Максимка слушал Евгению Борисовну, увлечённо рассказывающую о животных и растительности, какая имеется в таёжном лесу. Он деловито покачивал головой, слыша названия, что уже знал от деда. Продолжая всматриваться в учительницу, Максимке пришло в голову, хорошо бы было, чтобы вот эта миловидная, добрая женщина стала его мамой.
И почему это батька не желает в школу идти? Максимка вот уж несколько раз затевал драку с одноклассником Кириллом Самсоновым. Нет, ну тому он врезал, конечно, не зазря, но и ожидаемая запись в дневнике объявилась о вызове отца в школу.
- Ну и чего ты буянишь там? – грозно спросил отец своего восьмилетнего сына, после того, как прочитал запись в дневнике.
- Самсон сам виноват, нечего свои языком болтать, чего не просят, - Максим насупился, проворчав свой ответ.
- Чего же мог сказать твой одноклассник такого, что дальше обязательно драться надо? Это же уже третье учительское замечание за месяц¸ ты из них коллекцию собираешь? – отец тяжело вздохнул.
- Бать, ну Евгения Борисовна тебя вызывает, сказала без отца не являться в школу.
- Нет уж, никуда я не пойду. Ты эту заварушку устроил, а я краснеть должен? Умей договариваться с одноклассниками,
- Как, бать, если Кирюха кричит на весь класс, что я плохой, что меня даже мамка бросила.
- Это он зря, конечно, но вот, что я тебе скажу, драться не обязательно, достаточно подмечать разные проступки и ошибки за одноклассниками. У каждого же в семье имеются недостатки, которые они скрывают, вот и надобно тебе разузнать их, тогда и драться не придётся.
Максимка ничего толком не понял, но стал прислушиваться и присматриваться, как велел отец. Через месяц он узнал о своём недруге такое, что заставило того самого Кирилла замолчать навсегда.
Однажды отец послал Максима за хлебом в магазин, а там соседка Марья Потаповна обсуждала Кирюху, у которого энурез. Две бабушки мальца вздыхали и охали, так как переживали за внука.
А Максимка, ухватив словцо, побежал к деду, чтобы уточнить, что это такое, а узнав в чём беда Кирилла, Максим победителем шёл в школу на следующий день.
- Подкидыш явился, - оповестил Кирилл на весь класс, завидев Максима.
Кирилл хотел было сказать и ещё что-то, но Максим шёл прямо к нему. При этом сегодня его лицо было не таким грозным, как обычно. Маким почему-то улыбался и мел нагло-довольный вид.
Шепнув что-то Кирюхе, Максим прошёл дальше, усаживаясь за свою третью парту и продолжая посматривать за одноклассником, который изменился в лице. Кирилл покраснел, затем суетливо стал вытаскивать тетради и учебники из своего портфеля, делая вид самого занятого человека в классе. С того дня мальчик перестал задирать Максима, так как имелся между парнями уговор, если что не так, то Максимка всему классу оповестит о его проблеме.
К концу второго класса Евгения Борисовна перестала пытаться вызывать отца Максима в школу, но однажды явилась к ним домой. Отец посмотрел на сына и махнул головой, указывая, чтобы тот убрался в свою комнату.
Максимка честно сидел за закрытыми дверьми, но обрывки разговора всё же были слышны. Его учительница сетовала на то, что Максимом никто не занимается, что мальчик часто приходит без выполненного домашнего задания и конфликтует с одноклассниками.
Отец же просто так выслушивать всё это не собирался, тут же сообщил педагогу, что учить ребёнка входит в её обязанность, а он должен работать и зарабатывать, чтобы было на что ребёнка содержать.
Так и не договорились эти взрослые. Евгения Борисовна ушла ни с чем, не смогла она убедить Георгия Михайловича, отца Максимки, что парнем заниматься нужно. И все надежды на то, чтобы учительница стала матерью, у мальца рухнули в тот день.
Свою мать Максимка не помнил. По деревне ходили слухи, что бросила она мужа с ребёнком и сбежала. Но то трепались люди, а они всегда горазды и присочинить.
Куда делась мать, Максим спрашивал у отца несколько раз, но тот переводил разговор на другую тему, говоря, что этот вопрос закрыт до момента его взросления.
Были у Максимки и бабка с дедом, но те стояли на своём, не выдавая никаких секретов. С бабкой отношения были натянутые, она словно бы не любила своего внука, а вот к деду Максимка тянулся более всего. Тот и брал с собой его в свои таёжные походы, да и учил чему-то плотницкому во дворе.
