Найти в Дзене

Мать решила отомстить мне за свою потерянную молодость

— А почему вы решили, что родительство — это про отдых? Я в молодости из дома не выходила, сидела с Мариной, — вдруг бросила Наталья Леонидовна. — Почему вы решили, что имеете право на личное время? Почему вы решили, что можете отдыхать от детей? *** Когда Марина еще сомневалась, стоит ли рожать второго ребенка, Наталья Леонидовна настаивала. Говорила, что «дети должны расти не одни», что «Миланке нужен брат», что «она всегда поможет, ведь это же ее родные внуки». Тогда эти слова Марине казались искренними. Мать обещала помогать — гулять, забирать из садика, иногда брать детей к себе на выходные, чтобы молодым было время на себя. Но как только появился Леша — все обещания забылись. Наталья Леонидовна стала появляться реже, а если и приходила — с упреками и замечаниями. — В твоем возрасте многие покупают машины, квартиры, дачи... А вы что? Уж раз ты решила сидеть дома, то намекни как-нибудь своему мужу. Что трешка на окраине – это не предел. — Зато у нас много места. Детям простор. — Т

— А почему вы решили, что родительство — это про отдых? Я в молодости из дома не выходила, сидела с Мариной, — вдруг бросила Наталья Леонидовна. — Почему вы решили, что имеете право на личное время? Почему вы решили, что можете отдыхать от детей?

***

Когда Марина еще сомневалась, стоит ли рожать второго ребенка, Наталья Леонидовна настаивала. Говорила, что «дети должны расти не одни», что «Миланке нужен брат», что «она всегда поможет, ведь это же ее родные внуки».

Тогда эти слова Марине казались искренними. Мать обещала помогать — гулять, забирать из садика, иногда брать детей к себе на выходные, чтобы молодым было время на себя.

Но как только появился Леша — все обещания забылись. Наталья Леонидовна стала появляться реже, а если и приходила — с упреками и замечаниями.

— В твоем возрасте многие покупают машины, квартиры, дачи... А вы что? Уж раз ты решила сидеть дома, то намекни как-нибудь своему мужу. Что трешка на окраине – это не предел.

— Зато у нас много места. Детям простор.

— Так пусть будет простор, но хотя бы где-нибудь в центре. Ну на крайний случай загородный дом.

Наталье Леонидовне казалось, что ее дочь — провалившийся проект. Когда она ее видела в домашнем платье, с пучком волос на голове, без макияжа и с младенцем на руках, у женщины самопроизвольно закатывались глаза.

— Ты хотя бы запишись на занятия. Как можно всеми днями сидеть дома без цели?

— У меня сейчас одна цель – вырастить здорового ребенка, — огрызнулась Марина.

— Какие все дерзкие стали. Ну и сиди дома, раз к советам умных людей не стремишься прислушиваться!

Вместо поддержки Марина получала от матери только критикующие замечания. Про ее внешний вид, про несобранность, что все время ходит в одном и том же платье и не стремится быть женственнее. И каждый раз в глазах матери Марина ощущала себя какой-то не такой.

Так продолжалось уже порядка нескольких лет. И почти каждый раз происходило одно и тоже. Марина тихо ответила по телефону, прижимая трубку к уху — дети уже спали, ей хотелось услышать хоть что-то, что поможет не падать духом.

— Мам, ты точно не передумала? — с надеждой в голосе спросила она. — Мы с Витей так давно никуда не выбирались вдвоем… Просто посидим у Аллы, один вечер. Ты ведь говорила, что заберешь детей с ночевкой?

— Конечно, моя хорошая! — бодро отозвалась Наталья Леонидовна. — Я с удовольствием! Я даже пирог испеку, как в старые добрые времена! У вас заслуженный отдых — я все понимаю.

Улыбка расплылась по лицу Марины. Она тут же поспешила в комнату к Виктору:

— Витя! Мама согласилась! Мы идем! Наконец-то! Я уже на время забыла, как это — просто выйти вдвоем... Это будет просто потрясающе! — мечтательно произнесла она.

Виктор никак не отреагировал и можно было бы подумать, что он относился к жене холодно. Но проблема была вовсе не в Марине.

Со временем его отношение к теще изменилось — сначала спокойное, нейтральное, потом — с холодком. Он видел, как Наталья Леонидовна каждый раз обнадеживала Марину и тут же забывала о своих словах. Было болью смотреть, как жена, уставшая, измученная, все равно оправдывала мать.

Он уже не ждал поддержки — только криво усмехался:

— Давай поспорим на шоколадку, что твоя мать снова забудет об обещании?

— Перестань. В этот раз все будет иначе. Она была такой воодушевленной! — в голосе Марины звучала надежда.

***

Ближе к обеду в субботу зазвонил телефон. Марина взглянула — мама. Подняла трубку.

— Доченька, тут такое дело… Я записалась в бассейн, и сегодня — первое занятие. Ну нельзя пропускать, ты же меня понимаешь?

— Угу… — только и смогла сказать Марина.

— И еще Света переезжает, помнишь, дочка моей двоюродной сестры? Я обещала посторожить квартиру, пока грузчики будут таскать мебель. Ваши планы можно как-то сдвинуть?

