Я тогда вечером пирог поставила готовить, на сметане, остатки яблок пошли в дело. Муж сидел в комнате, смотрел телевизор. В общем - привычный наш вечер. Всё было спокойно, мы готовились поздно поужинать. А пока, запах вкусного пирога побрёл медленно по квартире.
А потом раздался "дрррень"! Такой настойчивый звонок в дверь, будто кто-то кастрюлей об стол стучал.
Я подпрыгнула, чуть не выронив прихватку, открыла дверь. На пороге, в клетчатом халате до пят, стояла соседка Людмила Николаевна — вся хмурая, губы поджаты, глаза прищуренные — сверлят меня насквозь.
— Вы что, издеваетесь?! - начала она громко возмущаться.
— Извините, что? — я прижимала тряпку к груди, пытаюсь понять, а что случилось, неужели пожар или потоп?
— У вас что тут, праздник каждый день, а? У меня на кухне ТАКОЙ запах стоит! Мне так скоро врача вызвать придётся — я месяц на строгой диете, а вы постоянно жарите что-то и печёте! Не подумали о других?!
Сказать, что я опешила — ничего не сказать. Повернулась, принюхалась — нигде ни дыма, ни ничего такого не почуяла. Только легкий запах пирога. Но ведь это дом, тут все готовят сами. Не ресторан же! Я в ответ пытаюсь улыбнуться, не выходя из-под нахлынувшей неловкости:
— Людмила Николаевна, да у меня муж с работы голодный пришёл. Мне что теперь, и печь нельзя?
А она будто и не слышит. Лицо жёсткое, подбородок дрожит.
— Мне тяжело, понимаете?! Я одна, мне нельзя ни конфет, ни выпечки! Окна не откроешь, тут ваш пирог… хоть из дома беги! — её губы сжимаются в складку, глаза испепеляют.
Я стою, словно виноватая школьница. Хочется в ответ крикнуть: «Когда хочу, тогда и готовлю на своей кухне, нечего меня тут ограничивать!» — но неловко.
Вдруг сзади муж появляется, смотрит, вникает в ситуацию.
— Ну вы уж не сердитесь так, Людмила Николаевна. Мы же соседи!
Глаза у неё бегают туда-сюда, как мыши в кладовке. Плечи сутулятся.
— Я вас очень прошу - больше не готовьте, ладно? Я худею, а запах с вашей кухни через вентиляцию, ко мне попадает. Мне есть хочется, а мне нельзя - диета!
Я молчу. Она пугает тем, что будет жаловаться в ЖЭК, если мы не прекратим это сами. Я закипаю.
— Так разве я виновата, что нам хочеться тоже есть и надо готовить. Мы с работы поздно приходим и готовим поздно. Нам что, не есть теперь?
Людмила злиться, машет руками и уходит. Вечер был испорчен.
— Не бери в голову. Она с ума сходит со своими диетами, - успокаивал меня муж.
****
Утром казалось, будто соседки и не было. Но стоило выйти в подъезд — возле двери на коврике обнаружилась записка: "Извините, у меня вчера просто накипело... Я не злая, правда.
Простите. Мне просто тяжело одной. Сначала думала, что похудею, тогда всё изменится, но от голода только нервы больше расшатываются."
Вот ведь... Больнее стало даже, когда прочитала записку. Как будто я виновата. Иногда люди пытаются ругаться не потому, что злятся… а потому что боятся чего-то. И тут решила — не буду больше держать обиду, это же глупо. За окном уже вечерело, а на душе разу теплей стало.
***
Конец