Мари Беквит обмахнула раскрасневшееся лицо шёлковым веером.
Впрочем, ожидаемого облегчения ей это не принесло, поскольку внутри экипажа, что вёз Мари в Шелвудстон, царила предгрозовая духота. Небо затянуло сизыми тучами, того и гляди, обещавшими обрушиться на землю сильным ливнем. В воздухе пахло дождём.
Кучер без устали погонял лошадей вот уже несколько часов кряду. Экипаж плавно покачивался из стороны в сторону. Тихо скрипели колёса, слышался стук копыт.
От долгого пребывания в одном положении у Мари заныли мышцы. Она покрутила головой. На изящный изгиб шеи тут же соскользнуло несколько упругих каштановых локонов, случайно выбившихся из причёски. Она бы с удовольствием вытянула и ноги, но не смотря на невысокий рост, а также на простор и комфортабельность экипажа, проделать здесь такой манёвр, увы, не представлялось возможным.
Почти весь путь экипаж нещадно трясло, ведь ехать приходилось по ухабистой просёлочной дороге. Но по мере приближения к Шелвудстону дорога заметно преобразилась. Она сделалась широкой, ровной, и запросто могла вместить два экипажа рядом.
Устроившись на мягком сиденье, обитом пурпурным бархатом, Мари размышляла о том, что за восемнадцать лет своей жизни ей так и не довелось побывать в столице. Ни разу. И на то имелись причины. Лет до семи Мари вместе с отцом жила на севере королевства, в крошечном провинциальном городишке под названием Флоучеппел. Городок находился так далеко от Шелвудстона, что добраться туда можно было лишь морем. Разумеется, ни Мари, ни её отцу даже в голову не приходило пересечь море ради столичных развлечений. А у Мари, к тому же, обнаружилась морская болезнь. Выяснилось это гораздо позже, когда Мари покидала Флоучеппел. Она с таким трудом дождалась, когда «Паломник» причалит берегу! Впрочем, маленькая Мари вряд ли грезила пышными балами и приёмами. Её совершенно не прельщали роскошь и блеск столицы. Всё же, воспитание отца наложило на характер Мари свой отпечаток.
Позже, решив привить дочери толику женственности, отец отправил Мари в пансионат мадам Оксли, что располагался на востоке королевства. Там, наряду с другими девочками её возраста, Мари изучала иностранные языки и литературу, обучалась придворному этикету и танцам, игре на фортепиано и верховой езде, рисовала и сочиняла стихи. Не смотря на то, что Мари не испытывала сложностей в обучении, она всей душой ненавидела пансионат, поскольку вынуждена была жить в разлуке с отцом.
Их встречи, которых Мари ждала с нетерпением, теперь сводились к двум жалким месяцам в год, когда девочек отпускали домой на каникулы. Но и там её обучение не прекращалось. Правда отец учил Мари вовсе не игре на скрипке или виолончели, а тому, как убить вампира. Следует заметить, что эти уроки нравились Мари гораздо больше, нежели музицирование или история. Мари старалась, изучая теорию, в надежде, что однажды эти знания пригодятся ей на практике. Правда, ожидание затянулось на пару лет.
По достижению шестнадцатилетнего возраста, Мари вернулась к отцу, который к тому времени уже отошёл от дел ордена «Алого рассвета» и перебрался в пригород Шелвудстона, приобретя там уединённое имение.
Оглядываясь назад, Мари с уверенностью могла сказать, что это был самый беззаботный и счастливый период в её жизни.
Однако ровно год назад отец неожиданно получил письмо от мистера Дариуса Филча, своего давнего приятеля и члена ордена «Алого рассвета», с просьбой как можно скорее приехать в столицу. «В Вединдорском дворце, в оплоте королевы Клементины, стали происходить жуткие, необъяснимые явления. Бесследно пропадают служанки, а несколько дней назад конюха нашли полностью обескровленным. Очевидно, дорогой мой Виллем, что к этому причастны вампиры. Мы всерьёз опасаемся за жизнь её величества, да и за королевство в целом», — писал мистер Филч. Далее из письма следовало, что ордену спешно требовался человек, готовый стать их ушами и глазами во дворце. Медлить было нельзя. Вскоре отец уехал, предварительно сговорившись с Мари, что она присоединится к нему нынешним летом.
