Хотела рассказать об этой книге чуть раньше, не в День Победы, но нужно было поискать дополнительную информацию, посмотреть видео, а это не так быстро удаётся в последний учебный месяц. Буду максимально корректно писать о книге, которая любима у многих с детства. Возможно, прочитай я её в школьные годы, тоже бы осталась под впечатлением и помнила сквозь десятилетия, но сейчас уже есть читательский опыт, поэтому повесть Юрия Иванова "Мы шли под грохот канонады" останется одной из...
Моя главная ошибка: ждала почти документальную прозу о Ленинградском зоопарке в годы блокады (видимо, отзывы и рекомендации так сработали). А всё не так. Во-первых, зоосад Ленинграда в блокаду - это лишь одна из многочисленных тем книги. Во-вторых, кое-что противоречит историческим фактам или просто совсем другое, хотя есть и попадания. Да и не эксперт я в этом вопросе. То, что ожидания и реальность не совпали, это ведь только моя проблема.
История начинается на побережье океана, где главный герой ныряет за раковиной (да, на фото она не ради антуража), которую пообещал некой Нине. Он подносит её к уху: гул раковины воскрешает в памяти голоса, начинаются воспоминания. А читателю уже понятно: герой останется жив.
В повести 3 главы, они поделены на части, каждая из которых начинается выдержками из газет и радиопередач. Они очень показательны. Мне такое решение понравилось, надеюсь, что это реальные цитаты, а не художественный приём.
Глава первая "Надежды и мечты"
Мы знакомимся с семиклассником Володей Волковым 1 марта 1941 года, узнаём о его семье, одноклассниках, учителях. Очень тяжело мне давалось чтение этой главы. Героев появляется много, далеко не все запоминаются. А самое главное - это настроение, атмосфера времени. Я даже решила, что зря начала читать сейчас, к определённой дате. Как это страшно - жить в ожидании войны, как это нелепо и жутко - разрушать, а не создавать.
Для Володи отец - это идеал, хотя мы его мало видим ("гвозди бы делать из этих людей"), но не случайно здесь появляется лишь одно воспоминание о дедушке, которое возвращает читателя к самому началу книги (впереди ещё 300 страниц, а мы уже знаем, что Володя пойдёт в итоге по стопам деда):
Глава вторая "Испытание"
Лето наступает быстро, от ожиданий и разговоров - к действиям: война, немцы под Ленинградом. И Володя там же: под Гатчиной, у другого своего деда - "лесного".
От этого фрагмента первой встречи с немцами до момента, когда Володя станет седым, - 20 страниц, 20 жутких страниц. Здесь же завязка истории со спрятанными винтовками, развязка которой и станет развязкой событий книги.
В этой же главе самый сильный для меня момент книги, сильный - по степени эмоционального воздействия. Это история Герки, одноклассника Володи, второгодника (дважды оставался на второй год) и хулигана.
Пересказывать историю не буду, чтобы избежать спойлера, а для читавших просто отмечу - это эпизод Герки с отцом. Для меня эта история стала самой яркой в книге, самой показательной и запоминающейся.
Глава третья "Стойкость" (по своему объёму она равна первым двум)
Володя вновь в Ленинграде, вот-вот начнётся блокада.
О зоопарке уже упоминается в первой главе (Кстати, ведь он стал называться "зоопарк" только в 1952 году, до этого - зоосад, а во всех разговорах - зоопарк. Интересно, называли его так уже в это время между собой?), там работает мама Володи, и он сам часто бывает.
И хотя Володя внутренне сопротивляется, но всё же отправляется в зоопарк-зоосад, чтобы помогать там.
И вот тут пошли всякие странности. Поимённо перечислены звери, которые остались живы на момент 10 декабря 1941 года:
Как видите, их тут всего 20. Я читала, что после эвакуации части животных в зоопарке осталось 237, после первой жуткой блокадной зимы, после обстрелов к апрелю 1942 года выжили 85. Да, книга не документ, но как-то так сразу в несколько раз меньше...
Про бегемотиху Красавицу и её ангела-хранителя Евдокию Ивановну Дашину как раз этой зимой читала в разных источниках. И как она ежедневно воду привозила, и как камфорным маслом Красавицу натирала, и как во время обстрелов ложилась рядом с испуганной бегемотихой. В повести есть героиня, немного напоминающая Евдокию Дашину, - это Софья Петровна. Но она не работала до войны. Воду в зоопарк возит Володя. У меня сложилось ощущение, что в книге это только его обязанность. Есть единственная сцена купания бегемотихи, хотя это нужно было делать постоянно.
