2.
Эффект ганцфельда или перцептивная депривация— феномен восприятия, вызванный нахождением человека в однородном и бесструктурном зрительном и слуховом окружении. Эффект возникает, когда мозг использует белый шум, чтобы дополнить зрительную картину ощущений при нехватке визуальной информации. Белый шум интерпретируется верхней зрительной корой головного мозга, что порождает галлюцинации.
Так было написано в Википедии. Марина задумалась. Так неужели это галлюцинации или папа вышел на связь, вышел на связь с того света, оттуда. Оттуда никто никогда не возвращался. Это в фильмах, показывают бред, выдавая его за явь. Такого не бывает. Такого не было. Она не слышала, не знала. Но ведь Марина раньше никогда не интересовалась этим, этой темой и не в курсе - реально услышать родных, установить с ними контакт после их смерти, или нет?! А вдруг... !
Она вздрогнула от звука ключа проворачиваемого в дверном замке - Володя пришёл с работы. Всё. Нужно успокоиться. Не сходить с ума. Она улыбнулась, как ей показалось, но её гримасу невозможно было назвать улыбкой, и пошла его встречать.
- С тобой всё в порядке? - он насторожился, испугался, взглянув на жену, - На тебе нет лица! Что случилось?
- Нормально! - она обняла его за шею и уткнулась лицом в его грудь, - Скучаю по папе! Мне его не хватает!
Они долго стояли на входе, он обнимал её, гладил по голове, много говорил, утешал её, а она молчала, сдерживала слёзы и думала о том, что вчера произошло на квартире отца.
На следующее утро она с трудом проснулась на работу, чувствовала себя разбитой и уставшей - полночи не могла заснуть от мыслей в своей голове, заснула на два часа и вот пора вставать на работу. И день, как на зло, тянулся и тянулся. И многочисленные стаканчики с кофе не помогали, не бодрили. И люди всё шли и шли, как на зло, хотя обычно покупателей в бутике было мало, но не сегодня.
Долгожданный вечер. Тяжёлый день закончился. Усталость и сонливость одолевали Марину, но не домой она поехала, а к отцу на квартиру. Ей было страшно. Ей было любопытно. Ей хотелось убедиться, что это не бред, не галлюцинации её вчера посетили.
Сердце учащённо билось, руки дрожали, когда она вставляла ключ в замочную скважину, открывала дверь, входила в квартиру. Ещё немного, ещё чуть-чуть и она упадёт в обморок. Но Марина смогла справиться, смогла успокоиться, отдышаться.
Вот она снова дома, где прошло её детство, её юность. Всего два года, как она переехала к Володе, сыграли скромную свадьбу, стали жить вместе, не забывая о папе. Да, почти каждый выходной они приезжали к нему в гости или он приезжал к ним, приезжал всегда не с пустыми руками. Он всегда привозил и дарил им то, что им было нужно в быту, прислушивался к их разговорам, словам. Он любил Марину, любил и Володю, с которым нашёл общий язык, который всегда спрашивал у него советы и он охотно их давал. Родители Володи жили на дальнем востоке и приезжали только на свадьбу сына и дальнейшее общение сводилось к телефонным звонкам и общению в мессенджерах.
Марина присела на диван, дрожащей рукой взяла пульт и включила телевизор. Бело-чёрные полосы на экране и громкое шипение. Она вздрогнула. Пристально посмотрела на экран. Пять минут. Десять. Двадцать минут. Тщетно. Так прошло больше часа. Теней на экране не было. Голоса её отца не было. Ничего не было.
По щекам покатились слёзы, слёзы разочарования, и она закрыла лицо руками и тихо заплакала. Глупо. Как всё это глупо. На что она надеялась?!
Тональность шипения изменилась и сквозь помехи на экране промелькнула темная мужская фигура.
- Ма-р-р-ри-и! Не пла-а-чь!
Она подпрыгнула на диване. Рябь на экране, шипение в динамиках и всё. Снова галлюцинации.
- Папа? - она внимательно смотрела в экран, вытирая руками слезы с лица, - Это ты, папа?
Сквозь рябь на экране мелькнула фигура человека, верхняя часть, до пояса и она едва не вскрикнула от неожиданности. Фигура не пропала, она замерла, не двигалась. Марина смотрела и не могла поверить своим глазам, не могла поверить, что видит это. Она закрыла глаза, на секунду, не больше, открыла, но фигура не исчезла, немного передвинулась левее.
- Ма-р-р-ри-и! Это я! Не бо-о-й-ся! - голос, мужской голос, но точно не голос отца, хотя возможно и его.
- Папа! Как я скучаю! Папа! - прошептала она и слёзы снова покатились из её глаз.
