В прошлой статье мы рассмотрели события, предшествующие непосредственно Пражскому восстанию, связаны они были с Первой дивизией РОА, которая выдвинулась на помощь восставшим в Праге. Правда, восставшие в Праге появились только 4го мая и в историографии на этот счет также как-то не принято подробно рассказывать о том, что же они из себя представляли. А между прочим, восстание в Праге вообще началось, можно сказать, случайно.
А всего-то начали менять вывески на немецком языке
А точнее, даже по ошибке. Известным фактом является то, что 4 мая в Праге и других местах люди начали активно срывать и уничтожать немецкие надписи — названия улиц, организаций, предприятий, железнодорожных станций и тому подобное, но совсем немногие знают о том, что на самом деле изначально убрать немецкие надписи распорядилось само правительство Протектората Богемия и Моравия, а именно тогдашний министр транспорта Йиндржих Каменицкий. Именно он сказал своим подчиненным аккуратно снять названия на немецком языке со зданий почт и вокзалов, изначально как раз ради снижения растущей среди чешского населения напряженности в отношении немцев и всего немецкого.
Но данные действия, судя по всему, в процессе исполнения возымели как раз прямо противоположный эффект — когда просто проходящие мимо люди увидели, что немецкие надписи снимают с государственных учреждений сами же государственные чиновники, данный пример начал совершенно стихийно и уже бесконтрольно распространяться по всему городу, часто это происходило прямо на глазах у немецких официальных лиц, военнослужащих или полицейских, те, в свою очередь, иногда просто бездеятельно смотрели, иногда пытались принимать ответные меры, а в этом случае уже собирающиеся толпы народа на улицах, охваченные известной эйфорией стадной безнаказанности, начинали реагировать агрессивно... таким образом, стремительно разраставшуюся волну беспорядков уже практически невозможно было остановить. Так как по всему городу все развивалось по примерно одинаковому сценарию, позволю себе ниже привести описание событий 4 мая 1945 года глазами очевидца, Богумила К., проживавшего в данное время в промышленном пражском районе Вершовице.
«В тот день к вечеру мы уже неслись к нашим домам и с мальчишеским запалом орали, перебивая один другого и иногда в один голос: «У нас свобода! Уже свобода!» Тогда же день граждане Вершовиц (район Праги)начали закрашивать немецкие надписи, перелеплять и срывать немецкие таблички с домов и магазинов.Так в Вершовицах началась революция 1945 года».
Примерно таким же образом, как в вышеописанной части пражских Вершовиц, так называемая «революция 1945 года» начиналась и в остальных районах чешской столицы. Главная и общая черта всех этих рассказов — ни одного упоминания о какой-либо организованной или организационной деятельности кого-либо и где-либо (кроме частых попыток чешской полиции или жандармерии, а также немецких порядковых служб утихомирить особо разбушевавшихся граждан), полная спонтанность всего происходящего.
С вечера пятницы 4 мая 1945 года разрастающаяся волна беспорядков и уничтожения надписей на немецком языке по всему городу постепенно перешла к утру субботы 5 мая, которая тогда еще была рабочим днем. То есть большинство трудоустроенных жителей чешской столицы в этот день нормально пошли на работу и с утра находились на своих заводах, фабриках и в учреждениях, работая на уже умирающий рейх. Именно здесь, на рабочих местах, часто под влиянием профсоюзных организаций, в свете происходящих в городе событий, начали проявляться первые точечные попытки организации неких отрядов самообороны, установления контактов с соседними предприятиями и тому подобные действия. Но никакой общей связи все еще не было, не говоря уже о какой-либо координации действий или планировании.
О чем вещало чешское радио
Давайте посмотрим, какова была роль радио в начале восстания. Кстати, потом именно это Пражское радио якобы в эфир выдаст воззвание к Красной Армии , в котором будет призывать прийти на помощь истекающей кровью Праге. Но об этом позже. А пока вернемся в 5 мая 1945 года. Официально считается, что Пражское восстание началось 4го мая, но основные события начали разворачиваться именно 5го. Первым всеобщим и как бы «официальным» сигналом к началу «народного восстания» в Праге явились передачи пражской студии чешского радио, в которых с утра пятого мая дикторы Зденек Манчал и Станислав Козак исключительно по собственной инициативе начали проводить передачи сначала на странной смеси чешского и немецкого языков (вместо предписанного немецкого), а после восьми часов утра вообще перешли только на чешский.
Данная атмосфера представляла собой живительную почву для возникновения и распространения массы различных слухов, как, например, о продвижении американских танков от Бероуна в направлении Праги или о том, что в пражском аэропорту Рузине уже якобы приземляются самолеты союзников
На пражских трамваях (которые утром 5 мая все еще ездили четко по расписанию) начали то тут, то там появляться чешские флажки, национальные «триколоры» Чехословакии, и даже непонятно откуда взявшиеся у людей флаги всех союзников по антигитлеровской коалиции начали массово вывешиваться в окнах и на фасадах зданий, часто вместо сорванных штандартов Третьего рейха.
