Вот нашёл первичную сказку, как военный вождь становится царём, ну как же без евреев! Кстати, по основной идее она сильно напоминает песню народную о Стеньке Разине, только здесь княжна не персидская, а еврейская, но тогда просто евреи помнили, что они вышли из Персии!
(пер. П. К. Коковцова)
Текст воспроизведен по изданию: Еврейско-хазарская переписка в X веке. Л. АН СССР. 1932
ОТРЫВОК ИЗ ПИСЬМА НЕИЗВЕСТНОГО ХАЗАРСКОГО ЕВРЕЯ X ВЕКА
КЕМБРИДЖСКИЙ ДОКУМЕНТ
“Армении. 1 И бежали от них наши предки...потому что не могли выносить ига идолопоклонников. И приняли их к себе.........<казарские>, 2 потому что люди казарские жили сперва без закона. И остались 3.............без закона и письма. 4 И они породнились с жителями (той) страны и <смешались с язычниками> и научились делам их. 5 И они всегда выходили вместе с нами на <войну> и стали <114> одним (с ними) народом. Только завета обрезания они держались, и <некоторые из них> 6 соблюдали субботу. И не было царя в стране казар, а того, кто одерживал победы на войне, они ставили над собой военачальником (и продолжалось это) до того самого дня, как евреи вышли с ними но обыкновению на войну, и один еврей выказал в тот день необычайную силу мечом и обратил в бегство врагов, напавших на казар. И поставили его люди казарские, согласно исконному своему обычаю, над собою военачальником. И оставались они в таком положении долгое время,..
а вот как они редакторски правят вставляют в скобки (уже), чтобы показать, что иудеем обрезанным он УЖЕ был, хотя без этой вставки уже не получается!
Он и сам, будучи (уже) подвергнут обрезанию, был согласен (на это), да и отец молодой женщины, человек праведный в том поколении, 9 наставил его к пути жизни.
www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Russ/X/Kokovcov/framebrief.htm
то есть речь буквально и только идёт о единичном случае, когда казарский-казацкий атаман, поскольку царей не было у казар-казаков, взял за себя еврейскую-персидскую княжну, якобы с обещанием её родственникам перейти в иудейство!
Комментарии Коковцева к изданию "Кембрижского документа":
www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Russ/X/Kokovcov/framepred.htm
ПРЕДИСЛОВИЕ
Настоящая работа имеет своей главной целью дать в распоряжение всех исследователей, интересующихся историческими судьбами восточных стран средневековой Европы, проверенный текст и перевод всех документов, относящихся к еврейско-хазарской переписке в X в., и помочь таким путем сдвинуть наконец с мертвой точки все еще нерешенный вопрос о самой подлинности некоторых из этих документов. Несмотря на то, что протекло свыше трех веков со времени опубликования впервые в конце XVI в. текста еврейско-хазарской переписки, еще в XX в. продолжают раздаваться голоса, высказывающиеся с не меньшей решительностью, чем это было сделано в половине XVII в. знаменитым Буксторфом, 1 против подлинности соответствующих документов и предостерегающие историков от пользования ими, как историческими документами.
2. За последние тридцать лет наиболее решительным противником подлинности еврейско-хазарской переписки, и в частности письма хазарского царя Иосифа, был известный историк Маркварт, который в своем труде “Osteuropaische und ostasiatische Streifzuеge” (1903) не может найти достаточно сильных выражений, чтобы уронить и низвести к нулю научную ценность названного документа
так как письмо Хасдая Ибн-Шафрута написано, как это видно из содержания, еще в правление Абд-ал-Рахмана III. отсюда следует, что оно могло быть написано никак не позже осени 961 г. н. э.,
5. Абд-ад-Рахман III скончался 16 октября 961 года (см. R. Dozy, 1. с, стр. 89).
с конца XII в. в течение целых четырех столетий всякие упоминания о еврейско-хазарской переписке почти прекращаются и появляются вновь только в конце XVI в., когда одному еврейскому писателю, Исааку Акришу, удалось, при невыясненных, к сожалению, обстоятельствах, 9 разыскать полный текст переписки, который и был им опубликован в сочинении Qol Mebasser (“Голос благовестителя”), напечатанном около 1577 г. в Константинополе.
Текст этого первого издания еврейско-хазарской переписки был затем перепечатан, довольно небрежно, в 1660 г. знаменитым Буксторфом в предисловии к предпринятому им изданию и переводу “Хазарской книги” Иехуды Галеви, 11 и именно в этой последней, изобилующей всякими неточностями, перепечатке Буксторфа 12 <10> стал единственным источником всех последующих изданий обоих главных еврейско-хазарских документов до самого нашего времени.
