Когда я впервые пришёл знакомиться с тёщей, мне хватило получаса, чтобы почувствовать — не мой это человек. Не потому что злая. Напротив — ласковая, улыбается, угощает. Только в этой ласке — что-то липкое. Как в сиропе, что пролился и прилип: сначала ничего, а потом — не отодрать. — Светлана у нас девочка нежная, ранимая. Надеюсь, ты это понимаешь, да? — сказала она мне, когда дочка вышла на кухню.
— Конечно, понимаю. Я её люблю.
— Ну, любить — мало, милый. Главное — не делать больно. А потом этот взгляд, быстрый, снизу вверх. Словно уже всё про меня поняла. Но я не придал значения. Влюблён. Женился. А потом началось. Маленькие уколы. Поначалу — едва заметные. — Ой, Светочка, ты сегодня такая бледная. Может, он тебя чем-то расстроил?
— Ну ты бы хоть цветы ей принёс. Девочкам приятно, знаешь ли.
— Да-да, я понимаю, ты устаёшь… но Света тоже весь день на ногах, у неё же нервы! Света сначала смеялась. Потом морщилась. Потом перестала спорить. Мы стали ссориться. Я просил — давай съеде