— Вот, гости дорогие! — театрально взмахнула руками Наталья Леонидовна, влетая в зал словно примадонна на сцену.
Это жена моего сына Руслана. Он её, можно сказать, с помойки подобрал, приютил, одел, кормит. Она теперь у него как домработница. И скажу я вам — огонь-девка, умница! Всё успевает.
Сказано это было... ну, мягко говоря, не шёпотом. Настолько громко, чтобы все пятнадцать человек, собравшихся в ресторане по случаю пятилетия свадьбы Русланы и Саши (того самого сына Натальи Леонидовны), прекрасно расслышали каждое словечко. Кто-то смущённо покашлял, кто-то вдруг увлёкся разглядыванием собственных ногтей. А вот тётя Зина из деревни Грачёва, наоборот, аж просияла и тут же зашушукалась с соседкой по столу:
— А говорила же я, говорила, что эта Руслана из каких-то низов! Видишь, Наташка сама подтверждает. И что-то у них между собой неладно, как бы скандала не вышло...
— Ну да, прямо как Золушка. Только туфельки не хрустальные, а с рынка, — ехидно подхватила тётя Соня. Она всегда была верной соратницей своей сестры Натальи.
— И принц у неё такой... знаешь... не принц, а не пойми что. На этого Сашку без слёз не глянешь. Какой-то замученный, что ли?
— Да ну, Зинка, ты Сашку-то не тронь! Парень нормальный, не пьёт, работает. И уже этой своей двоих детей сделал.
А Руслана, которая стояла буквально в метре от свекрови в шикарном голубом платье и с безупречным макияжем, сейчас действительно сияла как настоящая звезда праздника. Хотя изначально праздновать она вообще не хотела, но свекровь со свёкром настояли. Они же и наприглашали на этот ужин всю свою родню — и близкую, и дальнюю, организовав, так сказать, "тесный семейный круг".
Руслана, выслушав свекровь, деликатно поднесла бокал к губам и отпила глоток шампанского, чтобы промочить пересохшее горло. Она весело усмехнулась, уже точно зная, что ответить:
— Наталья Леонидовна, а вы не забыли? Я же вас тоже многому научила. Ну, привычкам "с помойки". Не забыли, вижу. И всё у вас, умница вы моя, получается! Так моим советам и следуете. Теперь вы носите вещи из секонд-хенда, покупаете в маркетплейсах просроченные продукты и потихоньку сами скатываетесь в эту самую "помойку". Вы не замечаете? Стареете, наверное... Но зато какой банкет сегодня отгрохали на сэкономленные деньги! Так что не всё у вас ещё потеряно. Я вас ещё больше экономить научу!
И она дружески, с намёком, похлопала свекровь по плечу.
— Будете у меня ещё и бутылки с макулатурой собирать и сдавать!
— Да ты что такое мелешь-то, а?! — чуть не задохнулась от возмущения Наталья Леонидовна.
А Руслана с влюблённым взглядом посмотрела на мужа:
— Я у него совсем не домработница. Я просто создаю ему уют. Это называется любовь и забота. Но вы, конечно, можете и не знать таких слов. Вам-то главное — деньги.
Саша, сидевший за столом и машинально ковырявший вилкой в оливье, судорожно пытался выдавить улыбку. Выглядел он, как человек, которого застали голым в сауне, да ещё и с бухгалтершей.
— Мам, ну ты правда... не начинай, а? — пробормотал он. — Всё-таки это праздник. Наш праздник...
— Ах, праздник, сыночек? Вот так ты говоришь! — свекровь гордо подбоченилась. — А ты лучше мне скажи, сыночек, когда твоя жена в последний раз готовила тебе борщ?
— Вчера, мама. И даже со сметаной, — отозвался Саша. — И, кстати, ещё и оладьи пекла с клубничным вареньем, и курочку поджарила. Такая вкусная курочка была... Пальчики оближешь!
— Ну и ладно, ладно, хоть это и радует, но она это всё приготовила благодаря моей старой кулинарной книге! Вот так вот! — свекровь упрямо не оставляла попыток укусить невестку.
Руслана снова улыбнулась, на этот раз чуть шире. Она принимала правила игры, и это, как ни странно, поднимало ей настроение.
— Наталья Леонидовна, но вы же сами её выбросили, когда на жёсткой диете сидели. А потом по ночам листали, смотрели иллюстрации вкусных блюд и запивали слёзы холодным кефиром. Помните? Да-а-а... А я эту книгу подобрала, можно сказать, почти с помойки.
Свекровь покраснела, как свекла в салате.
— Это совсем неважно! Неважно! Главное, у тебя ни рода, ни племени. И фамилия твоя девичья была Лапкина. А теперь ты Воскресенская. Повезло тебе, простушке, с мужем!
— Да ладно вам! У меня, между прочим, пра-прадедушка был молдавским князем.
