь? — она приподняла бровь, и в этом жесте было что-то, что «Идеал» не предусмотрел в своих шаблонах.
— Я... — он замялся, чувствуя, как цифры из анкеты рассыпаются, как песок в кармане.
В этот момент дверь распахнулась, впустив порыв ветра и девушку в бежевом пальто. Лена. Её каблуки застучали по полу ритмично, как двоичный код. Артём вскочил, но краем глаза заметил, как бариста качает головой, словно наблюдая за провальным экспериментом.
— Вы Артём? — голос Лены был идеально ровным, как синтезаторная мелодия. — Простите за опоздание. Трафик.
Он кивнул, машинально поправляя галстук, который вдруг стал душить сильнее, чем алгоритмические ожидания.
Искра в матрице
Лена достала блокнот с обложкой из искусственной кожи — точь-в-точь как у него. «Совпадение 99,3%», — ехидно напомнил внутренний голос, пока Артём пытался сосредоточиться на её рассказе о квантовой физике и горных маршрутах Швейцарии. Каждое её слово было отполировано, как код в успешном приложении: ни лишней паузы, ни случайной интонации. Даже чай она заказала «ровно на 70 градусов» — и бармен, морщась, полез за термометром.
Артём кивал, машинально отщипывая край бумажной салфетки. Его взгляд упорно цеплялся за стойку, где Аня, склонившись над ноутбуком, печатала одной рукой, а другой размахивала ложкой, будто дирижируя невидимым оркестром. На экране мелькали строки кода, смешанные с рецептами кофе.
— Вы тоже увлекаетесь трекингом? — Лена коснулась его руки, и он вздрогнул, будто от разряда статики.
— Да... то есть нет. С гидом. По графику. — Он потянулся за стаканом, расплескав воду на идеально белую скатерть.
Лена мгновенно прикрыла пятно салфеткой, движения точные, как у хирурга.
— Не волнуйтесь, — улыбнулась она, и Артёму вдруг захотелось, чтобы эта улыбка хоть чуть съехала вбок.
За стойкой грохнула чашка. Аня, скорчив гримасу, подобрала осколки, а потом вдруг замерла, уставившись на экран. Её лицо осветилось, как экран телефона в темноте.
— Да! — выкрикнула она, заставляя пару за соседним столиком обернуться. — Я же говорила, что цикл нужно разорвать!
Артём невольно потянулся к телефону. Уведомление от «Идеала» гласило:
Как проходит ваше идеальное свидание?.
Он судорожно выключил экран, поймав в периферии взгляд Ани — смесь иронии и чего-то ещё, что программа не могла бы расшифровать.
— Знаете, я всегда считала, — Лена отодвинула чашку ровно на два пальца от края стола, — что отношения должны быть... структурированными. Как проект.
— Как проект, — эхом повторил Артём, наблюдая, как Аня, высунув кончик языка, рисует на салфетке диаграмму связей между «капучино» и «уровнем счастья».
— Вы согласны? — Лена наклонилась вперед, и её духи — холодный цветочный аромат — ударили в нос.
Он хотел сказать «да». Произнести заученную фразу о том, что логика — основа всего. Но вместо этого услышал, как его собственный голос, словно зависшее приложение, выдаёт:
— А если... ошибиться в расчётах?
Лена замерла, будто он предложил отменить гравитацию.
— Ошибки — это сбой в системе, — произнесла она, поправляя идеальные пряди. — Их нужно исправлять.
В углу кафе Аня вдруг расхохоталась — звонко, как трель неправильно настроенного пианино. Артём обернулся и увидел, как она подбрасывает вверх скрученную салфетку, пытаясь поймать её ртом. Не поймала. Засмеялась ещё громче.
— Простите, — Лена достала зеркальце, проверяя макияж. — Мне кажется, здесь слишком... шумно для серьёзного разговора.
«Слишком шумно» — это Аня, которая теперь, споря с клиентом о сортах зелёного чая, размахивала пачкой сахара, как мечом.
