Куда приводят странные координаты
— Ну что, классика жанра — шашлыки в лесу, комары и пьяные анекдоты? — Катя потянулась на заднем сиденье, задевая коленкой пакет с маринованным мясом.
Денис хмыкнул, листая сайт «Необычные места для отдыха на природе» на телефоне:
— Может, выберем менее банальное место? Вот, смотрите:
Озеро Светлое. Кристальная вода, нет туристов. Координаты 56.ХХХХ. Важно: не смотрите в воду слишком долго.
— О, таинственная надпись! — Сергей скривился, но уже сворачивал с трассы на грунтовку. — Надеюсь, там хоть дрова есть.
— Там вообще ничего нет, — Денис увеличил скриншот. — Вообще. Ни лавок, ни мусора. Как будто...
— Как будто люди там не задерживаются? — Катя фальшиво загнула страшный голос.
Машина дёрнулась на кочке, и телефон выскользнул у Дениса из рук. Когда он поднял его, экран был в трещинах — но странных, будто паутина замерзла в луже.
Координаты уже были вбиты в навигатор.
Когда природа перестает играть по правилам
Машина захрустела по гравию последние метры и замерла, будто не решаясь выдохнуть. Денис первым распахнул дверь — и тут же сморщился: воздух пахнул не сосной и сыростью, а чем-то вроде старой библиотеки, где книги давно перестали пахнуть бумагой.
— Ну и... местечко, — прошептала Катя, хотя шептаться было не перед кем. — Как будто в аквариум залезли.
Озеро лежало перед ними, неестественно неподвижное. Вода не просто отражала небо — она его всасывала, делая свинцово-тяжёлым. Сергей пнул камень — тот шлёпнулся, но круги разошлись странно, как будто сквозь масло.
— Эй, — Денис вдруг засмеялся, — у меня вообще связь пропала. Вообще. Даже экстренные вызовы не работают.
Катя потянулась к воде, но руку отдернула, будто обожглась:
— Ледяная. Хотя должна быть более теплой на такой глубине, жара ведь.
За спиной хрустнула ветка. Обернулись — никого. Только берёза качалась, хотя ветра не было.
— Ладно, — Сергей начал раскидывать рюкзаки, слишком громко, — раз уж приехали, шашлык будем делать или экзорцизмом займёмся?
Вода за его спиной дрогнула. Ненамного. Будто кто-то под ней вздохнул.
Что скрывает зеркальная гладь
Сергей первым не выдержал.
— Да ладно, детские страшилки! — Он плюхнулся на корточки у самой воды и замер. Лицо в отражении дернулось, будто экран с помехами. — Опа...
Катя подошла следом, наступила на мокрый камень — и вдруг резко схватилась за Дениса.
— Ты видишь?
В воде колыхалось не просто отражение. За спиной Сергея в зеркальной глади стояла какая-то тень. Высокая, с плечами неестественно острыми, как сложенные крылья.
Денис почувствовал, как по спине побежали мурашки.
— Серёг, отойди от воды.
Но тот не шевелился. Только губы шептали что-то, повторяя за своим двойником в озере.
Катя наклонилась — и ахнула. Вместо её лица в воде медленно проявлялось другое. Женщина лет сорока, с мокрыми прядями, прилипшими к впалым щекам. Знакомое лицо.
— Мама?.. — вырвалось само.
Тень в воде улыбнулась. Широко. Слишком широко.
Денис рванул Катю назад. Вода вспенилась, выпустив пузырь воздуха — будто кто-то там внизу засмеялся.
— Всё, валим отсюда! — Его голос сорвался на фальцет.
Но когда они обернулись, тропинка к машине куда-то исчезла. Вместо неё — только густой туман меж деревьев. А вода за спиной тихо зашелестела, как шуршание мокрой одежды...
Когда вода начинает вспоминать
Туман сгущался, облипая деревья как мокрая вата. Катя держала Дениса за руку так крепко, что у него заныли пальцы.
— Надо идти к машине, — прошептала она, но ноги не слушались. Вода за их спинами затихла, став неестественно гладкой, как плёнка над незаживающей раной.
Сергей вдруг закашлялся — резко, надрывно, будто выплёвывал что-то наружу. Когда он поднял голову, его глаза были красными, как после долгого плача.
— Ты... — он указал дрожащим пальцем за их спины, — вы не видите?
Вода медленно темнела. Не от тени, а будто кто-то подливал туда чернила. На поверхности проступили лица — десятки, сотни. Одни просто смотрели, другие шептали что-то беззвучно, третьи смеялись тем же неестественно широким смехом, что и двойник Катиной матери.
— Это же... — Денис пригляделся к ближайшему лицу. Мужчина лет сорока с родинкой над бровью. Знакомый. Очень знакомый. Тот самый парень из спортзала, которому он когда-то...
Вода у его ног вдруг вспенилась. Что-то бледное мелькнуло в глубине. Не рыба — слишком длинное, слишком гибкое.
— Нам нужно уходить. Сейчас, — Денис потянул Катю за собой, но она вырвала руку.
— Я должна знать, — её голос звучал чужим. — Почему она здесь? Мама же... мама утонула в море. Не в этом чёртовом озере!
Вода ответила ей. Сначала тихим плеском, потом — шёпотом. Не одним голосом, а множеством, накладывающихся друг на друга, как эхо в тоннеле:
Пока... яйся...
Сергей вдруг рухнул на колени.
— Ладно! Ладно, я признаюсь! — он закричал в воду. — Это я взял деньги из кассы! Это я подставил Колю! Доволен?