Даже чешские жандармы, полицейские и даже малочисленные военнослужащие протекторатных правительственных войск начали появляться на улицах при оружии и с трехцветными красно-сине-белыми ленточками в цветах чехословацкого национального флага на униформах. Сеть полицейских участков и казарм жандармерии на момент начала восстания были единственной организованной силой, имеющей хорошую взаимную связь, вооружение (хоть и только легкое — в подавляющем большинстве пистолеты и карабины) и централизованное командование. По всему городу уже массово срывались немецкие надписи и государственные символы Третьего рейха. В центре Праги стихийно организовалось несколько колонн демонстрантов, не имевших явной цели и направления движения, начались первые попытки обезоруживания попадавшихся на пути толпы одиноких немецких военнослужащих или просто нападения на гражданских лиц, говоривших по-немецки. К одиннадцати часам утра все эти группы были полностью разогнаны немецкой полицией порядка, в центре города снова стало относительно спокойно. Но ненадолго. В 11.45 к зданию Пражского радиовещания прибыла группа усиленной охраны в составе взвода Ваффен-СС на велосипедах. В это же время германская полиция порядка начала чистить от разгулявшихся стихийных демонстраций Вацлавскую площадь и прилегающие улицы. При этом были использованы дымовые гранаты, а также зазвучали первые выстрелы, хотя пока только в воздух.
Далее снова свидетельство Богумила К.:
«...пятого мая в полдень обедаем и слушаем радио. Вдруг прямо из приемника раздается отчаянный крик: «Алло!.. Алло!.. Вызываем полицию, жандармерию, правительственные войска на помощь Чешскому радио!... Эсэсовцы нас тут убивают!...»
На что могли рассчитывать чешские повстанцы
Именно с этого момента в Праге уже действительно начались вооруженные столкновения, а именно эта самая радиопередача, услышанная одновременно во всем городе, а также за его пределами, и послужила последним толчком к этому. Чешские активные граждане начинают самоорганизовываться, но происходит это стихийно, координации нет – восстание никто не готовил! Энтузиазма у чехов не отнять, но, между тем, возникшие многочисленные чешские «штабы восстания» на самом деле также не имели даже в общих чертах представления о силах, на которые бы могли рассчитывать сами повстанцы в своем спонтанном бунте, так как отсутствовал еще один важнейший элемент каждой командной организации — связь, да и сама организация как таковая.
Приводить в качестве фактической базы вообще какие-либо цифры относительно сил, на которые могли бы заранее точно рассчитывать повстанцы, думаю, на момент до начала самого восстания не имеет никакого смысла, так как никаких реальных подобных расчетов никто в действительности и не делал. Члены чешских «штабов восстания» описывают в послевоенной литературе некие десятки и даже сотни тысяч «по первому же призыву готовых к бою патриотов» в Праге и окрестностях, но к этому не стоит относиться серьезно. В действительности реально, при возможном планировании неких вооруженных действий, возможным будущим командирам повстанческого движения можно было опереться тогда лишь далеко еще не на стопроцентно лояльные к сопротивлению силы чешской полиции и жандармерии из столицы и ближайших пригородов, плюс сохранившиеся в Праге малочисленные части протекторатного правительственного войска с легким пехотным вооружением. Протекторатная полиция в Праге представляла собой силу около 3700 человек и была вооружена преимущественно револьверами и пистолетами; таможенная и почтовая охрана имела несколько десятков револьверов на всю службу; находящиеся все еще на чешской территории части чешского протекто- ратного правительственного войска имели по спискам в пражских Штефаниковых казармах всего около 400 военнослужащих рядового и офицерского состава, причем склады при казармах были абсолютно переполнены касками, противогазами, обувью, различной униформой и даже продовольствием и алкоголем, но на вооружении имелось всего 150 винтовок Манлихер времен Первой мировой войны
Между тем, постоянно разрастающиеся беспорядки к полудню 5 мая уже достигли таких масштабов, что взять их под контроль стандартными полицейскими методами и силами немцам было уже невозможно.
Точка отсчета восстания – взбунтовавшаяся радиостанция
Окончательный крест на немецком плане по удержанию порядка в городе поставил инцидент у здания государственных Чешских радиовещательных студий, при котором вооруженная чешская полиция и жандармерия впервые уже открыто встали на сторону взбунтовавшегося населения, вступив в перестрелку с немецкими силами, конкретно небольшим отрядом Ваффен-СС, посланным для занятия здания пражской государственной радиостанции. К тому же и первые группы повстанцев, появившихся здесь же, начали проявлять некоторую форму организации, а также многие из них уже имели в руках и огнестрельное оружие, хотя пока что достаточно в небольшом количестве.
