— Папа, ты безнадежно отстал от жизни! — раздраженно бросил Кирилл. — Сейчас так бизнес не ведут. Забудь свои устаревшие принципы!
Виктор Степанович медленно поднял глаза на сына. За тридцать лет существования автосервиса он много чего повидал, но такого — никогда. Собственный сын назвал его принципы устаревшими. Те самые принципы, которые позволили создать лучший сервис в городе.
— Какие именно принципы тебе мешают, сынок? — спокойно поинтересовался он. — Честность перед клиентами? Качественный ремонт? Или, может быть, программа помощи пенсионерам?
— Вот об этом я и говорю! — Кирилл начал расхаживать по кабинету. — Какие пенсионеры? Какие скидки? Мы же не благотворительный фонд! Бизнес должен приносить прибыль!
— А он и приносит, — Виктор Степанович постучал пальцем по папке с документами. — Более чем достаточно.
— Достаточно? — фыркнул Кирилл. — Папа, ты хоть знаешь, сколько зарабатывают конкуренты? В два, нет, в три раза больше! А все потому, что не распыляются на социальные программы и прочую ерунду.
В дверь деликатно постучали. На пороге появилась Марина, жена Кирилла — эффектная брюнетка с цепким взглядом карих глаз.
— Я принесла расчеты, — проворковала она, положив перед свекром аккуратную папку. — Вы только взгляните, какую прибыль мы можем получать при правильном управлении.
Виктор Степанович раскрыл папку. С каждой строчкой его лицо становилось все мрачнее.
— Вы предлагаете уволить половину сотрудников? — он захлопнул папку. — Михалыча? Который здесь с первого дня работает? Петровича? Который лучший диагност в городе?
— Они слишком дорого обходятся фирме, — пожала плечами Марина. — Можно найти молодых ребят, которые будут работать за меньшие деньги.
— И качество ремонта станет соответствующим, — покачал головой Виктор Степанович.
— Папа, — Кирилл присел на край стола, — давай смотреть правде в глаза. Если ты передашь управление нам с Мариной, мы сможем вывести бизнес на новый уровень. Ты будешь получать хороший процент и спокойно отдыхать.
— Отдыхать? — Виктор Степанович усмехнулся. — От чего отдыхать? От дела всей моей жизни?
— Но ты же не сможешь вечно здесь крутиться! — всплеснула руками Марина. — Надо давать дорогу молодым, прогрессивным руководителям.
Виктор Степанович внимательно посмотрел на невестку. Что-то в ее интонации ему не понравилось. Будто она уже считала сервис своим.
— Знаете что, — Виктор Степанович поднялся из-за стола, — давайте сделаем так. Я дам вам месяц. Показывайте, как умеете управлять. Испытательный срок начнется с понедельника. Но с двумя условиями: никого не увольнять и сохранить программу помощи пенсионерам.
Глаза Марины победно блеснули.
— Вы не пожалеете! — воскликнула она. — Мы с Кириллом уже составили план модернизации...
— И еще, — перебил её Виктор Степанович, — каждую неделю будете отчитываться о результатах. Всё должно быть прозрачно.
Кирилл просиял: — Спасибо, пап! Ты не представляешь, как мы тебе благодарны!
Через неделю Виктор Степанович уже пожалел о своем решении. Что-то неуловимо изменилось в атмосфере сервиса. Исчез тот особый дух взаимовыручки, который складывался годами.
Михалыч, обычно общительный и веселый, теперь хмуро копался в моторах. Петрович всё чаще запирался в своей диагностической будке. А молодой механик Димка, которого Виктор Степанович сам натаскивал последние два года, и вовсе написал заявление об уходе.
— Почему уходишь? — спросил его Виктор Степанович.
— Да как вам сказать, Степаныч, — Димка замялся. — Марина Олеговна требует брать предоплату с пенсионеров. А я не могу с бабы Клавы, у которой пенсия двенадцать тысяч, требовать тридцатку вперёд...
— Какую предоплату? — нахмурился Виктор Степанович. — Мы же договорились...
— А ещё, — Димка понизил голос, — запчасти теперь какие-то левые идут. Я вчера глянул — подделки китайские. А в накладных пишут, что оригинал...