Так и случилось. Мари всё-таки ехала в Шелвудстон, жаль только, что повод для поездки сыскался столь ужасающий, как смерть отца…
Экипаж стал двигаться гораздо медленнее, как только они въехали в город и, угодив на центральную улицу, влились в общий поток.
В тот злополучный день, получив письмо от мистера Филча, Мари почувствовала неладное. Не распечатав письмо, она уже догадывалась о его содержании. У мистера Филча не было проводов писать Мари. Неужто они появились? Похолодевшими пальцами Мари сжимала кремовый конверт, в груди же тревожно сжималось сердце. Она надеялась, что лишь тоска по отцу вынуждает её предполагать самое худшее, но... Дурное предчувствие не обмануло Мари. «С прискорбием сообщаю о смерти горячо любимого тобою отца и моего давнего друга...» — было написано в письме размашистым почерком мистера Филча. Строчки зарябили перед глазами Мари. Пошатнувшись, она обронила письмо на пол.
Глубоко в душе Мари знала, что однажды может получить подобное послание, учитывая род деятельности отца, но гнала пугающие мысли прочь.
Однако же о причинах смерти мистер Филч так и не обмолвился, написав, что расскажет обо всём при личной встрече. Он просил Мари приехать в Шелвудстон, как только она выплачет своё горе.
Тонкой рукой Мари сдвинула в сторону занавеску с золотыми кистями и выглянула в окно, разглядывая свинцовое небо. Она запретила себе плакать, пока убийца отца спокойно бродит по земле. Она вдоволь погорюет, но не сейчас. Сейчас слёзы мало чем помогут ей.
Экипаж постепенно замедлял свой мерный ход, пока вовсе не остановился. Мари слышала, как долговязый кучер спрыгнул с козел, затем он отворил перед ней дверцу и помог выбраться наружу.
После удушливого салона, воздух вокруг показался Мари прохладным, и пах пенькой и стоячей речной водой.
Мари огляделась. Кучер остановил экипаж неподалёку от набережной реки Тисы, как и указал в своём письме мистер Филч. На фоне серого неба Мари видела каменный мост через реку, извивавшуюся тёмной лентой. Чуть в стороне простиралась длинная улицу, забитая зеваками, однако из-за надвигающегося дождя, те торопились поживее убраться оттуда. Торговцы зазывали купить свой товар, впрочем, не так громко и воодушевлённо, как обычно делали это в погожий денёк. Всюду сновали чумазые дети.
Вскоре Мари разглядела в разношёрстной толпе невысокого человека, заметно выделяющегося среди прочих прохожих. Он шёл вдоль набережной и поглядывал по сторонам, явно выискивая кого-то взглядом. Серый сюртук небрежно висел на его худощавых плечах. Мари сразу же узнала мужчину, не смотря на то, что видела его в последний раз несколько лет назад. За это время мистер Филч малость осунулся, а в некогда густых волосах цвета спелой пшеницы заметно прибавилось седины.
— Мистер Филч! - позвала она, лёгким взмахом руки привлекая к себе внимание.
— Мари!
Заметив девушку, Дариус Филч широко улыбнулся и направился в её сторону.
— Как добралась? — оказавшись рядом, принялся расспрашивать он. — Надеюсь, поездка не доставила тебе неудобств?
Налетевший с реки ветер взъерошил его седые волосы.
— Ну что вы, мистер Филч! — Взгляд золотисто-карих глаз Мари подёрнулся пеленой грусти. — Если бы не повод для нашей встречи... Но я рада вас видеть, правда.