Вторым источником для ознакомления с текстом еврейско-хазарских документов, на ряду с упомянутым editio princeps Исаака Акриша, является рукопись, находящаяся в настоящее время в библиотеке Christ Church College (Christ Church 193) в Оксфорде. 21 Рукопись принадлежит сравнительно позднему времени 2
22. По весьма вероятному определению д-ра Шиллер-Чинесси (см. Cassel, 1. с., стр. 20), рукопись эта относится к XVI веку.
Сообщаемые в письме хазарского царя данные об обращении хазар в еврейство, и в частности указание письма, что с Мишной и Талмудом, т. е. с устным законом, хазары ознакомились только впоследствии при царе Обадье, а не сразу при царе — реформаторе Булане, легко могли заинтересовать какого-либо крымского караима, скажем, XII или XIII века, 50 внушив ему ту же мысль, которую и гораздо позже разделяли не только караимы, но и еврейские писатели-раввинисты, а именно, что хазары сперва приняли еврейство согласно караимскому учению и только позже перешли к раввинизму.
Четырьмя перечисленными источниками исчерпывается весь известный в настоящее время материал, относящийся к переписке Хасдая Ибн-Шафрута с хазарским царем Иосифом, и мы можем перейти к окончательным <24> выводам из произведенного литературного анализа.
Иначе обстоит дело с документом, выдающим себя за ответное письмо хазарского царя. Этот последний документ представлял для позднейшего еврейства не только теоретически научную ценность, подобно письму Хасдая, но и известный реально-практический интерес, поскольку им документально устанавливался льстивший национальному самолюбию, в эпоху повсеместных преследований, факт существования независимого еврейского царства в отдаленной Хазарии. Не удивительно поэтому, что этот документ, как показывает рукопись пространной его редакции в собрании Фирковича и как можно заключить из указания Иехуды бен-Барзиллая, не упоминающего ни словом о письме Хасдая, охотно списывался в отдельности и подвергался легче разным намеренным и ненамеренным изменениям.
Но во всяком случае следы книжного влияния в нем не замечаются, <25> между тем как в тексте краткой редакции бросаются в глаза например подозрительные дословные совпадения с литературным произведением, известным под именем “Книги Эльдада данита”. 53
К сожалению, из сообщения Иехуды бен-Барзиллая нельзя с полной определенностью извлечь, имеет ли он действительно в виду дошедший до нас текст Кембриджского документа или какой-либо другой однородный документ. Необходимо заметить, что, помимо того соображения, что документ, виденный Иехудой бен-Барзиллаем, был, очевидно, написан не на еврейском языке, и формальная сторона Кембриджского документа говорит против отожествления обоих документов, как ни понимать неясные слова еврейского текста ***, которые могут значить: “от царей Константинополя”, но в крайнем случае также: “о царях Константинополя” (ср. ниже, стр. 129, прим. 3). Последнее понимание никак нельзя примирить с <28> фактическим содержанием Кембриджского документа, который, судя по дошедшей до нас его части, не производит впечатления произведения, посвященного рассказу “о царях Константинополя”. Но и первое, более естественное понимание плохо вяжется с тем фактом, что составитель этого документа именует своего адресата “мой господин” (стр. 36, 9), чего едва ли можно было ожидать в письме, написанном “от (имени) царей Константинополя”. 61 Гораздо более важный вывод касательно древности Кембриджского документа позволяет в настоящее время сделать вполне выяснившийся теперь факт его литературной зависимости от известного еврейского произведения конца X в., “Книги Иосиппон”, пользовавшейся большой популярностью в еврейских кругах начиная с конца XI в. 62 Все своеобразные <29> фразеологические особенности Кембриджского документа замечаются как мне только теперь удалось полностью установить, и в еврейском тексте “Книги Иосиппон”, и некоторые притом только в этом последнем сочинении, напр. поразительное употребление такого совершенно необычного в еврейской no-библейской письменности всех времен выражения, как глагол *** (стр. 35, 11) в значении “ниспровергать”, 63 или же таких <30> неупотребительных вообще терминов, как *** (там же) в значении “гонение”, 64 *** (стр. 36, 12) = “рис” (талмудическая мера расстояния), 65 не говоря о других, менее бросающихся в глаза, но также характерных особенностях стиля Кембриджского отрывка, в которых обнаруживается несомненная фразеологическая зависимость его от “Книги Иосиппон” и среди которых первое место следует отвести выражению: *** (стр. 34, 2) = “которых мы не можем пересказать”, одному из излюбленных выражений именно “Книги Иосиппон”. 66 То же самое можно сказать касательно своеобразной и совершенно необычной передачи имени собственного “Итиль” (***, стр. 36, 10; см. ниже, стр. 121, прим. 18),в чем опять Кембриджский документ обнаруживает полное согласие с графикой “Книги Иосиппону, касательно странного употребления, применительно к византийским царям и византийцам, ходячих в "книге Иосиппон" и в ней вполне естественных терминов “цари македонские”, “македоняне”, а также о курьезном указании неизвестного составителя Кембриджского отрывка, будто бы его страна носит “по книгам” (см. ниже, стр. 120, прим. 16) имя “Ар-к-нус”, т. е. Гиркании, которое могло быть только почерпнуто из той же “Книги Иосиппону”, как, вероятно, из какой-либо утраченной редакции того же произведения заимствовано и идущее в разрез с данными арабских писателей указание, что столица Хазарского царства называлась “Казар” (см. там же).
