Иногда мне кажется, что у меня на лбу написано: "плачу сама".
Нет, не в смысле – расплачиваюсь за ужин. А в смысле – оплачиваю весь спектакль с участием главного героя, который, кажется, играет роль мужчины только в анкетах.
С Тимуром мы познакомились в интернете. В его профиле была лаконичная подпись:
«Ищу ту самую, простую, добрую, хозяйственную. Люблю чесночные гренки».
Меня это покорило. Не знаю почему — может, потому что на фоне "ищу королеву рядом с королём" и "бизнесмен, путешественник, отец троих собак", чесночные гренки звучали искренне.
Мы переписывались неделю. Его сообщения были ироничными, без ошибок (редкость!) и с точной дозировкой интереса. Ни пошлостей, ни фраз «ну что ты такая красивая».
Я уже начала выбирать платье для первой встречи.
Он предложил встретиться в кофейне:
Я пришла вовремя. Он опоздал на 17 минут. Я засекала. Вошёл неспешно, в мятых джинсах и футболке с надписью «Loading… Please wait».
— Ты Катя? Привет! Я Тимур. Я обычно не опаздываю… просто, ну… не люблю спешить.
Пока он снимал рюкзак, я рассмотрела его внимательнее. На аватарке он был чуть моложе.
Ну, или свежее.
Мы заказали кофе и чизкейк. Точнее, я заказала — он сказал:
— Я пока не очень голоден. Но если ты не доешь чизкейк, я помогу.
Разговор начался бодро. Он рассказывал о своём стартапе.
— Мы делаем создаем новое приложение для соцсетей. Он размыто объяснял свою сферу деятельности.
Он, не спрашивая моего разрешения, подвинул тарелку с чизкейком к себе.
Я кивала, глядя, как он откусывает мой чизкейк, не дождавшись, пока я его доем.
Минут через двадцать стало понятно: у Тимура на каждую тему есть монолог.
А у меня — всё меньше желания его слушать. Он не спросил, чем я занимаюсь. Ни разу.
Я могла быть хоть лётчицей, хоть дрессировщицей кенгуру — ему было всё равно.
Когда официант принёс счёт, он мельком глянул и сделал паузу. Взгляд был таким, каким смотришь на чек в аптеке:
— Слушай… у меня как раз на карте минус. Можешь оплатить? Я переведу вечером.
— Конечно, — сказала я, почему-то чувствуя себя спонсором.
Он не перевёл. Ни вечером, ни через два дня.
Но написал:
— Приятно было пообщаться. Ты светлый человек. Если честно, давно не встречал такой энергии.
Удачи тебе во всём.
И добавил:
— Кстати, гренки ты делаешь?
Я не ответила на сообщение про гренки.
Если честно, хотелось отправить рецепт — с примечанием: «подавать вместе с чувством вины за чужой чизкейк». Но я просто удалила чат.
Всё бы ничего, но эта встреча оставила неприятный осадок. Не из-за 640 рублей,
которые я потратила на кофе, пирожное и его жеваную харизму.
А из-за того, что я снова оказалась в положении: даю — не получая ничего взамен.
Я решила выговориться подруге.
— Слушай, — сказала она, выслушав историю. — Но ты же сама заплатила.
Он попросил — ты согласилась. В чём он виноват?
— Да он весь вечер разговаривал только о себе! Даже не спросил, кем я работаю. И ел мой чизкейк!
— Ну так скажи в следующий раз: "нет". Не нравится — встань и уйди. Мы не на собеседовании.
Я кивала, хотя внутри всё сопротивлялось. Я — та самая, кто стесняется быть "невежливой".
Даже когда человек уже с ноги заходит в личное пространство, я улыбаюсь и думаю: "ну, может, он просто неловкий..."
В следующие пару дней я сидела с этой мыслью. Почему я платила? Не только за кофе.
Я заплатила вниманием, временем, надеждой. Я оплатила его комфорт — своим терпением.
Это всё тоже валюта. Только курс у неё — выше, чем у любого чизкейка.
Через неделю мне пришло сообщение в Telegram:
Тимур альфонс — так он был у меня записан.
— Привет. Я тут подумал — может, сходим куда-нибудь ещё? Я тогда был не в ресурсе, честно.
Сейчас я осознал свои ошибки.
"Осознал ошибки" — это новая мода. Никаких извинений, никаких "я был неправ".
Просто: «не в ресурсе». Как будто он — приложение, которое временно не работает.
— Прости, — написала я, — я теперь хожу на свидания, где платят хотя бы интересом. Не обязательно деньгами.
Он оставил сообщение на "прочитано" и исчез.
Я закрыла телефон и почувствовала странное облегчение.
С того свидания я сделала вывод: в следующий раз — не только не платить, но и не пытаться быть “хорошей” в ущерб себе. Если человек хочет поесть за твой счёт — пусть сначала поймёт, сколько стоит твоё внутреннее спокойствие.
А пока... я купила себе новый чизкейк. Только для себя.
И съела его с удовольствием. Без чужих амбициозных стартапов в придачу.