Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

“Мама, я гулял по заброшке

“Мама, я гулял по заброшке. Это сгоревший роддом. Там шприцы, трубки, странный запах… завтра я туда снова пойду.” Такие слова способны вызвать у многих родителей страх, панику, желание моментально запретить, наказать или контролировать. Но у меня была тишина внутри. Спокойствие, благодаря которому я не включилась в тревогу. Энергетические практики помогают мне не реагировать автоматически, а действовать с ясностью и доверием. А теперь — сама история. ⸻ В подростковом возрасте желание пощекотать нервы превышает здравый смысл. Никита добирается до школы в центр города самостоятельно, гуляет с друзьями, и мы не можем контролировать каждый его шаг. Но мы можем реагировать так, чтобы он нам доверял и прислушивался к нашим словам. Прежде чем поделиться с нами своим днём, Никита сначала сказал, что не хочет рассказывать всё, потому что боится, что мы начнём его осуждать. Мы с мужем поняли друг друга без слов — и выслушали его почти безэмоционально. Оставлять ситуацию без внимания, кон

“Мама, я гулял по заброшке. Это сгоревший роддом. Там шприцы, трубки, странный запах… завтра я туда снова пойду.”

Такие слова способны вызвать у многих родителей страх, панику, желание моментально запретить, наказать или контролировать.

Но у меня была тишина внутри.

Спокойствие, благодаря которому я не включилась в тревогу.

Энергетические практики помогают мне не реагировать автоматически, а действовать с ясностью и доверием.

А теперь — сама история.

В подростковом возрасте желание пощекотать нервы превышает здравый смысл. Никита добирается до школы в центр города самостоятельно, гуляет с друзьями, и мы не можем контролировать каждый его шаг. Но мы можем реагировать так, чтобы он нам доверял и прислушивался к нашим словам.

Прежде чем поделиться с нами своим днём, Никита сначала сказал, что не хочет рассказывать всё, потому что боится, что мы начнём его осуждать.

Мы с мужем поняли друг друга без слов — и выслушали его почти безэмоционально.

Оставлять ситуацию без внимания, конечно, не собирались.

Я выяснила, где находится это место. Связалась с мамой друга и с учителем, чтобы понять полную картину.

Без давления мы рассказали Никите, какие реальные опасности могут быть в таких местах и кто ещё может там находиться.

Но не делали выводов за него. Мы дали ему пространство подумать и принять решение самостоятельно.

В результате он показал нам видео с места и остался с нами в диалоге.

А в следующий раз уже поехал туда с другом и его водителем — был под ненавязчивым присмотром и на связи.

Я уверена, что период экстрима пройдёт.

А вот доверие и здравый контакт с ребёнком — это то, что хочется сохранить навсегда. И всё это зависит от внутреннего состояния родителя.

Взрослые могут быть опорой. Не потому что всё контролируют, а потому что сами внутри устойчивы.