...— Значит, ты и есть та самая Лили Кэрролл? — произнёс он, возвращая к действительности разглядывающую его девочку.
— Да, это я, — немного смущённо ответила Лили.
Она почувствовала, что краснеет от откровенного разглядывания, но не отвела глаз.
— Бэни Дойл! — протягивая мозолистую руку, представился он.
Лили отметила его железную хватку.
— А это моя летающая колесница, — наклонившись вперёд, он похлопал по крупу коня. — Куда вас доставить, леди?
— Нам нужно на Пустырь, — отвечала Шелли.
— Забирайтесь, домчу быстрее ветра.
— Не вздумай гнать как в прошлый раз, иначе схлопочешь у меня!
С этими словами Шелли забралась в экипаж, а Бэни Дойл задорно подмигнул Лили, которая, улыбнувшись в ответ, присоединилась к подруге. Но не успела она занять место напротив, как карета рванула с места. Изловчившись ухватиться за сиденье, она каким-то чудом не полетела через весь салон кувырком.
Вжавшись в сиденье, Лили огляделась. Обивка салона и сидений кареты была из красной бархатной материи. Над головой раскачивалась маленькая необычная спиралевидная люстра, ослепительно яркая. Впервые она увидела не свечи в люстре, а странные огоньки, которые носились по спиралям.
Отодвинув закрывающую окно плотную ткань, Лили ахнула. Колесница неслась по воздуху, высоко над землёй, качаясь из стороны в сторону, как шлюпка на волнах. Девочки изо всех сил цеплялись за всё, за что можно было ухватиться. Казалось бы, не успев разогнаться, карета затормозила с такой же неожиданностью, с которой дала дёру. Лили даже не почувствовала снижения. Её бросило вперёд на Шелли, и, неуклюже поднявшись на ноги, потирая ушибленный лоб, она простонала:
— Извини!
— Это не твоя вина, — ответила Шелли, вставая и потирая коленку. — Но Бэни дождётся, что я угощу его «Языковым заклятьем».
— Чем? — по привычке, услышав незнакомое словосочетание, спросила Лили.
— Не желаю тебе испытать его когда-нибудь на себе, — вместо ответа сказала подруга и повернулась, чтобы выйти из кареты.
— Почему? — с вящим любопытством поинтересовалась Лили, следуя за выбирающейся наружу девочкой.
— Потому что языковые чары заставляют тебя нести полную околесицу или, что ещё хуже — сквернословить, — пояснила Шелли, ступая на твёрдую почву и недобро косясь на улыбающегося парня.
— Могу я ещё чем-нибудь помочь, дамы? — спросил извозчик.
— Нет уж, спасибо! — саркастично отрезала Шелли. — Нам хватило божественного полёта.
— Прости, Шелли! У меня не было намерений причинять вам неудобства. Я подумал, что нужно доставить вас как можно быстрее, — виновато улыбнулся Бэни и второпях проговорил: — Желаю удачи! Свистни, когда закончите, Шел. Увидимся, Лили…
Лили кивнула ему и повернулась к Шелли.
— И что же такого ужасного в этом заклятье? — продолжила она прерванный разговор с недоумённым видом, отвлекаясь всего на секунду, которой хватило, чтобы колесницу Дойла как ветром сдуло.
— К примеру: ты открываешь рот, чтобы с кем-то поздороваться, а из тебя как польётся нецензурная брань, представь, если такое произойдёт в присутствии кого-нибудь важного…
Лили рассмеялась.
— Да, ты права — в этом случае и впрямь не позавидуешь бедняге.
Шелли мрачно огляделась вокруг. Лили сделала то же. Только теперь она увидела, что Дойл высадил их в безлюдном месте на песчаной заброшенной дороге, среди раскинувшихся бескрайних вересковых полей. Ещё не успело рассвести. Было сумрачно и прохладно, а небо затянуто грозовыми тучами. Здесь под ногами даже слабые побеги растений, упрямо пробившиеся в сухой потрескавшейся почве, ветер пригибал низко к земле. Трава окружающих их полей под порывами ветра напоминала морские волны. Эти перекрёстные ветра рвали волосы и плащи девочек.
Лили смутно представлялось, что им с Шелли предстоит делать посреди поля, на зарастающей травой и извиваясь исчезающей за горизонтом дороге, пролегающей среди бескрайних лугов. Ничего разумного в голову не приходило, но Шелли точно знала, в чём их задача и куда держать путь.
— Что это за место? Здесь же ничего нет.
— Не совсем так. Взгляни вон туда, — сосредоточенно глядя вдаль, она указала на серую бесформенную массу, похожую на огромный валун.
Если бы Шелли не показала, Лили и не заметила бы её.
Девочки затопали по мягкой траве, кое-где ещё едва пробившейся сквозь окаменелую почву. Накидки раздувались как паруса — их не уносило ветром только благодаря застёжкам на шее. Цель девочек была неблизкой, от чего у Лили родился вполне обоснованный вопрос:
— А что этот Бэни не мог высадить нас прямо там?
— К сожалению, нет, — учащённо дыша, ответила Шелли, сминая траву, которая чем дальше они шли, тем становилась всё гуще и выше.
— Но почему?
Она шагала очень быстро. Чтобы поспевать за ней, Лили приходилось бежать чуть ли не вприпрыжку, от чего и спотыкалась.
— Сейчас поймёшь, — отдуваясь, сказала Шелли и притормозила.
Лили смотрела во все глаза, чтобы ничего не упустить. Непонятный объект был ещё очень далеко. Запыхавшаяся Шелли медленно протянула вперёд руку, ощупывая воздух, словно видела перед собой что-то, чего не видела она. Пытаясь отдышаться, Лили следила за всеми её движениями.