— Кем?! — свекровь захихикала.
— Ну, по крайней мере, так говорил мой дядя Лёня, когда много выпьет, — хмыкнула Руслана. — Хотя, в принципе, у кого сейчас вообще родословная есть? Главное, чтобы люди были хорошие. А вы вот вроде и с родословной, но...
Наступила звенящая пауза. Саша налил себе полный бокал и сделал вид, что срочно заинтересовался погодой за окном. Ему было чертовски неловко, но он понимал, что обеих женщин уже не остановить.
— Наталья Леонидовна, — продолжила Руслана, но уже мягче. — Ну не любите вы меня, и ладно. Я вас очень даже понимаю. Но будьте добры, давайте не портить людям праздник... Ой, кстати, ваша кофточка плохо отстиралась, от неё секонд-хендом до сих пор пахнет. Или вы её, может быть, после покупки так и не стирали? — Руслана весело подмигнула.
Свекровь смерила её взглядом, полным яда и осуждения:
— Да, дорогуша, не люблю я тебя. Не люблю! Но ради тебя я к стоматологу пошла, чтобы внуков не пугать. Зубы себе сделала!
— Да ну, перестаньте! Это было не ради внуков, а по бесплатной акции. "Чистка прикуса за селфи". Вас же потом ещё в интернете выложили с рекламой клиники.
— Так ты ещё издеваться вздумала?!
— Да нет, ни в коем случае! Вы же сами потом везде просили меня это фото выкладывать. Ещё, чтобы я подписала: "Когда твоя невестка не подарок, но ты держишься". Я ещё думала, зачем это вам? Но теперь понимаю. Я же сама вам делала эту надпись! Но, поверьте, если бы не бутылка выпитого с вами тогда коньяку — ни за что бы не сделала!
Саша пытался сдержать смех. Руслана явно стала играть на публику, постепенно поднимая настроение у всех собравшихся. Наталья Леонидовна бросила на сына убийственный взгляд, и тот быстренько заглянул под стол, будто уронил что-то.
Руслана подошла к ней ближе, поставила перед ней бокал шампанского и тихо сказала:
— Дорогая Наталья Леонидовна, давайте с вами выпьем за взаимопонимание, хотя бы на один вечер! Ах, и простите, коньяк я вам не наливаю, потому что вы рискуете напиться, а потом что-то такое опять учудите... Вы же не хотите, чтобы я рассказала всем, что вы назвали моего мужа "безвольной тряпкой" по поводу его ипотеки?
— Я такого не говорила! — глаза Натальи Леонидовны чуть не вылезли из орбит.
— А, точно! Вы же сказали "аморфный лентяй с ипотечным синдромом". Ну да, это, наверное, другое...
Все гости захохотали, и даже официант, державший поднос с тарталетками, едва не уронил посуду. Наталья Леонидовна за минуту приняла на себя все оттенки красного — от томатного соуса до варёной креветки. Казалось, ещё секунда — и из её ушей пойдёт пар.
— Вот что, Руслана, — сквозь зубы прошипела она, — я ещё посмотрю, кто из нас на помойке окажется!
— Ну, конечно, дорогая вы моя Наталья Леонидовна! Только если вдруг вы раньше там окажетесь, то не забудьте прихватить тележку из какого-нибудь супермаркета!
В этот момент встал дядя Коля и, понимая, что перепалка уже вот-вот перерастёт в настоящий скандал, бодро произнёс:
— Ну что, граждане! Пока у нас тут на столе холодец не засох, предлагаю тост за прекрасную виновницу этого торжества — за Руслану, которая, по-моему, может не только своего мужа, но и всех нас на место поставить! Да здравствует юмор, ирония и взаимопонимание!
Саша встал, подошёл к жене, взял её за руку и тихо сказал:
— Ты моя хорошая... Я не знаю, как ты это выдерживаешь, но ты сегодня королева у меня.
— А я знаю, — загадочно усмехнулась Руслана. — А ещё я очень сильно тебя люблю. И маму твою, естественно, тоже.
Позже, когда вечер уже подходил к концу, Наталья Леонидовна, всё ещё возмущённая, надела шубу (купленную, к слову, в том самом секонд-хенде, что Руслана показала ей ради экономии) и направилась к выходу.
— Мам, — догнал её Саша, — ты это... не злись.
— А я и не злюсь. Я просто в шоке от того, как же так получилось, что невестка моя оказалась умнее меня?
— Ну, мам, тут оно такое... Она такая же злючка, как и ты, только смешнее и моложе.
— Ну и ладно... Ладно! — Наталья Леонидовна резко повернулась и направилась к такси. — Только передай ей: в следующий раз пусть обо мне никаких гадостей не придумывает! А то мультфильмы показывать не буду вашим детям, а моим внукам... — и уже у самой машины, тихо: — Шучу я. Поехала домой.