Найти в Дзене
Кинохроника

От Кэрри Брэдшоу до Скрибли-Гама: одиссея одной блондинки

Когда жизнь не складывается по сценарию ромкома, остаётся только одно — уехать на край света, чтобы начать всё сначала. Именно так поступает Софи Ханиуэлл (Тереза Палмер) — остроумная австралийская журналистка, чей путь удивительным образом соединяет светские хроники, покрасневшие щеки и мрачные семейные тайны. Её жизнь — смесь ироничных колонок, плохих свиданий и неосуществимых надежд на принца, который всё никак не появляется на горизонте. А когда появляется — либо смущается её идиопатической краниофациальной эритемы, либо не справляется с её напором. Но всё меняется в момент, когда Софи решает заморозить яйцеклетки — и почти одновременно узнаёт, что ей по странной воле завещан старинный дом на отдалённом острове Скрибли-Гам. Завещание приходит от Конни — родственницы её бывшего жениха, которую Софи почти не знала. В письме сказано: именно здесь она обретёт своё счастье. Так начинается её путешествие — не к мужчине, а к самой себе. Дом на Скрибли-Гаме оказывается не просто особняком,
Оглавление
От Кэрри Брэдшоу до Скрибли-Гама: одиссея одной блондинки
От Кэрри Брэдшоу до Скрибли-Гама: одиссея одной блондинки

Когда жизнь не складывается по сценарию ромкома, остаётся только одно — уехать на край света, чтобы начать всё сначала. Именно так поступает Софи Ханиуэлл (Тереза Палмер) — остроумная австралийская журналистка, чей путь удивительным образом соединяет светские хроники, покрасневшие щеки и мрачные семейные тайны. Её жизнь — смесь ироничных колонок, плохих свиданий и неосуществимых надежд на принца, который всё никак не появляется на горизонте. А когда появляется — либо смущается её идиопатической краниофациальной эритемы, либо не справляется с её напором.

Но всё меняется в момент, когда Софи решает заморозить яйцеклетки — и почти одновременно узнаёт, что ей по странной воле завещан старинный дом на отдалённом острове Скрибли-Гам. Завещание приходит от Конни — родственницы её бывшего жениха, которую Софи почти не знала. В письме сказано: именно здесь она обретёт своё счастье. Так начинается её путешествие — не к мужчине, а к самой себе.

🏚 Дом с приветом и пирогом: что прячется за фасадом гостеприимства

Дом на Скрибли-Гаме оказывается не просто особняком, а местом, в котором десятилетиями живёт семейная загадка. В 60-х тут исчезла молодая пара — Джек и Элис Манро. Их малыш остался в гостевом домике, рядом — нетронутый пирог, проигрыватель с пластинкой, следы крови, и фотография Элис в танце, словно застывшей во времени. Сёстры Конни и Роуз взяли девочку на воспитание, а со временем превратили трагедию в шоу для туристов.

И теперь Софи становится не просто хозяйкой дома, а участницей странной игры памяти, в которой все знают правила, но никто не хочет говорить правду.

🧩 Легенда на продажу: когда исчезновение становится бизнесом

Скрибли-Гам давно перестал быть местом скорби. Это — туристический аттракцион, доходная история, в которую можно вложить и экскурсию, и подкаст, и даже пирог по оригинальному рецепту. Энигма (Хелен Томсон), выросшая девочка из того самого домика, безмятежно проводит экскурсии, Конни при жизни продавала домашние угощения, а Вероника (Дэниэлл МакДональд) собирает материал для книги о легенде. Теперь и Софи решает вплести своё слово — журналистское расследование для новой колонки.

Все эти люди живут внутри трагедии, как внутри старого спектакля, который надо отыгрывать снова и снова — пока кто-то не сорвёт занавес.

👩‍👩‍👧‍👧 Женская вселенная: память, материнство и остров, где время застряло

Как и все экранизации Лианы Мориарти, мини-сериал «Последняя годовщина» держится на женщинах — с их болью, мечтами, внутренними конфликтами и тем, что нельзя назвать словами. Здесь есть Грейс (Клод Скотт-Митчелл) — писательница детских книг и молодая мать, тонущая в тишине послеродовой депрессии. Есть строгая, язвительная, но хрупкая Вероника. Есть Марджи, мечтающая сбежать в фотографию.

Все они живут в доме, где прошлое давит как слишком низкий потолок. И только с приездом Софи начинается движение: Роуз (Миранда Ричардсон) впервые за много лет говорит вслух, Энигма смотрит на свои экскурсии иначе, а история снова начинает дышать.

📸 Фото, которое говорит больше, чем слова: танец Элис и вечное повторение

В центре легенды — фотография Элис. Белое платье, мягкое движение, будто кадр из утерянного фильма. Элис стала символом, её отсутствие — частью мифа. И в этом мифе каждый нашёл своё место.

Но мифы разрушаются, когда появляются новые глаза. И Софи — та, кто задаёт вопросы, которых прежде никто не решался озвучить. Не потому что она дерзкая журналистка, а потому что она сама ищет — не Элис, а способ не исчезнуть в собственной жизни.

🔍 Расследование без детектива: когда разгадка — не в уликах, а в признании

«Последняя годовщина» — не классический детектив. Здесь нет ни копов, ни луп, ни преследований. Здесь — медленно накапливающееся напряжение, междометия, жесты, недосказанности. Тайна раскрывается, но не взрывом, а трещиной. А за ней — истории, которые невозможно было произнести.

Сценарий Сары Уолкер и Саманты Штраус бережно отходит от романа, чтобы дать новое дыхание старым сюжетам. Даже тем, кто читал книгу, сериал откроет двери, за которыми раньше были только страницы.

🌊 Между прошлым и будущим: зачем острову понадобилась новая героиня

Софи приходит в семью, которую не выбирала, но именно она оказывается той, кто может изменить всё. Она не ищет славы, не хочет играть в игры. Она — свидетель, посредник, писательница, у которой слишком личные вопросы.

В этом сериале исчезновение — лишь отправная точка. Главное — то, что всплывает вместе с ней: темы материнства, травмы, ожиданий, женской усталости, одиночества и наследия. «Последняя годовщина» говорит о том, как тяжело быть женщиной в семье, где молчание — главный язык.

От Кэрри Брэдшоу до Скрибли-Гама: одиссея одной блондинки
От Кэрри Брэдшоу до Скрибли-Гама: одиссея одной блондинки

✅ Стоит ли смотреть?

Определённо. «Последняя годовщина» — это не просто адаптация Мориарти. Это камерная, эмоциональная драма, в которой каждое слово имеет вес, каждый персонаж — свою боль, а каждая сцена — ритм прилива. Не ждите динамики, но готовьтесь к погружению. И когда волна отступит, на берегу останется не только разгадка, но и внутренний ответ на вопрос: а своё ли место мы называем домом?