В 1932 году в СССР началась реализация новой широкомасштабной судостроительной программы. Потребность в ней возникла, главным образом, из-за ухудшения политической ситуации на Дальнем Востоке. В то время у нашей страны военного флота там фактически не было: поэтому советское правительство приняло решение о воссоздании такового и последующем его укреплении.
В сложившихся в стране к началу 1930-х условиях труднее всего, пожалуй, было обеспечить пополнение молодого флота подводными судами. Большинство тогдашних отечественных субмарин принадлежали к классам «Щ» («щуки») и «Л» («ленинцы»). Те и другие строились в европейской части страны, а до Тихого океана их можно было довезти только железнодорожным транспортом – и, по причине несоответствия их габаритов размерам вагонов и транспортировочных платформ, только в разобранном виде. Повторная сборка этих судов «на месте» была, из-за недостаточной технической оснащённости дальневосточных судостроительных заводов, делом долгим, трудоёмким и чрезвычайно затратным.
Преодолеть эти трудности позволил проект, разработанный Алексеем Николаевичем Асафовым и возглавлявшимся им Техбюро № 4. В основе данного проекта лежала идея подводной лодки, габариты которой допускали бы размещение её, без демонтажа, на стандартной железнодорожной платформе. Прототипом новой субмарины, получившей имя «Малютка» и ставшей головной в классе «М», была, в ряде аспектов, лодка «Минога» водоизмещением 120 т, 1908 года постройки, сконструированная И. Г. Бубновым (первое русское подводное судно с двигателем Дизеля). Но именно «в ряде аспектов»: А.Н.Асафов и 4-е Техбюро никоим образом не копировали бубновскую лодку (устаревшую, по большому счёту, ещё к началу 1-й мировой войны). Некоторые задуманные усовершенствования были и вовсе революционными. Так, впервые во ВСЕМИРНОЙ морской истории предлагалось делать корпуса цельносварными (т.е. не использовать заклёпки для соединения листов обшивки). Правда, поначалу лодки данного класса строились, несмотря на возражения Асафова, ещё по старой технологии, и корпуса у них были клёпаными. Когда качество производившихся сварочных работ выросло настолько, что стало можно гарантировать герметичность корпуса, «процесс пошёл».
20 марта 1932 г. Реввоенсовет СССР утвердил проект «Малютки» 6-й (VI) серии. Постройка каждой такой лодки обходилось государству сравнительно дёшево, и за каких-то 3 года (с 1932 по 1935) на воду спустили целых 30 судов данного образца. Все они были изготовлены в городе Николаеве: 20 - на заводе имени А. Марти, 10 – на заводе имени 61 Коммунара. 28 из этих лодок отправили, в соответствии с первоначальным планом, на Тихий океан, а две оставили на Чёрном море, где они использовались для обучения экипажей других субмарин.
Вскоре, однако, выяснилось, что достоинства «шестых малюток» фактически исчерпываются их дешевизной и лёгкостью перевозки по суше. Во всех остальных отношениях серия оказалась неудачной. Скорость лодок в надводном положении не превышала 11 узлов (чуть больше 20 км/ч), хотя, в соответствии с техническим заданием, должна была быть 13 узлов (24 км/ч), под водой скорость также была меньше запланированной. На погружение из крейсерского положения[1] у «шестых малюток» уходило что-то около двух минут – даже строившиеся ранее лодки бóльших размеров проекта «Декабрист» справлялись быстрее. Первые субмарины «М» не могли осуществить торпедную атаку, не выставляя на поверхность верх рулевой рубки. Мореходные их качества также оставляли желать лучшего, а уж об обитаемости (создании условий для нормальной жизни и работы людей на борту в течение автономного плавания[2]), при максимальной ограниченности внутреннего пространства корпуса, нечего было и говорить... Автономность плавания лодок 6-й серии составляла всего 7 суток.