— Ох, бедное дитя! — пробормотал Дариус Филч, шагнув ближе к Мари. Его худощавая рука мягко коснулась ладони Мари. — Я, как и ты, убит горем. Виллем был мне добрым другом.
— Расскажите, как он умер? — попросила Мари, сильнее сжимая его руку. — Кто его убил? Вам...
Дариус Филч не дал Мари договорить. Он подхватил её под локоток и повёл за собой в сторону ожидавшего экипажа. Кучер на козлах дремал, сдвинув на глаза тёмную шляпу.
— Я расскажу тебе всё, что знаю сам, Мари, но не здесь, — пообещал Дариус Филч, при этом покосившись по сторонам. — Вернёмся в экипаж. Дождь собирается.
Он помог забраться внутрь Мари, седом забрался сам. Протянув руку, Дариус Филч захлопнул дверцу. Хмурое небо скрылось из виду.
Кучер тронул.
— У нас есть немного время, чтобы всё обсудить, — сказал Дариус, пока экипаж плавно катил вдоль улиц Шелвудстона. — Здесь нас никто не услышит.
— И всё же, как умер мой отец? — не отступалась от своего Мари. Она чувствовала, что тугой корсаж дорожного платья чернильного цвета в некоторых местах стёр тело до крови. — Я хочу знать правду, какой бы неприятной она не была.
Дариус Филч кивнул и заговорил:
— В ту ночь, когда твоего отца убили, мы сговорились с ним о встрече. Он разузнал нечто важное и обещал рассказать обо всём мне. Как назло меня задержали. Я опоздал буквально на минуту, но... Придя, я нашёл Виллема мёртвым. Он лежал ничком на каменной дорожке, а на шее у него алели две крошечные раны. Его укусили, Мари.
Экипаж слегка качнуло.
— Укусили? — не поверила своим ушам Мари.
— Ты можешь не волноваться, твой отец не явится к тебе среди ночи, — поспешил заверить её Дариус Филч. — Орден обо всё позаботился. Виллем Беквит упокоился с миром.
— Отец был опытным охотником. Я знаю, на что он был способен, — с убеждённостью в голосе заговорила Мари. — Как такое могло произойти? Как он позволил вампиру подойти столь близко? Что за чушь? Немыслимо!
— Враг оказался куда коварнее, чем мы могли предположить, — сокрушённо произнёс Дариус. — Или же вампиром оказался тот, кому Виллем... доверял. Увы, теперь нам этого не узнать.
— Отец не мог быть столь безрассудным! — упрямо запротестовала Мари. - Это совершенно на него не похоже!
— Понимаю, в это сложно поверить, но...
Дариус Филч пожал тощими плечами.
— Я должна найти убийцу и отомстить за смерть отца. Вы ведь мне поможете, мистер Филч?
— Ох, Мари!..
— Пожалуйста, мистер Филч! — взмолилась Мари. Дариус Филч был первым человеком, с кем она обсуждала смерть отца. Злые слёзы застлали глаза, Мари с остервенением смахнула их рукой. Она не станет плакать! Она обещала! — Вы должны мне помочь! Ради памяти отца. Вы ведь знаете, что кроме него у меня никого не было! Я осталась совсем одна...
Некоторое время он молча смотрел на неё, будто что-то взвешивая в своей голове, а затем вытащил из кармана сюртука тонкую цепочку на которой висел кулон в виде ключа, и протянул его Мари. Она распахнула ладонь. Прохладный металл коснулся тёплой кожи, как только кулон переправился из рук Дариуса Филча к Мари.
— Эту вещицу мы нашли у твоего отца. Не исключено, что этот ключ открывает какую-то дверь, — сообщил Дариус. — Но, раз уж ты твёрдо намерена ввязаться в это опасное дело, советую тебе быть осторожной, дитя.