Одним из главных толчков к началу повсеместного восстания в городе, а также и уже фактически настоящих боевых действий послужило описанное ранее поведение чешских дикторов радиовещания, исключительно по собственной инициативе начавших вести передачи вместо положенного немецкого на чешском языке, а также передавать в эфир чешскую патриотическую музыку. Тем не менее немецкие власти уже с утра зарегистрировали несанкционированные изменения в программе радиопередач, и к зданию радиовещания из недалеких казарм был отправлен для наведения порядка отряд Ваффен-СС на велосипедах. По различным чешским данным, численностью от 65 до 90 человек, по немецким документам — в составе одного взвода, то есть около сорока военнослужащих с пехотным вооружением.
В районе полудня эти части беспрепятственно проникли внутрь здания радиостанции, но из-за отсутствия уже в коридорах достаточно большого здания каких-либо надписей на немецком языке найти в хитросплетении незнакомых помещений студию, из которой выходили в эфир радиопередачи, солдатам СС быстро не удалось. Почти сразу же после появления в здании государственного радиовещания военнослужащих Ваффен-СС на место прибыл и первый небольшой отряд чешской полиции в составе 16 человек на грузовике во главе с капитаном полиции Рудольфом Суханком. Стоящие уже на посту у входа в здание радиовещания два солдата-эсэсовца беспрепятственно впустили вооруженных чешских полицейских внутрь, сначала явно не предполагая, что они идут на помощь повстанцам.
Конфликт чешской полиции и немецких СС разгорается уже в коридорах, при активном участии чешских и немецких сотрудников радио, вставших, естественно, на разные стороны баррикады. Начинается стрельба, после чего и стоящие снаружи немецкие посты перестают пускать кого бы то ни было в здание. Вновь при бывающие подкрепления повстанцев пытаются пробить себе дорогу оружием, к немцам тоже направляются подкрепления, и на прилегающих улицах разгораются перестрелки. В 12.15 на фасаде чешские служащие радио пытаются вывесить флаги Чехословакии и союзников по антигитлеровской коалиции — СССР, США и Великобритании, но получается это лишь частично: из-за стрельбы немцев снизу на фронтоне появляются только флаги Чехословакии и США.
12.30 — стрельба в здании радиовещательных студий разгорается, в ход идут и гранаты. В 12 часов 33 минуты в открытый радиоэфир из Праги впервые выходит историческое обращение: «Призываем чешскую полицию, чешскую жандармерию и правительственное войско на помощь Чешскому радио!» В 12.45 диктор в студии, уже срываясь в фальцет, просто кричит в микрофон сквозь отчетливый грохот стрельбы и взрывы гранат: «...Зовем все чешское на помощь Чешскому радио!... Эсэсовцы здесь убивают чешских людей!..»
Чуть позже со стороны улицы Балбинова мятежные чехи с поддержкой полиции уже пытаются штурмовать радиостудии со двора, с ходу пробивая ворота грузовым автомобилем, на обеих сторонах начинают использоваться пулеметы и фауст-патроны. На улице Шверинова на подъезде к зданию радиовещания расстреляна машина с подкреплениями СС, несколько немцев убито, повстанцы завладевают их оружием. Также, по некоторым данным, на призыв о помощи из здания радиовещания откликнулись и военнослужащие так называемых правительственных войск Протектората — два взвода под командованием поручика Ярослава Зарубы отправились на автомобилях к месту конфликта. Но, не доехав прямо к зданию радиовещания, чешские солдаты вступили в бой на соседних прилегающих к нему улицах.
Все это время никаких массовых действий от находящихся в городе немецких сил в ответ на происходящее не следует. После полудня на помощь повстанцам и полицейским, удерживающимся в здании государственного радиовещания, приходит еще один неполный взвод чешского протекторатного правительственного войска, отряд жандармерии, а также неустановленное количество гражданских лиц, некоторые из которых вооружены. Небольшая группа еще находящихся внутри здания эсэсовцев оказывается изолирована и отрезана со всех сторон. Оставшиеся уже практически без боекомплекта немецкие солдаты теперь лишь пытаются обороняться, отходя в подвалы, перед находящимся в сильном количественном преимуществе противником. Чешское радио продолжает работать, высылая в эфир дальнейшие призывы к свержению германской государственной системы на территории Протектората. Через некоторое время в подвалы, где находятся изолированные немцы, местные пожарные начинают лить из брандспойтов воду и постепенно затапливать обороняющихся. После этого уже, ближе к вечеру, здание радиовещания, под ликующие крики присутствующих чехов, окончательно переходит в руки повстанцев. Пережившие все это немногочисленные эсэсовцы сдаются и тут же обезоруживаются.
Чешские повстанцы в эйфории, революционный дух свободы витает в воздухе. Но главные события впереди. Продолжение следует