Кое-какие модификации – например, касающиеся обводов кормы и подведения воды к балластным цистернам – несколько улучшили характеристики последних судов той же серии. Удалось, например, достичь предусмотренных проектом величин скорости хода. Некоторые другие недостатки были устранены при проектировании следующей серии «малюток» - VI-бис. Эти лодки отличались, в первую очередь, корпусами усовершенствованной формы. Наряду с другими новшествами, на судах имелись: модернизированный гребной винт, специальная балластная цистерна для ускорения погружения и электропривод для управления носовыми горизонтальными рулями. В надводном положении максимальной для «шестибисовых» субмарин была скорость в 13,2 узла (24,46 км/ч); под водой удавалось развить 7,16 – 7,2 узла (13,27 – 13,34 км/ч). Экипаж состоял из 3 офицеров и 14 матросов и старшин (17 чел.). Автономность плавания увеличилась до 10 суток, время погружения из крейсерской позиции сократилось до 80 секунд.
Но и серию VI-бис нельзя было счесть безусловно удачной. Из-за малого водоизмещения (надводное – 161 т, подводное – 201 т) обитаемость лодок оставалась неважной, а боеспособность – недостаточной для того, чтобы быть на море мало-мальски значимой ударной силой. Подтверждением этому стали морские операции Великой Отечественной. Из 50 спущенных на воду «шестых» и «шестибисовых» «малюток», ни одной не удалось потопить неприятельское судно. Нужно, правда, иметь в виду, что 34 лодки этих серий (вышеупомянутые 28 + 6 серии VI-бис) несли службу в тихоокеанских водах, где до 1945 г. против Советского Союза не велось активных боевых действий. Но и их «сёстрам» на Балтике и Чёрном море «повезло» не больше. Из четырёх самых «старых» черноморских «малюток» (2 – серии VI и 2 - серии VI-бис) только одна - М-55 – дважды попыталась поразить врага своим оружием; но обе попытки не увенчались успехом. «Малютка» М-51 участвовала в крупной боевой операции Черноморского флота – Керченско-Феодосийской декабря 1941 г. Её роль, однако, была очень скромна: во-первых, навигационно-гидрографическое обеспечение места десантирования наших подразделений в занятой врагом Феодосии; во-вторых, выполнение функций плавучего маяка на позиции в 50 кабельтовых (9,26 км) от этого города.
Такого рода задания были вообще типичными для малых лодок серий VI и VI-бис – как черноморских, так и балтийских. Юрий Сергеевич Руссин, всю войну прослуживший на Балтике именно на субмаринах класса «М», впоследствии, будучи уже контр-адмиралом, писал в своих мемуарах:
«Малютка» считалась подводной лодкой прибрежного действия. При своих малых габаритах и небольшом экипаже... она имела свои положительные качества: обладала надёжной скрытностью, хорошей маневренностью, была способна плавать в районах с малыми глубинами, с наименьшей затратой корабельных энергетических ресурсов. Лодка этого типа могла выполнять задачи разведки, дозора, гидрографического обеспечения, высадки и приёма с побережья групп десантников и разведчиков».
Если на Чёрном море все «пионерки» класса дожили до Победы, то из 12 балтийских (все - серии VI-бис) такими «счастливицами» оказались только две. Вычтем из 10 две погибших и три взорванных их же экипажами субмарины – и останутся 5 законсервированных с началом боевых действий, а с наступлением мирного времени разобранных на металлолом.
