О замечательной советской книге мне и вам поведал американский интернет-журнал The Public Domain Review, посвященный исследованию любопытных и интересных произведений из истории искусства, литературы и идей.
«Долой беспартийных писателей! Долой литературных сверхлюдей! Литература должна стать частью общего дела пролетариата, «винтиком и шестеренкой» единого великого социал-демократического механизма, приводимого в движение всем сознательным авангардом всего рабочего класса».
— Владимир Ленин
«Если хоть один винтик перестанет работать — конец».
— Иосиф Сталин
В январе 1918 года, всего через три месяца после начала русской революции, писатель Л. Кормчий (Леонард Пирагис) опубликовал в большевистской газете «Правда» статью под названием «Забытое оружие». «Буржуазия слишком хорошо знала значение детской литературы как полезного орудия для укрепления своего собственного господства, — утверждал он . — Мы не должны забывать, что те же орудия, то же оружие можно использовать и для противоположной цели».
Детская агитационная книга Николая Агнивцева 1925 года «Винтик-Шпунтик», кажется, вняла призыву Кормчего. Она начинается на фабрике, заполненной антропоморфными машинами, счастливо жужжащими в трудолюбивой гармонии. Диалог звенит повторяющимся лязгом, свистом и грохотом токарных станков, шестеренок и маховиков: «Вот-вот! Вот-вот! Вот!», «Ух-ух! Ух-ух! Ух!», «Эх-эх! Эх-эх! Эх!» Наш главный герой — «винтик» (винтик-шпунтик: уменьшительные формы слов для винта и шпунта), который с радостью участвует в производстве, выполняя свой «скромный долг». Однако однажды машины вынуждены выбрать «делегата», который будет представлять их. И вдруг социалистические машины прибегают к более примитивному способу мышления: «Я! Я! Я!». Только наш маленький винтик молчит. Он терпеливо ждет своей очереди. А когда ему дают слово для речи, большие машины смеются над ним, заставляя его замолчать. Он не злится, не ругается и не грозит кулаком, говорят нам, он просто уходит — забастовка одного винтика. «Он больше не просто «маленький человек», которого со слезами на глазах восхваляют в либеральной русской литературе девятнадцатого века. Он бывший ничтожество, который теперь почувствовал призыв стать всем», — пишет Евгений Штейнер, намекая на слова из русского перевода «Интернационала». Когда фабрика снова запускается, что-то не так, и машинные хулиганы осознают свою ошибку: «Ну, вы просто не можете жить без него!» Смущенные и пристыженные, они катятся к нему домой и извиняются. Книга заканчивается самодовольно, демонстрируя, как винтик готовится вернуться к работе: «Он сказал им вполоборота: Ха, вот и все!»
Иллюстрированный Владимиром Твардовским, «Винтик-Шпунтик» пользовался огромной популярностью: за первоначальным тиражом в 10 000 экземпляров последовало переиздание в 20 000 экземпляров в 1927 году. В том же году, когда книга была переиздана, Владислав Твардовский снял одиннадцатиминутную анимационную адаптацию для ленинградской фабрики «Совкино», которая близка видению Агнивцева и, по словам Петра Багрова, является единственным сохранившимся «полноценным примером» ленинградской школы анимации. Фильм немного более эмоционален и комичен, чем его оригинал — эффект, достигнутый, отчасти, благодаря немецкой музыке, которая была добавлена позже, в 1931 году, когда в кино пришёл звук.
Ниже — кадр из этого мультфильма, а целиком его можно посмотреть тут.
Родившийся в Москве, Николай Агнивцев (1888–1932) был сыном известного юриста, служившего в судебной системе России. Вернувшись из эмиграции в Берлине после Гражданской войны в России, Агнивцев с трудом приспособился к новому политическому климату — и его новым ожиданиям от литературы — и переключился с поэзии на детские книги. «Винтик-Шпунтик» был написан в том же году, когда писательница и редактор Анна Гринберг описала «нового» коммунистического ребенка-читателя в выпуске большевистского правительственного журнала «Пресса и революция» за 1925 год: «Когда он совсем маленький, он гладит книгу своей маленькой ручкой и нежно говорит: «Эта маленькая книга о СССР. Я не знаю, что такое СССР; я знаю только, что он хороший».
© Перевод с английского Александра Жабского.
Приходите на мой канал ещё — к нашему общему удовольствию! Комментируйте публикации, лайкайте, воспроизводите на своих страницах в соцсетях!
Теперь вы можете одонатить тут мой труд любой приемлемой для вас суммой.