— Не волнуйтесь, мистер Филч, я буду очень осторожной. Вы ведь знаете, что отец готовил меня к встрече с врагом, — напомнила Мари, кожей ощущая серебряное лезвие ножа, припрятанного под подолом дорожного платья.
— Хорошо, что ты понимаешь всю серьёзность ситуации. Вампиры объявились во дворце, рядом с королевой Клементиной. Ты понимаешь, как это опасно? Это ставит под угрозу жизнь её величества и в целом власть в королевстве. Возможно, они затеяли переворот, а может, и что похуже. Мы ни в коем случае не должны допустить, чтобы монаршая особа пострадала!
Мари кивнула.
Лицо Дариуса Филча сделалось крайне сосредоточенным.
— Хорошо. Тогда слушай внимательно. Ты станешь одной из фрейлин её величества. Разумеется, действовать придётся под чужим именем.
— Что это значит? – насторожилась Мари.
— Это значит, что отныне ты будешь отзываться на имя Лилиан Кларик.
— Но зачем? – запротестовала Мари, однако Дариус Филч поднял руку, призывая её к молчанию.
— Послушай, Мари, ни одна живая душа не должна знать, что ты дочь Виллема Беквита! Ни одна! Запомни! — Взгляд Дариуса Филча подозрительно заблестел. — Это крайне опасно! Убийца может придти к тебе, и тогда ты тоже пострадаешь.
— Вы правы, - согласилась Мари, посчитав объяснения мистера Филча вполне резонными.
— Вот здесь рекомендательное письмо, заверенное печатью герцога Эмсворта, твоего, якобы, дядюшки. — Он вытащил из кармана серого сюртука плотный конверт и протянул его Мари. — К счастью, герцог сейчас находится далеко от дворца, потому никто не сможет проверить правдивость информации. А уж когда его светлость явится обратно, всё будет кончено. Наблюдай за всем, что происходит во дворце, но делай это, не привлекая к себе внимания. Дело очень опасное! Помни об этом, Мари! Если ты обнаружишь что-то странное или же подозрительное, то сразу сообщи мне. Не самовольничай! Даже не вздумай этого делать! Я не прощу себе, если с тобой что-то случится. Твой отец мне этого не простит! Как только всё разрешится, ты можешь сразу же возвращаться обратно в имение, подальше от шума столицы.
Он строго взглянул на Мари, отчего она упрямо поджала губы. Если она узнает, кто убил отца, если она только встретится с его убийцей лицом к лицу, то плевать ей на увещевания мистера Филча! Она убьёт мерзавца, не задумываясь!
Приняв её молчание за согласие, мистер Филч продолжил:
— Мы точно не знаем, с кем твой отец общался ближе всего, потому под подозрение попадают все во дворце. Никого нельзя сбрасывать со счетов. Кровожадным монстром может оказаться даже безобидная на вид служанка.
Мари слушала, не перебивая. Любая информация могла помочь делу.
— Прежде чем уйдёшь, ты должна знать ещё кое-что. Последние полгода твой отец вёл тайную переписку с человеком внутри дворца. Он называл себя «Виконт Г». Я не знаю, кто этот человек, и какие цели он преследовал, но твой отец безоговорочно доверял ему. Между прочим, Виконт сообщил твоему отцу много полезного. Найди Виконта, поскольку это единственная зацепка, которую мы имеем.
— Я сделаю всё возможное, — пообещала Мари, а мысленно добавила: «И не возможное тоже».
Экипаж в этот момент остановился.
Кучер отворил дверцу и предложил Мари руку, помогая выбраться наружу.
На улице успело стемнеть. Накрапывал моросящий дождь, и Мари пожалела, что не взяла с собой зонт.
— Помни, отныне твоё имя — Лилиан Кларик, — обратился к ней Дариус из сумрака экипажа. — Да, и ещё. Никому не доверяй.
Как только мистер Филч закончил говорить, экипаж тронулся и вскоре скрылся с места, оставляя Мари в полном одиночестве.
Продолжение следует...