Поскольку подлодки первых двух серий класса «М» не оправдали ожиданий своих создателей, в середине предвоенного десятилетия появился третий вариант того же проекта, существенно отличавшийся от двух предыдущих. Длина лодки увеличивалась на 6,7 м, надводное водоизмещение – до 206 т, подводное водоизмещение – до 256. Сохранялась прежняя, характерная для более ранних «малюток», глубина погружения: «рабочая» - 50 м, предельная – 60 м. Предусматривалось увеличение максимальной скорости в надводном положении почти на 1 узел (до 14, т.е. до 25,94 км/ч), а максимальной подводной скорости – до 8,22 узла (15,23 км/ч). Дальность плавания в надводном положении достигала у модернизированных лодок 1000 миль (1853 км) при максимальной скорости и 3440 миль (6374,32 км) при так называемой экономической скорости (выбираемой с целью экономии топлива – у новых субмарин она была 9 узлов, т.е. 16,68 км/ч). Под водой на предельной скорости лодка могла идти не больше часа и проходила за это время 9 миль (16,68 км). При экономическом же ходе (2,8 узла = 5,19 км/ч) картина резко менялась: дальность возрастала, не много – не мало, до 110 миль (203,83 км). Для сравнения: у «малюток» серии VI-бис дальность плавания при максимальной скорости в надводном положении (см. выше) доходила всего до 545 миль (1010 км), а при скорости в 8,2 узла (15,19 км/ч) – до 1540 (2853,62 км). Под водой при 7,2 узлах дальность не превышала 5,9 миль (10,93 км/ч), а при экономическом ходе (2,5 узла – 4,63 км/ч) увеличивалась до 55 миль (101,9 км). С учётом всех необходимых манёвров и прочего экипаж «шестибисовой» «малютки» мог рассчитывать в боевых условиях менее чем на 10 часов без всплытия, а экипаж новой «малютки» - на полные сутки и даже более. Кстати, у усовершенствованных субмарин число его членов доходило уже до 20 человек.
Время погружения из крейсерского положения уменьшилось у новых «малюток» до 35-40 («декабристы» уходили под воду в 2 «с хвостиком» раза медленнее), из позиционного положения[3] – и вовсе до 15 секунд. В начале войны все «малютки» использовали для поиска врага преимущественно перископы, но уже в 1942 г. на лодках появились приборы, считавшиеся тогда «чудесами техники» - шумопеленгаторные установки «Марс-8».
Итак, «малютки» новой серии (вошедшей в историю под римским номером XII) превосходили своих предшественниц во многих отношениях. К сожалению, часть недостатков «шестых» и «шестибисовых» судов унаследовали и их «потомки» - но это были недостатки не конкретного проекта, а всего класса «М».
С «древним» бубновским прототипом всех «малюток» - хоть «шестых», хоть «шестибисовых», хоть «двенадцатых» - роднило отсутствие второго корпуса – а следовательно, и дополнительной защиты в виде внешнего слоя обшивки и пространства между внешним и внутренним слоями.
По свидетельству Ю.С.Руссина, на «12-х» лодках «были лучшие условия размещения личного состава, чем на «малютках» других проектов». Однако при остававшихся обязательными ограничениях на габариты и величину водоизмещения радикально изменить положение с обитаемостью было невозможно. Вооружение лодок 12-й серии оставалось, в целом, таким же, как у лодок серии VI-бис, т.е. слабым: два носовых 533-миллиметровых торпедных аппарата с двумя торпедами (по одной на каждый); единственная полуавтоматическая 45-мм пушка 21-К; разве что у «12-х» к одному 7,62-мм пулемёту добавился второй.
Тем не менее, отвечавшее требованиям времени электронавигационное оборудование, бóльшие мощность двигателей (надводного и подводного хода) и объём отсеков, отводимых под корабельные запасы – всё то, что позволяло получить выигрыши в скорости, дальности и автономности - повышали значимость субмарин класса «М» серии XII как боевых единиц флота.
В общей сложности, было построено 46 таких лодок: 14 в Ленинграде и 32 – в городе Горьком (сейчас – Нижний Новгород) на заводе "Красное Сормово". 28 спустили на воду ещё до начала Великой Отечественной войны, 18 – уже в военные годы. По флотам их распределили так: 16 передали Черноморскому, 14 – Северному, 9 – Балтийскому и 6 – Тихоокеанскому. Потом, правда, время от времени производились «перетасовки»: например, в 1944 г. было приказано перебросить на Чёрное море 4 тихоокеанских лодки (их доставили, когда война уже закончилась). Туда же перевезли 4 из 5 «малюток», оставшихся у Северного флота после гибели 9 субмарин.