Виктор Степанович похолодел. Неужели...
Вечером он задержался в сервисе допоздна, просматривая документацию. Цифры в новых отчетах никак не сходились с реальными поставками. Накладные выглядели странно, а некоторые счета и вовсе вызывали подозрение.
— Что-то ищете, папа? — раздался за спиной голос Марины.
Виктор Степанович обернулся. В дверях стояла невестка, скрестив руки на груди.
— Да вот, знаешь, — он постучал пальцем по папке с документами, — никак не пойму, почему у нас в накладных оригинальные запчасти, а на складе подделки?
Марина картинно закатила глаза: — Ну что вы придумываете! Какие подделки? Просто мы нашли более выгодных поставщиков.
— Виктор Степанович, — Марина присела на край стола, — давайте начистоту. Времена изменились. Сейчас все так работают. Главное — прибыль.
— Прибыль? — он поднялся, нависая над невесткой. — А репутация? Тридцать лет люди нам доверяют! Тридцать лет к нам едут даже из соседних городов, потому что знают — здесь не обманут!
— И что с того? — фыркнула Марина. — Подумаешь, репутация! Сейчас главное — грамотный маркетинг. Дайте правильную рекламу, и клиенты повалят толпой.
В этот момент в кабинет вошел Кирилл: — Что за шум? Папа, ты чего здесь так поздно?
— Вот, разбираюсь с вашими инновациями, — Виктор Степанович швырнул на стол папку с документами. — Объясни мне, сын, когда ты успел стать жуликом?
— Папа! — возмутился Кирилл. — Ты что такое говоришь?
— А как ещё назвать человека, который ставит на машины клиентов поддельные запчасти? Который берет предоплату с пенсионеров? Который...
— Хватит! — Кирилл стукнул кулаком по столу. — Ты просто не понимаешь современных методов ведения бизнеса! Мы делаем всё, чтобы сервис приносил больше денег!
— Больше денег? — Виктор Степанович горько усмехнулся. — И куда идут эти деньги? На тот курорт, путевки на который вы недавно купили?
Марина и Кирилл переглянулись. В их взглядах промелькнуло что-то такое, от чего у Виктора Степановича засосало под ложечкой.
— Вы что еще натворили? — тихо спросил он.
— Ничего особенного, — Марина небрежно повела плечом. — Просто грамотно распорядились финансами.
— Как именно? — в голосе Виктора Степановича зазвенел металл.
— Пап, ну правда, чего ты завелся? — Кирилл нервно одернул рукав пиджака. — Подумаешь, пытались оформить кредит под залог помещения, подделав документы...
— Что?! — Виктор Степанович почувствовал, как у него задрожали руки. — Какой еще кредит? Под залог чего?
— Виктор Степанович, — вмешалась Марина, — это абсолютно стандартная практика. Берется кредит, вкладывается в развитие...
— В какое развитие? В путевки на курорт?
— При чем тут путевки? — огрызнулся Кирилл. — Мы планируем открыть второй сервис, используя деньги от продажи оборудования и кредит. Более современный, с новым оборудованием...
— Что? — Виктор Степанович опустился в кресло. — То есть вы не только угробили репутацию этого сервиса, но еще и...
Договорить он не успел. В кабинет буквально влетел Петрович: — Степаныч! Там Михалыч... он случайно услышал, как эти двое, — он мотнул головой в сторону Марины и Кирилла, — обсуждали план по продаже нашего оборудования!
— Какого оборудования? — Виктор Степанович перевел взгляд на сына.
— Да старье это всё! — взорвался Кирилл. — Хлам ржавый! В новом сервисе всё будет по последнему слову техники!
— В новом... — Виктор Степанович медленно поднялся. — То есть вы планировали разорить этот сервис, распродать оборудование, а на эти деньги...
— Открыть современный центр! — воскликнула Марина. — С шоу-румом, с кафе для клиентов, с...
— Вон! — вдруг рявкнул Виктор Степанович так, что задребезжали стекла. — Вон отсюда! Оба!
— Папа, ты не можешь... — начал было Кирилл.
— Не могу? — Виктор Степанович достал из сейфа документы. — Очень даже могу. Вот, полюбуйся — я не передавал вам права на управление. Всё было временно. А теперь — вон отсюда! С завтрашнего дня начинаю полную проверку документации.