Кстати, про Володю. Непонятно, откуда временами он берёт силы. Да, ему холодно, голодно, но он встаёт, идёт, привозит, приносит, хотя никаких дополнительных источников питания у подростка нет. На чувстве долга, ответственности сколько-то протянешь, но не очень долго.
Возвращаясь к зоопарку... А вот одна из тех сцен, что соответствуют фактам из жизни реального блокадного зоосада. Это история с бизоном Манькой, которая провалилась в воронку от снаряда после обстрела:
Когда читала про кота Мура, то просто хмыкала:
В городе должен быть хоть один живой кот.
У меня уже перебор с книжными блокадными котами, каждый из которых - один на весь город.
Когда весной зоосад открывается, там(в книге) очень мало зверей и ещё кот:
Возможно, все мои придирки и сопоставления просто из-за неоправдавшихся ожиданий. Да, документальной точности нет, но атмосфера выживания, заботы о "братьях меньших", желание сохранить, помочь в повести есть.
И вот такой момент, он ведь тоже страшный. Володя из сумки убитого немца достаёт письма и читает при маме:
В повести много тем мелькает, но как-то хотелось мне какой-то глубины, большего погружения, а просто мозаика фактов не редкость в художественной литературе. Есть здесь про ракетчика-предателя, есть про спекулянтов и "честных жуликов", есть про потерю карточек и их воровство, есть про сирот и беспризорников, есть про новогоднюю блокадную ёлку для детей. Конечно, в любой хорошей книге я всё равно узнаю что-то новое о блокадных днях для себя. Здесь подробно рассказано о торговле саночками, на которых привозили трупы на кладбище... Жутко.
Но главная причина, почему повесть "Мы шли под грохот канонады" не попадает в число тех, о которых хочется рассказывать, рекомендовать, временами перечитывать, это сами герои. Конечно, я их запомнила всех в итоге, хотя некоторых долго путала, но запомнила, вероятно, только на время чтения. Глубины характеров мне не хватило, ярко выраженной индивидуальности.
Ни к кому не привязываешься, не успеваешь понять, проникнуться симпатией. Слёзы не редкость у меня при чтении книг на тему войны. Я успеваю и в более коротких повестях привязаться к героям, вместе с ними переживать, возмущаться и радоваться. Тут - не сложилось.
Курсивом спойлеры!
Когда Володя вернулся в Ленинград, то скрыл от мамы смерть "лесного" деда. Допустим: заботился о маме и бабушке, им и так трудно. Но они и не спрашивают больше, не интересуются, не пытаются связаться, узнать, где он и что с ним. Автор эту линию обрывает.
Лену переводят в госпиталь, где лежат раненые немецкие солдаты. У девушки шок, желание вредить, а не помогать. Начинается очень напряжённая линия взаимоотношений медсестры Лены и солдата Курта. Автор так и не поставит финальную точку.
И это лишь два небольших примера. Сложилось ощущение, что автору просто хотелось дать картину жизни блокадного Ленинграда, осветить множество тем, проблем, а герои ... мелькают и мелькают.
Возможно, ответы на многочисленные мои вопросы о судьбах героев этой книги есть в продолжении - "На краю пропасти", не знаю. Эту книгу "Речь" не переиздавала. Но красивое начало с раковиной и упоминанием Нины давало возможность автору хотя бы в послесловии намекнуть, жива ли она или это просто в память о ней...
Дочитала я книгу неделю назад, но сразу писать впечатления не стала: искала статьи о Юрии Иванове, чтобы понять, сколько в повести автобиографичного. К сожалению, не нашла об этом периоде его жизни практически ничего. Да, он был в блокадном Ленинграде, затем его переправили в Свердловск, а потом уже был Кёнигсберг:
Ребёнком застал войну и видел своими глазами все ужасы блокады родного города. Затем произошло первое знакомство с будущим Калининградом — в составе команды музыкантов он дошёл с войсками Советской Армии до Кёнигсберга.
Надеюсь, те, кто любят эту книгу, простят мне взгляд на неё под другим углом. Это хорошая повесть, но у меня не очень сложилось с ней. О блокаде именно для детей и подростков я читала уже немало. Если бы эта книга была одной из первых, то открыла бы для меня ряд тем, а сейчас даже с зоопарком из-за неправильных ожиданий не то.
На канале у Юли ("Ветер в книгах") проходит читательский марафон, посвящённый Дню Победы. Добавлю туда и мой рассказ, вдруг кому-то пригодится.
С праздником! Мира и добра всем!