На мгновение воцарилась тишина. Потом вода у его ног отступила, обнажив мокрый песок. Как будто делая шаг назад.
Катя медленно подошла к берегу. Её отражение теперь было совсем другим — не матерью, а ею самой, но... старше. С сединой в волосах и пустыми глазами.
— Что ты мне показываешь? — прошептала она. — Что я сделаю?
Из глубины протянулась рука. Бледная, почти прозрачная, с неестественно длинными пальцами. Она не хватала — просто ждала.
Денис увидел движение сбоку. Ещё руки. Десятки рук, медленно покачивающихся в воде, как водоросли. И понял — они не хотят тащить их насильно. Они ждут, когда те сами шагнут в воду.
Когда сами решат, что лучше утонуть, чем жить с тем, что они увидели...
Последнее, что мы скажем воде
Катя стояла по щиколотку в озере, не чувствуя холода. Её старшее отражение в воде шевелило губами, повторяя одно слово, которое она никак не могла разобрать.
— Я не... — голос её сломался. — Не хочу знать.
Денис схватил её за плечо, но тут же дёрнул руку назад — пальцы стали мокрыми и липкими, будто он сунул их в чью-то рану.
— Кать, блин, давай отсюда!
Сергей вдруг захохотал — высоко, истерично, вытирая слёзы грязным кулаком:
— Оно знает! Чёрт, оно всё знает! Даже про ту ночь в Перми...
Вода перед ним вздулась пузырём, выпустив наружу что-то похожее на детскую руку — бледную, с синими прожилками. Она схватила Сергея за шнурок, легко развязала узел.
— Нет! — он замахнулся, но нога уже скользила по мокрому камню.
Удар. Всплеск.
Катя закричала, когда Сергей исчез под водой, даже не успев захлебнуться. Она ждала, что он вынырнет, отплывёт, закричит... Но поверхность лишь дрогнула и снова стала зеркальной.
— Он... он же плавал как рыба, — прошептал Денис.
Вода ответила им. Сначала одним голосом, потом десятком, сотней:
Признайся... и мы отпустим...
Катя посмотрела вниз. Её отражение теперь показывало сцену: она, лет на десять старше, роняла в чей-то стакан белый порошок.
— Нет! — она зажмурилась. — Я не сделаю этого!
— Но ты подумала, — прошептала вода её голосом.
Денис вдруг начал раздеваться.
— Что ты...?
— Они хотят правды, — он стянул кроссовки. На лодыжке — старый шрам, о котором никогда не рассказывал. — В детстве... я толкнул его. Не просто так, а чтобы он упал на камни.
Вода у его ног отступила, обнажая узкую тропку из гальки.
Катя закусила губу до крови.
— Ладно. Я... я... не могу.
Её отражение рассыпалось, как сломанный экран.
Но когда она сделала шаг назад, из глубины выскользнули пальцы — холодные, цепкие — и обвили её лодыжку...
Тонкая грань между правдой и глубиной
Катя вскрикнула, когда ледяные пальцы сжали её лодыжку. Она рванулась назад, но вода вдруг стала густой, как сироп — каждый движение давалось с трудом.
Денис бросился к ней, но споткнулся о собственные кроссовки. Его ладонь шлёпнулась в воду – и сразу потемнела, будто состарилась на тридцать лет.
— Держись! — он схватил Катю за руку, но тянул не вверх, а куда-то вбок, будто сам забыл, где берег.
Вода вокруг Катиной ноги заклубилась, выпуская пузыри. Что-то белесое мелькнуло в глубине – не русалка, не утопленница, а просто... форма. Как незаконченный рисунок.
— Я не хотела! — выдохнула Катя. — Я просто... завидовала. Всю жизнь. Даже маме... особенно маме.
Пальцы разжались.
Озеро вздохнуло и отступило, оставив на берегу мокрый след, похожий на улыбку. Денис рухнул на спину, вытирая лицо – его пальцы дрожали, но были снова молодыми.
– Где... Сергей? – прошептала Катя.
Вода молчала. Совершенно плоская, идеально чистая. Будто ничего не случилось.
– Нам надо... – Денис поднялся, оглядываясь. Туман рассеялся, и вдалеке виднелась их машина. Обычная, скучная, с приоткрытой дверцей.
Когда они шли к ней, Катя вдруг остановилась:
– Ты слышал?
Тишина. Ни птиц, ни комаров. Только лёгкий плеск за спиной – будто кто-то осторожно ступал по воде.
Денис не обернулся. Он знал: если озеро отпустило их сегодня, это не значит, что оно забыло. Вода всегда помнит. Особенно ту правду, которую мы прячем глубже всего.
Машина завелась с первого раза. Но когда они выезжали на трассу, Катя вдруг заметила – её отражение в зеркале на секунду моргнуло на секунду позже, чем она сама.
И улыбнулось.
◦ ○ ◦ ○ ◦ ○ ◦
Что бы вы увидели в этом зеркальном озере? Свой самый страшный поступок? Тайну, которую никто не должен знать? Или, может, своё будущее — то, что ждёт вас за гранью выбора?
Если вам понравилось погружение в эту леденящую историю, поставьте 👍 — так мы поймём, что стоит писать больше таких мистических сюжетов.
⚡ И подписывайтесь — впереди ещё много необычных мест, куда лучше не соваться... но так трудно удержаться.
P.S. А если вдруг заметите, что ваше отражение ведёт себя странно — просто закройте глаза. И бегите.