- Не пла-а-чь! Я ря-я-дом! Ма-р-р-ри-и! - темная фигура на экране переместилась, как будто он приблизился к экрану с той стороны, голова и плечи, даже черты лица угадывались, - Я хо-о-чу те-е-бя пре-е-дупре-е-ди-и-ть! Те-е-бе угро-о-жает опа-а-сно-о-сть!
- Папа! - она испугалась, сильно испугалась, пульс участился, по спине пробежал холодок.
- Не на-а-до тебе еха-а-ть! Нельзя! Нельзя, Ма-р-р-ри-и! - голос её пугал, тень на экране среди помех её пугала, но так была похожа на её отца.
- Куда нельзя ехать, папа? - спросила она запинаясь от страха, внимательно смотря на экран, но тень исчезла, что-то мелькнуло на экране, с крыльями и она отпрянула от экрана и вскрикнула от неожиданности.
Больше теней не было, как и голоса. Она звала папу, просила ответить ей, но в ответ было громкое шипение из динамиков телевизора. И она выключила телевизор. Заплакала, уткнувшись лицом в подушку, от которой пахло пылью и старостью. Но ей сейчас было всё равно.
Через полчаса она успокоилась, умыла лицо, привела себя в порядок и вызвала такси. Она не хотела чтобы Володя знал, что сегодня она снова была здесь. Не нужно ему знать.
Её мучило предостережение папы. Куда ей нельзя ехать? Он так и не сказал. Что ей угрожало и когда? Куда ей нельзя ехать и когда он не сказал, не успел или ему не дали сказать. Что это было за существо с крыльями - птица или чудовище? Бред! Снова у неё в голове бред!
Пришло СМС оповещение, что машина службы такси подъехала и она вышла из квартиры, закрыла дверь ключом и, спускаясь по ступенькам вниз, подумала: "Может нельзя ехать на такси?"
Она села в жёлтый Форд, с логотипом Яндекс такси, поздоровалась с водителем и он ответил, повернувшись и посмотрев на пассажирку. С виду нормальный мужчина, средних лет, не вызывающий опасения. И они поехали.
За всю дорогу до дома водитель такси ни проронил ни одного слова, ни разу больше не посмотрел в её сторону и вёл машину спокойно и размеренно. И только когда они доехали до адреса, он повернул в её сторону голову и лёгким кивком головы ответил на её благодарность.
Она стояла возле подъезда и смотрела вслед удаляющемуся автомобилю, пока его габаритные огни не скрылись за углом дома.
Папа предупреждал, хотел предупредить, но не успел. Куда ей не нужно ехать? Не про такси было предупреждение, нет! Но она никуда не собиралась ехать в ближайшее время, не планировала. Тогда что?!
Было темно и холодно, пронизывающий осенний ветер пробирал до костей, а она не спешила сменить лёгкую ветровку, на тёплое пальто. А давно пора. Папа её ругал бы и сильно ругал.
"Здоровье нужно беречь. Его много не бывает!" - часто он говорил и приводил всегда примеры из жизни родственников и друзей, а про своё здоровье говорить не любил. Но теперь папы нет. Володя её никогда не ругает, молчаливый по своей натуре, скромный молодой человек, который всегда соглашается с ней, не спорит и не возражает. Она улыбнулась, подумав о Володе, посмотрела на часы на руке и пошла к подъезду. Скоро он приедет с работы и она не хотела, чтобы он застал её здесь, возле подъезда. Не нужно ему знать, что она снова была там.
Новый день. Ещё один день без папы. А она снова хочет к нему на квартиру, хочет включить этот старый телевизор, увидеть его тень среди помех, услышать его голос, понять от чего он её хочет предостеречь, что ей угрожает.
День тянется. Она считает часы и минуты до конца рабочего дня. И снова едет на квартиру к папе, снова включает старый телевизор, снова ждёт его появления - неопределенной тени среди помех, неестественного мрачного голоса.
- Папа! Куда мне не надо ехать? - задаёт она вопрос тени, в экране телевизора, тени покойного отца, но ответа нет, а потом тень исчезает и появляется спустя десять минут.
- Ма-р-р-ри-и! Мо-о-я де-е-вочка! Нельзя е-еха-а-ть! - потом сквозь шипение помех она слышит крик и хлопанье, которое нарастает, - Ше-е-сто-е нельзя! Во-о-ло-дя не зна-а-ет! Бе-ре-гись! Ухо-о-ди! Бе-е-ги! Ма-р-р-ри-и!
Она подскочила с дивана. Тень мелькнула и исчезла. Среди помех хлопанье и большая тень, тень птицы или чего-то большого, с крыльями и громкий страшный смех. Марина закричала и выскочила из квартиры, не помня себя от страха, перепрыгивая через несколько ступенек спустилась на первый этаж и выскочила из подъезда дома. Она бежала, бежала прочь, пока не стала задыхаться, жадно хватая ртом холодный осенний воздух, и тогда она упала на лавку, на детской площадке, и заплакала навзрыд. Ей было страшно, очень страшно.