«Слишком шумно» — это пятно на скатерти, напоминающее остров непредсказуемой формы.
«Слишком шумно» — это что-то внутри него, стучавшееся в рёбра, будто прося выпустить на свободу.
— Да, — вдруг сказал Артём, вставая так резко, что стул завизжал по полу. — Здесь... ошибка.
Он не понял, о чём говорит. О кафе? О приложении? О себе? Лена подняла брови, и на её лице впервые появилось выражение — лёгкая трещина в глазури.
— Ошибка? — переспросила она, и в её голосе зазвучали металлические нотки.
Аня в этот момент уронила поднос. Ложки, чашки, сахарницы — всё грохнуло на пол, устроив симфонию хаоса. Артём, не думая, шагнул к стойке, чувствуя, как цифры из анкеты — «рост 182», «классический стиль», «нет спонтанности» — отрываются и падают за спиной, как осенние листья.
Выбор без алгоритма
Лена ушла, оставив за собой шлейф недоумения и запах стерильных духов. Артём стоял у стойки, где Аня собирала осколки чашки, напевая что-то про «битые коды и целые сердца». Её рыжие пряди падали на лицо, как осенние листья, которые он так ненавидел за непредсказуемость.
— Эй, перфекционист, — она подняла голову, держа в руке черепок с надписью «Made in China». — Выжил?
Он хотел сказать что-то умное, про сбои в системах и кривые вероятности. Но вместо этого выдохнул:
— Я... кажется, ошибался.
— О, — Аня уронила осколок в мусорку с таким звоном, будто разбила хрустальный шар предсказаний. — Приложение дало сбой?
Артём потянулся к телефону, где всё ещё светилось уведомление от «Идеала». Палец завис над кнопкой удаления. Экран погас, отразив его лицо — нечёткое, с трещиной в маске рациональности.
— Знаете, я тут писала код для одного приложения, — Аня вытерла руки о фартук, оставив полоску корицы. — Оно подбирало идеальные сны. Но потом поняла: если всё предсказуемо, то и мечтать не о чем.
Он рассмеялся. Громко, неожиданно, как вспышка фотоаппарата в тёмной комнате. Аня подняла бровь, и он вдруг осознал, что за вечер узнал о ней больше, чем о Лене за три месяца переписки.
— Может, тот самый сироп? — она потрясла бутылкой, где фиолетовая жидкость пузырилась, как жидкий бунт.
Артём взглянул на часы. Стрелки показывали 21:13 — время, которое он никогда не планировал тратить на «бесперспективные знакомства».
— Давайте два, — сказал он, снимая галстук, который вдруг превратился в удавку из собственных правил.
Когда первый глоток обжёг горло имбирём и перцем, он скривился, но Аня уже смеялась, размазывая каплю сиропа по столу.
— Ну как, ваши 99%?
— Полный провал, — ответил он, чувствуя, как цифры из анкеты растворяются, как сахар в кипятке.
За окном повалил снег — раньше прогноза, вопреки всем метеоприложениям. Аня, высунув ладонь в окно, поймала снежинку и показал ему:
— Смотри, шестиугольник. Каждый раз разный.
Артём достал телефон. Последнее, что увидел перед удалением приложения — уведомление:
Ваш идеал ждёт!
На экране отразилась Аня, рисующая на запотевшем стекле формулу, напоминавшую сердечко.
(｡･ω･｡)ﾉ♡•••···•••♡ヽ(･ω･｡)
Как вы думаете: технологии, упрощая поиск “идеальной пары”, лишают нас шанса на настоящую случайность? Или алгоритмы — это будущее любви?
Если эта история заставила вас задуматься о том, как технологии меняют наши сердца, поставьте 👍 и подпишитесь на канал. Здесь вы найдёте не только истории о любви, но и вопросы, которые заставляют пересмотреть свои взгляды.
⚡А в комментариях расскажите: вы верите в “идеальные совпадения” или в хаос чувств?