— Но папа...
— Вон! — в голосе Виктора Степановича зазвучала такая сталь, что Марина невольно попятилась к двери. — И чтобы духу вашего здесь не было!
Когда за ними закрылась дверь, он обессиленно опустился в кресло. Петрович молча присел рядом.
— Знаешь, — тихо произнес Виктор Степанович, — я же чувствовал неладное. С самого первого дня. Как она тогда выразилась? «Прогрессивное управление»...
— Степаныч, — Петрович замялся, — тут такое дело... Михалыч случайно подслушал их разговор в курилке. Они собираются утром вывезти всю документацию. И деньги со счета сервиса снять...
Виктор Степанович резко выпрямился: — Немедленно звони Сергею Иванычу! Пусть готовит документы на блокировку счетов.
Следующая неделя превратилась в настоящий кошмар. Вскрылось гораздо больше нарушений, чем можно было представить. Поддельные накладные на запчасти, фиктивные договоры на ремонт, завышенные сметы для постоянных клиентов...
Постоянные клиенты, прознав про замену оригинальных запчастей на подделки, начали отказываться от обслуживания. В городских пабликах появились негативные отзывы. Телефон сервиса разрывался от звонков недовольных автовладельцев.
Но настоящий удар ждал впереди. Разбирая документы в столе Марины, Виктор Степанович нашел черновик договора о продаже помещения сервиса. Они планировали сбыть здание через какую-то неизвестную фирму...
Виктор Степанович кивнул: — Пусть возвращается. Нам сейчас каждая пара рук нужна.
— И еще, — Михалыч прикрыл дверь, — тут слух прошел... Говорят, твоя невестка раньше какой-то автосалон до банкротства довела. Там та же схема была — подменяли запчасти, документы подделывали...
Виктор Степанович устало потер переносицу. За последние дни он не просто постарел — он словно высох изнутри. Собственный сын... Родная кровь...
— Степаныч, — Михалыч присел рядом, — ты это... Не казнись особо. Я же помню, как ты Кирилку растил. Все для него делал. Только вот беда — избаловал. А эта... хищница, она своё дело знает. Окрутила парня...
В приемной раздались громкие голоса. Дверь распахнулась — на пороге стоял Кирилл. Один, без Марины.
— Пап, — он шагнул в кабинет, — можно поговорить?
Виктор Степанович молча кивнул. Михалыч тактично вышел.
— Пап, я тут узнал... — Кирилл замялся. — В общем, Марина... Она раньше работала в автосалоне. И там... В общем, она его обанкротила. Специально. А потом её новый муж выкупил помещение за копейки...
— И ты думаешь, здесь был тот же план? — тихо спросил Виктор Степанович.
Кирилл опустил голову: — Я такой дурак, пап... Она так красиво говорила про развитие бизнеса, про новые подходы... А я повелся. Как мальчишка повелся...
— Где она сейчас?
— Не знаю, — Кирилл горько усмехнулся. — Улетела на тот самый курорт. Одна. А мне написала, что я — тряпка и маменькин сынок. Что настоящий мужик давно бы довел дело до конца...
Виктор Степанович смотрел на сына. Сейчас, впервые за долгое время, он видел в нем прежнего Кирилку — того мальчишку, который когда-то часами пропадал с ним в гараже, с восторгом глядя, как отец колдует над моторами.
— Что теперь делать будешь? — спросил он.
— Не знаю, — Кирилл поднял глаза. — Можно... Можно я для начала просто поработаю механиком? Как раньше? Только не гони меня, пап. Я все осознал...
Виктор Степанович молча встал, подошел к сыну и крепко обнял его: — Будешь механиком. Начнешь с самого начала. И запомни: репутация зарабатывается годами, а теряется в один миг. Понял?
— Понял, пап, — глухо ответил Кирилл. — Теперь понял...
Через месяц автоцентр постепенно начал возвращать прежнюю репутацию. Кирилл работал наравне со всеми, не гнушаясь самой грязной работы. А по вечерам они с отцом подолгу сидели в кабинете, разбирая премудрости честного ведения бизнеса.