Такие большие потери объясняются тем, что североморские лодки 12-й серии были очень активными участницами арктической морской войны. Точно установлено, что они потопили 3 военных корабля и 4 транспорта, а ещё один транспорт серьёзно повредили. По данным черноморцев, их «малютки» той же серии уничтожили 8 неприятельских транспортов (7 торпедировали, 1 расстреляли из пушки) и повредили 3 транспорта и 1 военный корабль. Балтийцы, служившие на «12-х малютках», не смогли потопить ни одного судна (по крайней мере, иностранные документы не подтверждают уничтожения этими подлодками какого-либо из судов немцев или их союзников).
Согласно абсолютно достоверной, подтверждаемой и нашими, и немецкими и иными зарубежными документами информации, лодки «М» серии XII потопили, в общей сложности, 15 и повредили 5 неприятельских судов (как транспортов, так и военных кораблей). Для малоразмерных субмарин «прибрежного действия» это было, прямо скажем, неплохо.
Даже не заходя далеко в море и не разыскивая там конвои противника, «12-е малютки» могли причинять неприятелю ощутимый ущерб, скрытно действуя в неглубоких водах у вражеских берегов. Не следует недооценивать и способность этих субмарин лучше других справляться с обычными для небольших судов поручениями: доставкой провианта и других запасов, высадкой и приёмом на борт десантирующихся войсковых подразделений. Во время осады Севастополя (30 октября 1941 г. — 3 июля 1942 г.) черноморские «малютки» 12 раз ходили в город с грузами и подкреплениями для осаждённых. Хотя каждая отдельная лодка могла перевезти за 1 раз не более 10 вооружённых людей (плюс 9 тонн грузов или 7 тонн топлива), и такая помощь значила для защитников Севастополя достаточно много.
Следует, конечно, сказать и о другом. В годы войны погибло 26 лодок «М» серии XII – т.е. 56,5 % от общего их количества. Черноморский флот потерял 8 этих подлодок, Балтийский – 7, Северный – как мы уже знаем, 9, и даже Тихоокеанский лишился двух субмарин. Да, это вам не американские "истории успеха"...
Вряд ли может удивить тот факт, что четыре лодки «М» 12-й серии удостоились гвардейского звания («М-171» и «М-174» Северного флота, «М-35» и «М-62» Черноморского флота), две были награждены орденом Красного Знамени («М-111» и «М-117» Черноморского флота), а лодка Северного флота «М-172» стала и Краснознамённой, и гвардейской.
_______________________________________________________________________________________
[1] Крейсерское положение — надводное положение удифферентованной подводной лодки с заполненной цистерной быстрого погружения и с незаполненными цистернами главного балласта. Позиционное положение — надводное положение удифферентованной подводной лодки с заполненными цистернами главного балласта, кроме средней группы, и с незаполненной цистерной быстрого погружения. Удифферентовка - процесс придания судну желаемого дифферента (наклона корпуса в продольной вертикальной плоскости) или посадки судна на ровный киль (выравнивания его относительно поверхности воды в продольной вертикальной плоскости).
[2] Автономное плавание – пребывание в море отдельного судна или группы судов в удалённых от портов и баз акваториях без пополнения запасов топлива, оружия (для военных судов), продуктов и пресной воды. Автономность плавания – предельная продолжительность автономного плавания для конкретного судна. Может быть от 3-5 суток для небольших судов и до 6-12 месяцев для ледоколов, судов промысловых и научно-исследовательских. Определяется раздельно по запасам провизии, пресной воды и топлива.
[3] См. примечание 1.