Но и помимо только что указанной литературной зависимости от “Книги Иосиппон”, такие детали текста, как упоминание еврейского имени “Песах” (см. ниже, стр. 118, прим. , указывают на более позднее время, чем X в.,
вопрос о достоверности фактических данных Кембриджского отрывка, также решается с полной определенностью, но, к сожалению, пока только в отношении тех немногих данных, которые несомненно восходят, прямо или косвенно, к “Книге Иосиппон”, единственному до настоящего времени установленному источнику нашего документа. Если мы припомним, что такое представляет из себя по существу литературный памятник, носящий имя “Книги Иосиппон”, главным и, может быть, единственным источником которого, в его основной части, является латинский пересказ сочинения Иосифа Флавия о иудейской войне, известный под именем Эгезшша (или Хегезиппа), то, конечно, не будем верить тому, что Хазарская страна носила когда-либо имя “Ар-к-нус” (т. е. Гиркании), как не можем верить, чтобы столица Хазар, Итиль, называлась в X в. не “Итиль”, а “Казар”. 68
если составитель этого документа обнаруживает столь явную склонность даже в таких казалось бы простых вопросах, как имя его страны и ее столицы, угощать своего адресата чисто книжными измышлениями и построениями вместо фактов живой действительности, то, конечно, не исключена возможность, что и для всех остальных данных им могли быть использованы источники, аналогичные “Книге Иосиппон и такой же сомнительной ценности. 69 При таком предположении легче всего объяснялась бы разные странности Кембриджского документа, например фантастическая теория составителя документа о возникновении хаганата у хазар одновременно с обращением их в еврейскую веру и в связи с этим указание, будто бы к каганами называются судьи” у хазар вследствие того, что судью “называют они на казарском языке каганом” (см. ниже, стр. 115), или же непонятный анахронизм, который допускает составитель документа в рассказе о хазаро-русско-византийских отношениях в X веке, делая “царя Русии, Х-л-гу”, т. е. летописного князя Олега (правил, согласно “Повести временных лет”, с 879 по 912 г. н. э.), современником византийского императора Романа I Лекапина (919—944). 70
Если таким образом обнаруженный новый факт литературной зависимости Кембриджского документа от появившегося около половины X в. (если не позже) еврейского произведения, известного под именем “Книги Иосиппон”, совершенно изменяет положение дела и уже не позволяет более в составителе документа видеть современника хазарского царя Иосифа, за которого он себя выдает, то, конечно, исчезает всякая необходимость делать невероятные усилия, чтобы объяснить необъяснимое, и прежде всего хотя бы ту странность, что сам царь Иосиф в дошедшем до нас тексте своего письма не счел нужным (или позабыл) рассказать Хасдаю Ибн-Шафруту о своей победе над “Х-л-гу, царем Русин” 76 и о том, что “тогда <35> стали Русы подчинены власти казар”, и вместо этого, обнаруживая непонятную для царя того времени скромность, ограничивается кратким замечанием, что он “не пускает Русов приходить морем, чтобы идти на исмаильтян” (см. ниже, стр. 102) и что он “ведет с ними” (т. е. Русами и другими врагами арабского халифата) “войну, так как, если бы он их оставил (в покое) на один час, они уничтожили бы всю страну исмаильтян до Багдада” (см. там же). Если же Кембриджский документ относится не к X в., а к гораздо более позднему времени, то становится совершенно понятной и цель его составления и многие из указанных странностей, напр, странная забывчивость царя Иосифа о том, что он победил “Х-л-гу, царя Русии” и что с того времени “Русы стали подчинены власти хазар”. Можно себе представить дело так, что византийский еврей XII или XIII в. имел под руками какой-то появившийся в Византии незадолго до этого литературный памятник, отчасти романического характера, в котором нашел интересные для него и почерпнутые, по всей вероятности, из устных рассказов данные о войне русских под начальством Олега с византийцами.
Вывод: это не исторический источник, документ, но художественное произведение жанра эпистолярного.