Ветерану Великой Отечественной войны Петру Толканёву присвоили звание «Почётный гражданин города Липецка». Накануне 9 Мая Пётр Кириллович с новой наградой и правнуком Платоном пришёл в парк Победы, чтобы ещё раз вспомнить опалённые войной годы.
Платон появился на свет перед 75-летием Победы. А нынешний юбилей он встречает уже сложившимся патриотом Родины. Малыш разбирается в орденах и медалях, украшающих грудь своего прадеда-героя. Искренний интерес мальчика вызывает и обсуждение выставленных в парке пушек и миномётов. Поражает его не по-детски чёткое понимание своего будущего призвания.
— Дедуля, не переживай, если опять враги пойдут на нас войной, — серьёзно говорит Платон, — я стану военным и перебью их всех, как ты в молодости бил немцев.
Петру Кирилловичу явно по душе, что в семье растёт будущий защитник Отечества. Он улыбается словам правнука и ласково гладит его по голове. Но вскоре глаза фронтовика становятся грустными, ведь столько жизней и лишений пришлось положить на алтарь святой Победы. Летом ветеран отметит столетний юбилей. Но несмотря на возраст и инвалидность, Пётр Кириллович сохранил военную выправку, отличную память и на все вопросы даёт чёткие ответы.
Снайпером не стал
Пётр Толканёв родился в небольшом алтайском городке Алейске в многодетной крестьянской семье. Жили трудно, особенно после смерти матери. Отец в одиночку вытягивал семерых детей. Петя был вторым после старшего брата. На них и легла основная нагрузка по ведению подсобного хозяйства. Руки с детства привыкли к косе-литовке, граблям, лопате и топору. Трудовая юность помогла в будущем преодолеть все тяготы фронта, где выживали самые выносливые и закалённые.
— Когда по радио передали о начале войны, у меня мороз по коже пошёл, — вспоминает ветеран. — Мы почувствовали, что она, проклятая, коснётся каждого. Так и вышло.
В 1943 году Петра отправили на 9 месяцев в Барнаульскую школу снайперов. Стрелял он отменно, но судьба распорядилась так, что снайпером не стал. Зато навыки меткой стрельбы пригодились, когда косил врагов из пулемёта, как когда-то траву косой.
Ни разу не подвёл
Новобранцев по железной дороге довезли до Москвы. А потом несколько суток они шли пешком до Белоруссии, которую уже освобождали наши войска. Дело было зимой, поэтому спали прямо на снегу.
— Со мной вместе ребята тащили станковый пулемёт и все выдохлись, — вспоминает ветеран. — А я был крепкий и выносливый. Вот и решил помочь доставить до места максим, который был тяжелее меня самого. Приходилось тянуть его не только на колёсах, но и нести на себе по бездорожью.
Когда часть подошла к фронту, Петра сразу послали занимать пулемётную точку. Сначала он расстроился, ведь столько времени учился на снайпера. Даже сказал командиру, что знает о максиме только по фильму «Чапаев». «Научим», — последовал короткий ответ. А вскоре его товарищей по школе снайперов отправили в разведку — взять языка. Ночью раздались взрывы и автоматные очереди на вражеских позициях — завязался бой. Никто из участников вылазки не вернулся живым. Выходит, тогда пулемёт впервые спас жизнь 18-летнему парню. Конечно, это случалось ещё не раз.
— У меня был помощник, который подаёт ленту, — говорит Пётр Кириллович. — Мне-то пули неприятеля не страшны, они отлетают от металлического щитка максима. А помощник всегда открыт. Слышу, затих — убили парня.
Максим прошёл с Толканёвым самые страшные бои и ни разу не подвёл — настолько безотказная техника. Конечно и пулемётчик заботился о своём подопечном не за страх, а за совесть. Смазывал, менял вовремя охлаждающую жидкость и даже «делился» фронтовыми 100 граммамами в холодное время, если замерзал механизм. Кроме того, Толканёв пытался модернизировать оружие. Достал колесо от брички и установил на него пулемёт под углом, чтобы строчить по разведывательному самолёту «Фокке-Вульф», который наши солдаты прозвали «рама». Сбить ни разу его не удалось, но отгоняли пулемётные очереди немецких асов хорошо.
Заставил немцев бежать
Парень сильно переживал, когда видел сожжённые белорусские сёла, полностью разрушенные города. Ярость благородная вскипала как волна. И направлял Пётр волну свинца против врага. Так было и тихой ночью, когда он в окопе вслушивался в каждый шорох.
— Когда раздалось подозрительное движение со стороны врага, я начал действовать без промедления, — делиться воспоминанием участник боя. — Сначала покосил пробирающихся немцев очередями, потом выпустил ракетницу. В запасе остались гранаты и автомат. Думаю, меня вы просто так не возьмёте. Но враг бежал. А на утро я узнал, что на второй пулемётной точке заснувших бойцов немцы утащили в плен.
За этот ночной бой Толканёва наградили учреждённым как раз в 1943 году орденом Славы III степени. Потом ещё были кровопролитные бои и высокие награды: орден Отечественной войны I степени и медаль «За отвагу».
Вспомнил солдат и необычный случай, о котором долго боялся рассказывать. Столкнувшись в сумерках на дороге с немцем, он не стал стрелять первым. Фриц тихо развернулся и ушёл.
Как воевал, так и работал
В боях за Прибалтику Толканёв получил серьёзное ранение — разрывная пуля разворотила кисть левой руки, а осколок засел в правой. В госпитале хирурги не раз хотели ампутировать кисть. Но боец наотрез отказался подчиняться и оказался прав. Потом спасённая рука стала работать нормально.
Были на войне и страшные картины, когда прямо из перевязочной уводили «самострелов» во двор и тут же раздавалась автоматная очередь. С предателями тогда не церемонились. А самое радостное событие, которое произошло в госпитале, — празднование Дня Победы.
— Когда Левитан объявил о долгожданном событии, началось небывалое, безмерное ликование, — говорит ветеран и его лицо молодеет и преображается.
Толканёв как воевал со всей самоотдачей, так и работал в мирное время. Из города Токмака Киргизской ССР, где Пётр Кириллович много десятилетий руководил электрическими сетями, до сих пор приходят письма. А несколько лет назад прислали очерк о ветеране, напечатанный в местной газете. Толканёв вырастил четверых детей, много внуков. И сейчас ветеран не сидит без дела — участвует в воспитании правнуков.