В постоянной экспозиции Национального художественного музея особое место занимает монументальное, пять с половиной метров на три, полотно Валентина Волкова "Минск. 3 июля 1944 года". Оно словно магнитом приковывает взгляд, как только по крутой беломраморной лестнице поднимаешься в зал белорусского искусства.
Громада, полыхающая отсветами пожаров и мерцающая жемчугом утреннего неба, по мере приближения раскрывает все больше подробностей. Толпа, запрудившая улицу Ленинскую (ныне Ленина) до самой площади Свободы, встречает советские танки, движущиеся со стороны Лавского моста. Это была главная переправа, соединявшая центр Минска с его заречной частью. До середины 1960-х по мосту ходил трамвай.
Танки въезжают на площадь, на броне - солдаты, партизаны. В центре полотна - командир головной машины, победно взметнувший руку с автоматом. Объятия, слезы радости, поцелуи, вынутые из тайников пионерские галстуки, братские рукопожатия, восторг, удивление - десятки оттенков счастья в то июльское утро, когда 4-я гвардейская танковая бригада обходным маневром с северо-востока вошла в многострадальный город, находившийся 1100 дней под оккупацией. Не сразу замечаешь бойца на мотоцикле впереди танковой колонны. Кто этот парень? Из каких источников черпал вдохновение художник, создавая столь реалистичный образ?
На создание картины отводили год, но вышло иначе.
Волков писал свою картину по памяти. В июне 1941-го он с семьей не успел эвакуироваться из Минска. Смогли добраться только до Борисова, но и там уже был немецкий десант. Вернулись домой. Оказалось, на пепелище. Сгорело все: книги, картины, архивы. Ютились на 7-й линии в брошенном жилье. Вытерпели, выжили и встретили светлый день освобождения. И первое, за что взялся мастер, - монументальное полотно об этом радостном событии.
Картина изначально задумывалась как декоративное панно для вестибюля Дома правительства. В марте 1945-го с Волковым подписали договор: художнику на его создание отводился ровно год, который растянулся в итоге на… целое десятилетие. Руководство БССР постоянно торопило Волкова. Однажды к живописцу пожаловал председатель Совета Министров БССР Пантелеймон Пономаренко. Этот осанистый человек неспешно поднялся по деревянной лестнице. Мастерская занимала половину полуразрушенной мельницы. За стеной Заир Азгур трудился над монументальной скульптурой Сталина.
В неотапливаемом помещении из красного кирпича царил глубокий полумрак. Недописанный холст освещался громадным прожектором, он создавал иллюзию солнечного света. Армейские дизель-генераторы шумели как аэроплан на взлете. Пономаренко, молча бросив взгляд на картину, махнул рукой и вышел из мастерской. Больше художника никто не беспокоил.
Пономаренко с энтузиазмом поддержал строительство Государственного художественного музея БССР в Минске. В одном из лучших залов разместили картину Валентина Волкова и десятки подготовительных рисунков и этюдов, которые создал мастер во время работы над полотном.
Фотографическая память художника сохранила множество подробностей, но рисовать-то нужно было с натуры. Иначе как достигнуть той глубины, которой славилась советская реалистическая школа живописи? Волков мучился в поисках типажей. Рисовал знакомых, родственников, жителей близлежащих улиц.
- Мельница находилась примерно там же, где нынешний художественный комбинат, - вспоминает внук живописца, художник-иллюстратор Сергей Волков. - Дед углем на стене записывал фамилии тех, кто ему позировал, и с гонорара с каждым расплатился. Но это касается именно горожан. Солдат к нему привозили из Уручья, и к моменту завершения работы почти все они демобилизовались и разъехались.
Картину в 1953 году показали на республиканской выставке, в 1955-м - на Второй декаде белорусского искусства в Москве. Академия художеств СССР посвятила полотну специальное заседание, отчет о котором опубликовал журнал "Искусство". Кроме похвал, прозвучала и критика. Волкову пришлось еще год шлифовать свою работу.
Наконец, 5 ноября 1957 года гигантское полотно увидели первые посетители Государственного художественного музея БССР. Среди них были и те, кто 3 июля 1944 года встречал наших танкистов на площади Свободы. Люди плакали, узнавая себя в персонажах.
Вскоре картина разлетелась в тысячах оттисков в книгах, альбомах, школьных учебниках по всему Союзу. Вот тогда-то и узнал себя полковник бронетанковых войск Дмитрий Суворов. В 1965 году в одном из книжных магазинов Львова он приобрел 620-страничный том "Великая Отечественная война Советского Союза", выпущенный к двадцатилетию Великой Победы. Долго, не веря собственным глазам, вглядывался 39-летний ветеран Великой Отечественной в репродукцию картины, в мотоциклиста, притормозившего впереди головного танка. Левой рукой тот держит руль и цветы, правой сжимает худощавую ладонь немолодой усталой женщины, которая держится за него обеими руками и не хочет отпускать.
"Ну да ладно, не было в послевоенном Минске американских мотоциклов, срисовал, что было под рукой. А остальное - чистая правда! Так оно все и было!, " - кричит в трубку Дмитрий Николаевич Суворов из далекого Екатеринбурга.
В 98 лет он ухаживает за больной женой, помогает многодетной внучке. И каждый год 9 мая въезжает на главную площадь Екатеринбурга с символическим Знаменем Победы.
Неважно, что персонажа картины Волков рисовал с другого солдата. Ход событий того памятного дня убедительно свидетельствует: прототипом мотоциклиста, изображенного на картине, был Дмитрий Суворов.
Именно он впереди танков въехал в оккупированный Минск.