- Дед, а куда мамка моя подевалась? – однажды спросил Максимка, когда уже уставшие от долгой дороги, они сидели у костра, - по деревне говорят, что бросила она меня, что не нужен я ей.
- По деревне мало ли чего говорят, - дед вздохнул и махнул рукой на внука, - но тут они правы, и правда убёгла маманя твоя, смылась с одним хитрецом нашем местным, повелась на балвана Петьку Казанца. Вот и пострадали от этого и батька твой, и ты, да и сама она горемычная, скитается, счастья не знает.
- Почему же она меня оставила? – не унимался Максимка, - почему с собой не забрала?
- А куда с собой? – дед громко швыркнул чаем, отпивая большой глоток, - Петька-то ничего ей путёвого не предоставил. Они снимали квартиру в городе года два, мы ещё о ней слышали, а после и вовсе исчезла из виду. Даже и не знаю, что с ней сейчас.
- Дед, - после некоторых раздумий, Максим добавил свой новый вопрос, - значит у меня должны быть ещё бабушка с дедом, ну мамкины родители.
- Не знаю я по поводу этого, детдомовская она, мамка твоя. Говорила твоему отцу бабка, чтобы не связывался с ней, так нет же, любовь у того была сильная. Такая сильная, что до сих пор вон один живёт.
- Может он мою мамку ждёт?
- Может, не знаю я, - дед махнул на внука, - переставай выведывать. Я и так наговорил тебе лишнего, бабка узнает, так и житья мне не даст.
- А я не скажу ей, что ты мне рассказал, - сообщил Максим тихо.
Отец был чаще всего занят, много времени проводил на работе, приходил поздно, а уходил рано. Уже в восемь лет Максим умело вычищал золу из поддувала, наносил дров из сарая и готовил самые простые блюда, чем мог себя прокормить в обед.
Вечерами отец мог приготовить суп или же по-быстрому сварить лапши с сосисками, чем и кормил сына. Григорий Михайлович был мужчиной молчаливым. Говорил батя, как называл по-взрослому его Максимка, довольно мало.
Максим видел, что у большинства одноклассников есть матери. Он замечал, что тем живётся сытнее и намного приятнее, так как их любят, заботятся о них. В доме одноклассника Сергея Митрофанова всегда вкусно пахло едой. Максим завидовал товарищу и мечтал тоже о матери, но та так и не появилась в их доме.
Ни жениться на другой женщине, ни вернуть мать домой, Григорий Михайлович не собирался, так и жил бирюком, как звали его местные жители. От бабушки Максимка почему-то тоже особой любви не замечал, та относилась к нему так, словно бы выполняла долг. Накормить могла, но не баловала его, даже не ругала, а однажды паренёк услышал странные разговор между бабушкой и отцом.
- И чего ты всю жизнь себе переломал? Говорила же, не связывайся с этой Ольгой, дурная она была сразу, не было в ней покоя и тяги к семейной жизни. Ладно женился неудачно, жена оказалась непутёвой, так ещё ребёнка её для чего забрал к себе? Для чего эта доброта? Кто спасибо скажет тебе за то, что ты на его воспитание всю свою жизнь угробил?
- Ну что же мне его нужно было выкинуть, как котёнка бездомного? – ответил отец.
- Почему сразу выкинуть, в детский дом сдать.
- Нет уж, меня бы совесть замучила, нельзя так поступать. Не виноват Максимка в том, что получилось так.
Как так, что получилось, Максим так и не понял из того разговора, да и вообще загадками говорили эти взрослые. Но после он всё же попытал судьбу и решил вновь поговорить с отцом на тему матери. Ничего тогда у него не вышло, так как отец как всегда отмахнулся от этой беседы.
- А бабушка отчего меня не любит? – не унимался Максимка.
- С чего ты взял, любит она тебя, просто такой у неё характер, никогда ласковой женщиной она не слыла, - это было всё, чего удалось добиться от отца в тот день.
В старших классах свои оценки Максим выправил и стал учиться намного лучше, не доставляя больше хлопот учителям или же отцу. Когда он принёс аттестат в дом, Григорий Михайлович мельком взглянул на бумажку, что лежала на столе, не взяв её в руки.
- Молодец, - кивнул отец, - и чего дальше станешь делать?
- В университет поступать в городе.
- Одобряю, деньгами подсоблю, - это был весь разговор с отцом в тот вечер.
Поступил Максим сам и стал учиться на инженера по автоматизации производственных процессов. Жил Максим в общежитии, отец и правда деньгами помогал.
На третьем курсе закрутил роман Максимка, встретив свою белокурую Алёнку. Приехал он как-то весной к отцу и сообщил, что жениться надумал. Тот почему-то не встретил радостно его новость.