Марина долго молчала. Внутри все закипало.

— Мама, ты серьезно? У нас ведь была договоренность. Мы все запланировали. Дети уже собирают игрушки, ты им обещала!

— Ну что ты начинаешь? — тут же ответила Наталья Леонидовна. — Разве я не имею права на личную жизнь? Света — наша семья, я хочу ей помочь.

Виктор услышал разговор и только качал головой:

— Лучше бы вообще не надеялись. С твоей мамой всю жизнь так и будет.

Марина еле сдерживала слезы.

— Позвоню Алле. Все отменим.

— Или поедем все вместе? — вдруг предложил Виктор. — Алла ведь не чужая, и если дети захотят — сменим обстановку.

Алла согласилась, без вопросов:

— Да приезжайте, конечно! С моими поиграют! Вместо веселее.

Дети вели себя почти хорошо, особенно радуясь просторному дому и новым игрушкам. Марина все пыталась найти момент уединения с Виктором, но все время появлялись то Леша, то Милана.

После ужина стало ясно — заночевать не получится. Младший капризничал, старшая клевала носом и ныла, что хочет вернуться домой.

С грустью попрощавшись, они поехали обратно в город. Без романтики. Без спокойного утра. Но хотя бы с чувством, что не сорвали праздник совсем.

Все следующие дни Марина много думала. О том, как часто она оправдывает мать — перед Виктором, перед собой, перед всеми остальными. Казалось, что она слишком требовательна. Ведь мама устает, мама занята, мама имеет право на свою жизнь. Но внутри зрела одна мысль: разве так выглядит любовь? Забота? Внимание? Она не просила невозможного. Немного участия, немного тепла и помощи — так просто, и так тяжело его получить.

Спустя пару дней Наталья Леонидовна все же набрала номер дочери.

— Ну как у вас прошли выходные? Вы же понимаете, что я бы все сделала для вас, но такие обстоятельства!

— Ничего, мы поехали все вместе, — спокойно ответила Марина.

— Все-таки поехали?

— Да, Алла была не против.

На другом конце зазвучал холодный короткий смешок.

— Ну и нечего тогда было меня дергать. У Светочки такая квартира теперь — ого-го! Двенадцатый этаж, панорама на весь город. Простор, свет! Я когда в спальню зашла, чуть дар речи не потеряла!

— Мама, я на работе, — Марина устало ответила.

— Как всегда, — проворчала Наталья Леонидовна. — Все работаешь и работаешь, а живете в своей тесной халупе.

Марина молча сбросила трубку. Не хотелось спорить, только опустила телефон и с глубоким вздохом продолжила рабочий день.

Прошла неделя. И Марине опять пришлось обратиться к матери.

— Мама, у нас форс-мажор. Я должна выйти на работу в субботу. Можешь с детьми посидеть?

— Ой, Мариша, мы идем в театр с Валюшей! Ну правда, я ведь тоже человек. Так редко куда-то выбираюсь.

Марина положила трубку и глубоко выдохнула. Снова. Снова все на ней.

Виктор молча забрал Лешу в комнату, Милану усадил за раскраску. Потом вышел и, не глядя, сказал:

— Может, просто забудем, что у тебя есть мать? Легче будет.

Через пару дней они пригласили Наталью Леонидовну к чаю. За столом Марина нервно перебирала салфетку, Виктор выглядел собранным, но напряженным.

— Мам, можно честно? Почему ты все время обещаешь, а потом у тебя появляются срочные дела? Мы же рассчитываем на тебя. Надеемся. А потом приходится быстро менять планы и приспосабливаться.

Наталья Леонидовна поправила очки.

— Я думала, если смогу — помогу. Но у меня тоже своя жизнь, Марина. Я работаю, у меня дела, я не сижу дома! Я не обязана быть вашей няней.

Виктор спокойно кивнул:

— Мы это поняли. Если не можешь — так и скажи. Нам с Мариной проще нанять няню или строить планы без тебя, чем все время надеяться и отменять.

— А почему вы решили, что родительство — это про отдых? Я в молодости из дома не выходила, сидела с Мариной, — вдруг бросила Наталья Леонидовна. — Почему вы решили, что имеете право на личное время? Почему вы решили, что можете отдыхать от детей?

Марина замерла. Ее будто ударили.

— То есть ты не хочешь нам помогать, потому что тебе никто не помогал? — медленно произнесла она.

Наталья Леонидовна развела руками:

— Не хочу, чтобы обо мне вспоминали только, когда нужна помощь.

— О тебе и так никогда не забудешь, — Виктор встал. — Потому что помощи не дождаться. Тебе сейчас лучше уйти.

Наталья Леонидовна молча поднялась. Пальто, сумка, взгляд в пол. Ушла, не попрощавшись.

Марина осталась сидеть за столом, глядя в окно на удаляющийся до боли знакомый силуэт.

— Как думаешь, она меня не любит? — спросила она.

— Она просто другой человек, — тихо ответил Виктор. — Не стоит ждать чудес от того, кто их сам не видел.

Спасибо за интерес к моим историям!

Благодарю за комментарии, репосты и подписку! Всех благ!

Вам также может понравиться: