День перед отъездом почему-то у меня всегда суетный. Как бы я ни старалась все завершить до отъезда, все равно в последний день какая-то круговерть.
Муж говорит, что в это время во мне просыпается перфекционист. Мне нужно оставить дом в порядке, наготовить еды тем, кто остается, заверщить все начатое, всем раздать задания, все разрулить наперед.
В итоге я загоняюсь. Точнее в последнее время уже не загоняюсь, но нервничаю все равно.
Сегодня вечером мы с Егором и моей мамой сели в поезд до Минеральных Вод. Ну как сели, впрыгнули. Потому что за десять минут до прихода поезда полил такой ливень, что все пассажиры и их провожающие, которые было уже распределились вдоль перона, поспешили укрыться под навесом. Было тепло. Большинство людей очень легко одеты.
Мы с Егором как раз наоборот. Чтобы не нести куртки в руках, мы их надели. И оказались самыми подобающе одетыми.
Когда поезд подошел, проводник не проверяла паспорта, а вызывала всех нас по фамилиям. Быстро все загрузились, и в вагоне запахло влажной одеждой.
Летим из Мин. Вод в Анталью. Все трое без багажа. Только с ручной кладью. Поэтому уложены все очень компактно.
Вагончик плацкарный старенький. Зато людей совсем немного. В нашем купе больше никто не едет. Ни на верхней полке, ни на боковушках.
В пять утра будем на месте. Милые проводнки пообещали, что разбудят нас свежесваренным кофе.
Егор счастливый. Наконец-то он едет в свою любимую Турцию. Да еще и с бабушкой!
Он вообще очень любит путешествовать. Мне кажется, что он кайфует от всех этих перемещений, от картинок за окном, от дорожной еды и всей этой суеты.
В Сальске меняли состав. Мы едем в первом вагоне сразу за локомотивом. Вышли погулять. Смотрели, как пришел новый элекровоз, как машинисты, потушив свет, перешли в другую часть локомотива. Слушали, как состав стучит и шипит, готовясь к дальнейшему пути.
- Что это шипит?
- Воздух. Сбрасывают давление. Помнишь, как шипит [дайверский] баллон, если его открыть?
- А раньше я боялся поезда, как он шипит. И закрывал уши руками, - улыбается Егор.
- А теперь не боишься. Даже интересно.
- Дв
Не то слово, боялся. У него при виде ввгонов начиналась истерика. Он закрывал уши руками и орал. Вносили в вагон его на руках. Это продолжалось лет до 16-17. Конечно, взрослый он уже не орал и шел сам, но уши закрывал. Как завидую сейчас мамам маленьких аутистов, что у них есть шумоподавляющие наушники. Мы о них не слышали. Может быть их и можно было купить, но нам не приходило это в голову.
А сейчас он смеется, рассказывая о своих давних страхах. И радуется путешествию.
Сейчас все мои уже спят. Поезд мерно стучит. Пусть будет спокойной наша дорога.
Всем добра!