«НАУТИЛУС ПОМПИЛИУС»: СНАРУЖИ...И ИЗНУТРИ...
- Ах, как мы ждали ее — эту легендарную группу, пускай теперь больше ленинградскую, чем свердловскую, пускай только с Бутусовым из старого состава, но главное — с ее песнями. И можно было не напрягаться с рекламой — на трех концертах зал был заполнен. Но возникло странное ощущение — все вроде то же, но что-то не так. Те же потрясающие тексты все так же хороши, но уже не потрясают, те же завораживающие мелодии так же приятны, но уже не завораживают. И ловишь себя на том, что больше реагируешь на реакцию зала, чем наслаждаешься выступлением артистов. А может, ожидания наши были слишком большими после прекрасного впечатления от концертов трехгодичной давности? Как бы то ни было, но случилось то, что трудно было еще недавно себе представить, — с середины концерта «Наутилуса» уходили люди.
Впечатление от концертов шло по нарастающей. На первом, с наиболее неудавшимся звуком, публика словно разделилась: одна часть восторженно восприняла новую концепцию группы в форме жесткого, лишенного прежнего налета «попсовости» «индепендента»; другая осталась в недоумении. И именно третий концерт стал апогеем накала, когда все было на превосходном уровне: звук, свет, магическая энергетика, обаяние Славы Бутусова и всех ребят «Нау»: Саши Беляева, Игоря Копылова и Игоря Джавад-заде. Это вызвало такой резонанс у битком набитого зала, что неистовствующая галерка прорвала в едином порыве души мощные наряды милиции, дружинников и... кожаные ремни, преграждающие узкие проходы от верхних ярусов к партеру. Самые яростные «фанаты», в отличие от подобных прецедентов на концертах типа «Ласковый май» и Женя Белоусов, старались шумно восторгаться лишь в перерывах между песнями. Все слушали, да так, чтобы не пропустить ни звука прекрасной музыки, ни одного слова в поразительных по глубине текстах.
Ну, а пока мы сидим со Славой Бутусовым (нет, я не беру у него интервью — мы просто беседуем), разрушая оболочку усталости после «тиражированной» часовой съемки — интервью эстонского ТВ с лидером «Наутилуса Помпилиуса».
Я сразу отказался от мысли задавать Вячеславу пресловутые вопросы о том, почему он «разошелся» с Дмитрием Улицким, почему сегодняшний «Нау» не исполняет старых хитов типа «Гудбай, Америка», что он думает о творчестве Аллы Пугачевой и чем занимается его жена... Не буду также описывать основные вехи становления группы: когда, кто и в каком году...
— Слава, все мои друзья обвиняют меня в излишней сентиментальности, я иногда страдаю от этого, а тут... почувствовал родственную душу.
— Да, я тоже очень сентиментальный человек, тут уж ничего не могу поделать. Мой любимый писатель до сих пор Ремарк. Но я убежден, что для всех просто необходим высокий уровень сентиментальности, он нужен, чтобы человек чувствовал себя как можно лучше. И с возрастом это не должно исчезать.
— Очень впечатляют тексты новых песен, особенно их сочетание с музыкой. Кто их автор?
— Тексты Ильи Кормильцева. Мой лишь в песне «Из интимной жизни мальчиков». У нас с Ильей по части текстов полное взаимопонимание, а я не могу строчить, как он, целыми днями. У меня все накапливается постепенно, а потом мгновенно находит выход.
— Знаешь, я все чаще замечаю, что сейчас Вера, Надежда, Любовь становятся никому не нужны. И вообще многим духовность побоку...
— Я, как и ты, неисправимый романтик. Но, по-моему, и Вера, и Надежда, и Любовь всегда были, есть и будут. Просто надо придерживаться своих устоявшихся принципов и ничего не бояться. Меня, например, очень «ломает» хамское отношение к тому, что мне дорого, своеобразные «советы», «вторжения».
— А что тебя еще «ломает» в жизни?
Сейчас какие-то очень грубые времена. Многие нам завидуют, почему-то накидываются за то, что мы, дескать, заработали себе большой «политический капитал». Нет людей, на которых можно просто-напросто положиться. Одни «тусовки»... Раздражают люди, навязывающиеся на разговор и тут же накидывающиеся с советами и даже с требованиями. Какой-то вынужденный мазохизм! Необходимо нормальное человеческое общение. Собираясь в узком кругу, музыканты разговаривают на любые человеческие темы, кроме разбирательств чужого творчества. Я никогда не советую, например, Вите Цою, «БТ» и другим. Они сами знают, что делать.
— Что ты считаешь самым большим приобретением в жизни?
— Мое основное приобретение — это возможность общаться, дружить, знакомиться. Но как-то теперь в поездках не удается нормально пообщаться...
Слава смущенно улыбнулся. Его уже ждали на сцене, начиналась последняя предконцертная репетиция. На прощание он сообщил, что скоро группа едет с концертами в Нью-Йорк, что в поселке под Ленинградом ребята сняли дом на свои деньги, где он и живет, там же у них и студия. Но главное — ребята в группе отличные...
Общаясь с «Наутилусом Помпилиусом», я, конечно, взял короткое интервью и у моего давнего товарища Саши Беляева — гитариста «Нау», а раньше он был участником ленинградской группы «Телевизор». Саша — человек скромный, непростой, но очень открытый и добродушный.
— Саша, чем вызван твой переход из «ТВ» в «Нау»?
— Во-первых, изменились взгляды на музыку. Я ничего не имею против музыки «Телевизора», но играть мне ее не хотелось. Ну, а во-вторых, личные мотивы.
— А как ты попал именно в «Наутилус Помпилиус»?
— Со Славой Бутусовым я был дружен давно, и он не раз приглашал меня к себе. После окончательного разговора с Борзыкиным о принципиальном уходе, я еще некоторое время работал в группе, до тех пор, пока не была найдена замена. А через месяц после ухода Слава пригласил меня на запись в студии.
— А что было бы, не подвернись «Нау»? Ты ведь классный гитарист, неужели присоединился бы к какой-нибудь начинающей команде или жил бы, не играя?
— Не пропал бы. Работал бы с «Петлей Нестерова» в качестве оператора. Мне нравится это дело, и не будь музыкального творчества, я бы приложил свои силы в операторском искусстве.
— Насколько я знаю и не раз убеждался по твоему участию в «Телевизоре», у тебя довольно приличный вокал. Почему он не используется в нынешней программе «Нау»?
— Что касается моего пения в «Телевизоре», то там я как раз разучился петь. А теперь... Когда у нас будет еще один гитарист Егор Белкин (один из известнейших музыкантов свердловского рока, участник таких проектов, как «Урфин Джюс», «Настя» и др. — М.Ш.), мы сможем варьировать вокальные партии со Славой, а также с Гогой (Игорем Копыловым). Так что будет и вокал. Кстати, в группе все ребята отличные. А Слава Бутусов — на редкость добрый, мягкий человек. У него совершенно атрофировано чувство «звездности», даже во вред себе.
— А ты сам оптимист или пессимист?
— Пессимист. Конечно, пытаюсь смотреть на жизнь с оптимизмом, но... как-то не получается.
М. ШЛЯМОВИЧ.