Сборник продолжает публикацию воспоминаний участников похода 2-й Тихоокеанской эскадры и Цусимского сражения, хранящихся в отделе рукописей Российской национальной библиотеки в фонде писателя А.С. Новикова-Прибоя (1877–1944), собранных им в 1920–1930-е годы. На этом раз вниманию читателей предлагаются воспоминания моряков крейсера «Адмирал Нахимов» — старшего офицера корабля капитана 2 ранга В.А. Гросмана 1-го, артиллерийского офицера лейтенанта Н.А. Смирнова 1-го и машинного унтер-офицера М. Мишурова.
Коротко об авторах. Владимир Александрович Гросман 1-й (3.02.1864 — не ранее 1917). Окончил Морской кадетский корпус (1884), капитан 2 ранга (1903), минный офицер 1 разряда (1896), старший офицер учебного судна «Европа» (1901–1904) и крейсера I ранга «Адмирал Нахимов» (1904–1905). Был награжден орденами Св. Анны 3-й и 2-й ст. По возвращении из японского плена командовал минным крейсером (эсминцем) «Сибирский стрелок» (1906–1909) и крейсером «Кагул» (1909–1910); контр-адмирал в отставке (10.10.1912).
Николай Александрович Смирнов 1-й (16.08.1878–09.10.1911). Окончил Морской кадетский корпус (1897), Артиллерийский офицерский класс (1904). Участвовал в заграничном плавании на крейсере I ранга «Владимир Мономах» (1899–1900), канонерской лодке «Гремящий» (1900–1901), крейсере I ранга «Адмирал Корнилов» (1901–1902). Принимал участие в подавлении Боксерского восстания. Младший артиллерийский офицер крейсера I ранга «Адмирал Нахимов» (1904–1905). По возвращении из японского плена командовал посыльным судном «Дозорный» (1910–1911). Скончался в Санкт-Петербурге.
Воспоминания В.А. Гросмана и Н.А. Смирнова представляют собой копию делопроизводственных документов, вероятно, судебного дела или рапортов офицеров крейсера об обстоятельствах его гибели. Рукопись чернилами в новой орфографии мелким, косым, но достаточно разборчивым почерком (А.С. Новикова-Прибоя?) в тетради, в мягкой обложке из низкосортной серой бумаги с желтоватыми линованными листами, форматом 21×14 см, выпуска 1920 – 1930-х годов.
Рассказ Михаила Мишурова, был записан с его слов, возможно, самим А.С. Новиковым-Прибоем, вероятно, еще в Японии. Рукопись на такой же бумаге из тетради (обложка отсутствует) формата 21×17 см. Текст написан чернилами в старой орфографии на одной (левой) стороне листа тетрадного разворота. Вероятно, правая сторона была сознательно оставлена для вставок и пометок, которые иногда встречаются.
В этой же единице хранения находится машинописная копия данной рукописи в новой орфографии. Местами в машинописи оставлены пропуски, обозначенные отточием, вероятно, в тех случаях, когда при перепечатке не могли разобрать рукописный текст, причем последний неполон, он обрывается примерно на середине машинописного. При перепечатке были укрупнены абзацы, некоторые слова пропущены, другие прочитаны неправильно. В настоящей публикации рассказ М. Мишурова приводится по рукописи, затем (после ее обрыва) — по машинописи. В квадратных скобках помещен утраченный текст, восстановленный нами по смыслу либо добавленный для большей понятности.
Крейсер «Адмирал Нахимов». Показание старшего офицера капитана 2 ранга [В.А.] Гросмана [1-го]
Перед уходом крейсера из России он развил около 151/2 узлов хода. Крейсер был снабжен 11/2-м комплектом боевых запасов. Во время кампании было 2 случая проявления неудовольствия со стороны команды: 1-й раз во время стоянки на Большом Кронштадтском рейде, в конце июня 1904 г. была обнаружена надрезка некоторых шлюпочных талей. Причины — неизвестны и виновники не были обнаружены. Второй случай произошел на Мадагаскаре в Носи-бе, вследствие того, что команде выдавали сухари вместо хлеба, так как на крейсере хлебопекарни не было. Однажды во время ужина команда стала шуметь и громко требовать хлеба. Затем построилась во фронт и при выходе к ней командира продолжала кричать и, несмотря на отданное приказание, не расходилась. Были вызваны наверх офицеры, и только после этого удалось распустить команду. Назначили следствие. Обер-аудитор [В.Э.] Добровольский обнаружил несколько человек главных зачинщиков, которые и были преданы суду. Других важных дисциплинарных проступков не было. До прибытия на Мадагаскар офицеры наши считали задачей 2-й эскадры усиление Порт-Артурской эскадры, после же падения Артура — в прибытии во Владивосток и возобновлении нашего флота на театре военных действий.
Падение Артура скверно отразилось на состоянии духа офицеров и отчасти команды. Большинство офицеров думало, что эскадра после этого дальше на Восток не пойдет. На крейсере сообщений о боевом опыте П[орт]-Артурской эскадры не делалось, но на некоторых судах они были и на них приглашались специальные офицеры.
После ухода из России [вице-] адмирал [З.П.] Рожественский только раз был на крейсере, на Мадагаскаре, когда приехал поблагодарить за хорошую погрузку угля. Офицеров крейсера он ни разу к себе не вызывал. Повреждений механизмов, из-за которых приходилось бы стопорить машину, в походе не было.
Командир очень редко вызывался к командующему эскадрой. По эскадре не было объявлено, когда и от какого дерева должны освобождаться суда. Командир рапортом просил разрешения освободиться от дерева, но Рожественский не разрешил. Вторично я возбудил этот вопрос и убедил командира в необходимости этой меры, и получил разрешение на приведение ее в исполнение, причем командир не просил разрешения командующего и взял это всецело на себя. Под моим руководством были разобраны все каюты, бортовая обшивка, офицерские койки и прочее. Дерево было сожжено. Перед боем осталось лишь: верхняя деревянная палуба, мостики и командирская рубка на верхнем мостике. Вследствие этого больших пожаров на крейсере во время боя не было, несмотря на значительное количество попавших снарядов, и все наши пожары легко тушились.
Настроение команды и офицеров было довольно хорошее; все верили в успех предстоящего боя и вероятность добраться до Владивостока. Особенно способствовал этой уверенности приказ адмирала от 26 апреля 1905 г. за № 294. Относительно пути эскадры мнения разделялись: большинство считало наиболее целесообразным идти Сангарским проливом, хотя почти все были уверены, что пойдем Цусимским проливом.
После ухода с Мадагаскара крейсера никто не ожидал заключения мира до боя. Во время похода команде несколько раз делались сообщения о нашем и неприятельском флоте, вероятном пути, месте боя и проч., причем всегда выставлялись преимущества нашей эскадры и старались вселить убеждение в несомненной победе нашего флота.
Максимальный запас угля, который крейсер имел — был 1800 тонн, что хватало почти на 3000 миль экономического хода.
_______________________________________
Перед Вами отрывок из статьи А. А. Лебедева "Крейсер «Адмирал Нахимов» в Цусимском сражении. Воспоминания членов экипажа" № 67.
Приобрести и прочитать журнал "Гангут" № 67 полностью Вы можете, написав нам в личные сообщения нашей группы в ВКонтакте - https://vk.com/ipkgangut
Друзья, если статья вам понравилась - поддержите нас лайком и/или репостом, напишите комментарий.