- Не доверял бы я этим женщинам, сынок. Всю душу вынут, плюнут туда и после живи с этим, как хочешь.
- Батя, решил я, ребёнок у нас с Алёнкой будет, - тут же строго, словно бы совсем взрослый, сообщил Максим, - в наш дом хочу жену привезти, не против ты?
- Привози, - сказал отец, встал и вышел во двор, чтобы разговор не продолжать.
Алёнка была девушкой деревенской точно также, как и Максим. Свадьбу играли скромную, зарегистрировались в городе и приехали домой, устроив небольшой вечер с застольем.
Учится Максим перестал, отправился на ферму работать. Через несколько месяцев отвёз свою Алёнушку в роддом, а после с новостью о рождении сына явился в первую очередь к отцу, прихватив с собой бутылку, чтобы отпраздновать это событие.
- Бать, а чего ты не женился? – решился спросить Максим, когда они уже чуток подвыпили, - мамку мою ждал?
- Ольгу я любил, вот точно также, как и ты привёз её в деревню, дом вот этот ставить начал, да достроил уже после её побега, - начал свой рассказ отец после долгих раздумий, - она детдомовская. Прикипел я к ней всем сердцем сразу же, как-то жалко её было, хотел защитить, сберечь от всего.
Я бы всё для неё сделал, но ей приглянулся в нашей деревне Петька Казанцев. Не знал я, не замечал даже никогда, только, когда ты родился, тогда мать и принесла эту весть. Донесли ей, с Петькой якобы видели Ольгу. Я и тогда не поверил, но мать своё над ухом жужжала.
Решился спросить жену уже, когда ты в доме был. А она возьми и ответь, мол так и есть, любит не меня, а Петьку. Я тогда опешил, не знал, что и делать.
Ринулся к Казанцу, подрались мы с ним, но с Ольгой не думал разводиться, хотя был сильно злой на неё. Через месяц она укатила вместе с Казанцом, да тебя прихватила. А ещё через два вернулась с тобой на руках. Осень была, как сейчас помню. С утра дождь моросил, а когда она явилась к крыльцу, разъяснилось всё уже.
Я ещё с родителями жил, так мать первая и вышла, стала ругаться на Ольгу, а та молчала, меня дожидалась. Я вышел, сердце потеплело почему-то, не знаю, надеялся, что она с извинениями ко мне, что вернуться захотела, но нет, хотела Ольга тебя только пристроит.
Сказал я, что приму ребёнка только вместе с ней, на этом и порешили, она развернулась и пошла прочь. Мы в дом зашли, а минут через тридцать слышим, как ребёнок плачет на крыльце. Выходим, её нет, а свёрток лежит. Оставила она ребёнка, сама подалась куда-то.
Честно скажу, не знал я, что и делать первое время, были мысли в детский дом сдать, но после подумал, что совесть съест меня после, не смогу спокойно жить на белом свете, зная, что и я тебя оставил.
- А мать как же, приезжала?
- Нет, - отец закивал головой, - ни разу. Вот и ты, сынок, будь осторожнее с этими бабами, не доверяю я им. Вроде бы твоя Алёнка скромница, только время покажет, какой на самом деле окажется.
А время и правда показало. Алёнка первое время себя скромно вела, отца особенно побаивалась. После она освоилась и стала командовать своими мужчинами, указывая, чем помочь ей надо.
- Стирку я сегодня затеяла, баньку мне истопите, Григорий Михайлович. – сообщала она свёкру, когда муж был на работе.
Постепенно как-то изменилась атмосфера в доме, словно бы уютнее стало, теплее и приятнее находиться. Алёнка всю власть в свои руки взяла, так как мужчины и не перечили ей. Стала она порядки наводить, да всё по-своему обустраивать.
В доме теперь пахло едой и было приятнее находиться. Григорий Михайлович смотрел на свою невестку, да душой оттаивал. Любил он и с внуком повозиться. Возьмёт его на руки и носит по дому, что-то ему рассказывает, рассуждает. Алёнка же смотрит, да улыбается такому поведению сурового человека.
Максим после того разговора с отцом принял для себя решение, что мать и не нужна ему вовсе. Не будет он её ни искать, ни интересоваться. Раз она решила, что он ей не нужен, так пусть так и будет.
Да и с отцом он определился, точно для себя решил, что это его батька. Бывало, что где-то сплетники могли напомнить Максиму о прошлом его семьи, намекая, что может он быть и не родным своему отцу. Такие разговоры Максим всегда пресекал, тут же резко отвечал, что батька точно его родной и всё тут.