В мае 2025 года воздушное пространство над Южной Азией вновь становится ареной потенциального конфликта между двумя ядерными державами. После очередного витка эскалации в Кашмире авиационные силы Пакистана и Индии приведены в состояние повышенной готовности. И хотя обе страны обладают мощными ВВС, их качественные и количественные параметры, а главное — стратегическая устойчивость к затяжному конфликту — демонстрируют неравенство, которое с каждым месяцем становится всё более структурным.
На 2025 год в составе ВВС Пакистана насчитывается 574 самолёта, из которых 163 — истребители, 209 — истребители-бомбардировщики. Основу парка составляют машины китайского и совместного китайско-пакистанского производства: JF-17 Thunder всех блоков, включая JF-17 Block 3, который приближается по возможностям к поздним модификациям F-16. Эти истребители, численность которых близка к 200 единицам, эксплуатируются в семи боевых эскадрильях и обеспечивают Пакистану автономный доступ к современным ракетам класса «воздух-воздух», корректируемым бомбам, противокорабельному вооружению. Однако в условиях ограниченного производственного цикла даже такие машины не избавлены от логистических уязвимостей.
Наряду с этим на вооружении остаются американские F-16, около 70 самолётов, часть из которых используется как платформа для возможного ядерного удара. Политические ограничения по линии США сдерживают модернизацию этих машин, затрудняют доступ к запчастям и вызывают зависимость от китайского направления. Французские Mirage III и Mirage 5, а также китайские F-7 (лицензия на МиГ-21) остаются в строю, но технически устарели и применяются в основном во второстепенных задачах. Специализированная авиация включает 10 самолётов дальнего радиолокационного обнаружения и управления, несколько платформ радиоэлектронной разведки, разведывательные и транспортные машины, а также растущий парк китайских БПЛА, прежде всего CH-3.
Главная проблема ВВС Пакистана — не платформа, а запас. По данным военной разведки, в стране наблюдается острый дефицит боеприпасов, особенно авиационного назначения. В условиях приостановки ряда китайских поставок и масштабных экспортных поставок боеприпасов в третьи страны, внутренний оборонный сектор Пакистана не справляется с формированием запасов на случай затяжной войны. В случае полномасштабного конфликта с Индией, Пакистан сможет вести интенсивные воздушные операции лишь в течение нескольких дней. Это ограничивает стратегическую свободу действий и превращает ВВС в инструмент тактического сдерживания, а не глубинного давления.
В этом контексте военно-воздушные силы Индии выглядят как более тяжёлая и устойчивая система. По численности, технической насыщенности и оперативной гибкости они превосходят пакистанские ВВС практически по всем направлениям. Более 1 130 боевых самолётов, включая порядка 260 Су-30МКИ — лицензионных российских тяжёлых истребителей, оснащённых ракетами «воздух-воздух» большой дальности и средствами подавления ПВО. Су-30 стали костяком индийской истребительной авиации и активно применяются в приграничных операциях. Дополняют их французские Rafale — 36 машин уже на вооружении, ещё 26 находятся в стадии заказа. Оснащённые крылатыми ракетами Scalp и перспективными «воздух-воздух» Meteor, эти машины предоставляют Индии дальнобойное преимущество над противником.
Наряду с этим в небе действуют HAL Tejas (пока около 40 единиц), лёгкие истребители собственной индийской разработки, которые получают приоритетное развитие. Старые платформы — МиГ-29, Mirage 2000, Jaguar — находятся в стадии модернизации и по-прежнему сохраняются в боевом составе, хотя планово подлежат замене. МиГ-21 остаются в строю, но их эксплуатация — это уже вопрос инерции, а не стратегической целесообразности. Структурное преимущество Индии дополняется современной поддержкой: на вооружении состоят Ил-76 и EMB-145I в конфигурации ДРЛОиУ, самолёты-заправщики, разведывательная авиация и разнообразные вертолётные платформы — от Apache и Ми-35 до HAL Prachand. Активная закупка новых истребителей в рамках тендера MMRCA 2.0 (рассматриваются Rafale, F-21, Gripen E, Eurofighter и Су-57) может в течение ближайших лет закрыть проблему нехватки 10–12 эскадрилий и вывести ВВС Индии на доктрину 42 эскадрилий.
Таким образом, при формальном паритете в численности на уровне эскадрилий, реальное соотношение в воздухе смещается в сторону Индии. Пакистан, опираясь на более мобильные и дешёвые платформы JF-17, способен быстро наносить ограниченные удары, но в случае развёртывания масштабной воздушной кампании уступает в количестве высокоточного вооружения, глубине эшелонирования и ресурсообеспеченности. Индия же ориентируется на сетецентричную войну с применением дальнобойных ракет, высокоточных систем и разведывательно-ударных комплексов, в том числе БПЛА и систем радиоэлектронной борьбы. Возможный конфликт в небе над Пенджабом или Раджастханом, скорее всего, будет кратковременным и интенсивным: Пакистан постарается достичь тактического эффекта в первые 72 часа, в то время как Индия делает ставку на выматывающее преимущество и стратегическую глубину.