Шаг за шагом та двигалась вперёд, словно боясь задеть невидимые ловушки, расставленные под ногами, и осторожно переступая через них. Вдруг она остановилась, и ладонь её как будто во что-то уперлась.
Лили улыбнулась. Это напомнило ей пантомиму клоунов-мимов, которые виртуозно воспроизводят взаимодействие с воображаемыми предметами.
— Вот почему, — невозмутимо сообщила Шелли.
Лили такого вида пояснение не устроило. Она встала вровень с подругой, пытаясь увидеть то, что видела Шелли.
— Попробуй сама! — предложила она, не переставая ощупывать воздух.
Лили с некоторым волнением протянула руку перед собой. Ладонь её ощутила какую-то странную структуру воздуха — твёрдость и мягкость одновременно. Ладонь словно стала магнитом, встретившимся одинаковым полюсом с другим — невидимым магнитом. Этот плотный воздух не пропускал насквозь, а отталкивал при натиске.
— Ну, что скажешь? — с довольным и в то же время озадаченным видом спросила Шелли, глядя на заворожённую Лили.
— Потрясающе! — протянула она. — Но как нам пройти через него?
— В том-то и загвоздка, — нахмурилась Шелли. — Мне самой хотелось бы это знать. Я даже не…
— Permeare!
Лили, толком не понимая, что делает, произнесла это с придыханием в какой-то внезапной прострации. Всё произошло непроизвольно — что-то шевельнулось в памяти, а уста сами произнесли заклинание. Оно было знакомым, хотя она совершенно точно не знала его значения. Произведённый им эффект буквально ошеломил её. Лёгкое покалывание прокатилось по всему телу, после чего ладонь, которая упиралась в уплотнённый воздух, провалилась в пустоту. Барьер исчез.
Шелли, которая осеклась на полуслове, уставилась на Лили, широко разинув рот, как на явившееся из ниоткуда божество.
— Лили! — только и выговорила она, то открывая рот, то закрывая, не находя выхода своему потрясению и не в силах отвести глаз от не менее ошеломлённой подруги. — Это… просто… невероятно… просто… потрясающе… Но как?! Откуда тебе известно это заклинание? Ты знаешь о «Quinque Reliquias»? Кто научил тебя этому?.. — тараторила Шелли возбуждённо.
— О чём ты? — Лили была в полном недоумении.
Шелли сделала глубокий вдох.
— Эти чары состоят в пятёрке наисильнейших способностей, к тому же находятся на первом месте по сложности, — раздельно проговорила она, словно объяснить это было жизненно необходимо. — «Quinque Reliquias» — это «Пять Мощей», понимаешь?
— Что-о? — обескураженно глядя на Шелли, вымолвила Лили. — Это же… то есть это… «Пять Мощей»?! Да ты что?!.. Но как же…?
Шелли недоуменно хохотнула.
— Это тебя надо спросить — как! — потрясённая Шелли никак не могла опомниться. Она внимательно вглядывалась в её лицо, словно ища подсказку. — Ты только что применила заклинание «Permeare», убрала заграждение и не можешь объяснить, как это сделала?! Ты хоть понимаешь, что это означает?! Прямо здесь и сейчас ты совершила своё первое настоящее волшебство! И какое волшебство!
— Но… я же ничего не делала! Я просто сказала… это странное слово… — виновато оправдывалась Лили, словно совершила какое-то преступление.
Шелли смотрела на неё с благоговейным ужасом, а Лили решительно смотрела в ответ, потому что скрывать ей было нечего.
— Значит, это непроизвольная магия, — с мрачной задумчивостью подытожила Шелли после непродолжительной паузы. — Но ты всё же произнесла заклинание! Незнакомое слово невозможно произнести непроизвольно…
— Да, я где-то его слышала, но не помню где. Сама не понимаю, зачем я вообще его произнесла. Оно словно само вырвалось…
— Это очень мощная и опасная магия. При её неудачном совершении можно навсегда затеряться в пространстве. Этому очень долго учатся, и только один из тысячи может достичь успеха, и то если у него есть предрасположенность. «Permeare» позволяет пройти сквозь пространство и любой неодушевлённый предмет. Если я, к примеру, с трудом научилась смягчать жёсткий предмет, то ты не просто проделала проход, а вовсе убрала серьёзную защитную оболочку, бывшую предположительно толщиной не менее семнадцати футов, — скороговоркой проговорила Шелли. Наконец, оторвав от Лили восхищённый взгляд, закончила монолог словами: — Ладно, идём дальше! Самое сложное ты уже сделала, всё остальное просто ерунда.
Они двинулись дальше. Быстро светало. Грянул гром. Впервые за целый месяц редкие крупные капли дождя обрушились на землю. Лили радовалась своему первому дождю в новой жизни. Забыв о впервые сотворённом волшебстве и опасности, поджидающей впереди, она просто следовала за Шелли, воспроизводя в памяти прекрасные моменты своей жизни, которые укладывались в один единственный счастливый месяц.
Когда она подняла глаза и глянула вдаль, немного удивилась: непонятный объект, напоминавший каменный валун, с исчезновением невидимой преграды видоизменился. Стало ясно, что это старый разваливающийся дом, с более близкого рассмотрения больше напоминающий хижину. Он почти наполовину врос в землю. Замшелый фасад не вызывал ни малейшего желания приближаться. Неразбитая пара из четырёх окон была непроницаема — стёкла засаленные, грязные. Прогнившая крыша в некоторых местах провалилась внутрь, черепица практически вся осыпалась. Несколько ступенек покосившегося крыльца тоже сгнили и развалились, а остальные, казалось, рассыпятся от дуновения ветра. В общем, это дряхлое строение держалось на честном слове. Но Шелли, судя по её решительному устремлению к нему, собиралась проникнуть внутрь...