При ней не хотел эту тему поднимать. Лишние нервы ей ни к чему.
— А я думаешь знаю? Я брата так-то хоронил, как-то было не до этого. Но харя твоя с датой и местом похорон на сайте весела, наверняка кто-то был. Всем короче сказали, что ты в программе по защите свидетелей участвуешь. Вова.
От этого Вовы я поморщился. Одно дело имя в документах, а другое дело, когда тебя им называют.
— Непривычно.
— Привыкай, они тебя Александром точно называть не станут. — усмехнулся Дима.
— Увольнением пригрозил? — поинтересовался у брата, оглядывая салон машины.
— Ага. Чего ты крутишься? — брат засек мой интерес.
— Это же твоя машина. Это в ней тебя. Че не продал ее? Как ты на ней ездить-то можешь? — нет, конечно, следов никаких не осталось, но сам факт, воспоминания не самые радужные.
— А я не хочу забывать. Мне кажется, забуду и борзеть начну. А вообще, как Аня бы сказала, дурацкий разговор. Проехали в общем. Чего с жильем думаешь? Там домишко через два дома от нас пустует. Правда вроде как аренда, но я думаю если сверху накинуть хорошо, то продадут. Как тебе? — брат еще был не в курсе, что я тут оставаться не планировал.
А сейчас, выслушав его предложение вдруг подумал, если поселиться неподалеку от них, Кристина всегда будет на виду, а если что, то от меня Нюта ничего не скроет.
— Надо с Крис это обсудить. Как мать? Был у нее? Она вообще хоть что-то может? Говорит? Вопросов к ней много у меня. — я ведь с ней как с другом всем делился, а она родного сына так подставила, словно мачеха, а не мать родная.
— Не был я у нее. Не могу. А вообще плохо все. Она около двух суток в доме одна пролежала, если бы сразу в больницу, уже бы бегала, а так. Ее отец случайно нашел, поехал за документами, а она на кухне лежит, мычит. Сама виновата. Не ожидал только от отца, что он ее выхаживать начнет. Мог бы просто врачей, сиделок найти, а то все сам, ну врачиха ходит к ним. Капельницы, уколы. Массажист еще. — Дима любитель поговорить блин, а на вопрос так и не ответил.
— Так говорить она может? — повторил свой главный вопрос.
— Говорю же мычит только. Ничего она не может. — отрезал брат.
— А прогнозы какие?
— Не знаю. Мне это мало интересно, я у отца не спрашивал. — буркнул Дима, по смене манеры вождения стало ясно, он злится.
— Ладно. Остынь, я просто поговорить с ней хотел. Зачем? Почему? И все такое. — похлопал брата по плечу.
— Да сдвиг у нее по фазе. Насмотрелась всякой хуйни по телеку про сломанные гены, детей инвалидов, и решила, за нас решила, что нам этого не нужно. Прикинь!
— Это она так сказала? — не поверил своим ушам.
— Катя мне тут на днях рассказала почему у нас детей так и не родилось за десять лет брака.
— Мама? А ты что с Катей общаешься? — сказать, что удивился — это ничего не сказать.
— Нет, не общаюсь. Случайно встретился с ней в женской консультации. Аню к врачу возил, а там Катюха. Беременная. Вот поинтересовался, слово за слово и поведала мне, пока Аню ждал, чего мать наша ей наболтала еще в самом начале нашей совместной жизни.
— И чего же?
— Ну вот этой хуйни про гены, что дети у нас инвалидами будут, что я ее брошу, а та поверила дура и все десять лет таблетки жрала. А еще все понять не мог, она ж ее вначале прям терпеть не могла, все выжить пыталась, а потом вроде как нормально общаться стали. А выходит, что это так было, потому что Катя у нее на поводу пошла.
— Санта Барбара какая-то. — присвистнул, охерев от новостей и отчаянно захотел обратно в Дюссельдорф.
— Да. — равнодушно ответил Дима.
По приезду в офис, я оценил морально психологическую подготовку персонала от братца. Все, с кем я общался лично, здоровались со мной не иначе как с Владимиром Александровичем, даже без запинки. Секретарши только моей не было. Я расстроился, но ненадолго, пока не выяснил что та на больничном.
— Слушай… — начал Дима, как только мы зашли в кабинет.
В нем все осталось по-прежнему, а я понял, что скучал по этому месту, хотя всегда казалось, что терпеть его не могу.
— Что? — спросил брата, а то он так и мялся с вопросом.
— Я спросить тебя хотел. Ответь только честно. У тебя с Аней ничего не было? — я обернулся и посмотрел на брата, он буравил меня чернеющими глазами.
— Странный вопрос. — я потер затылок, понимая, Нюта ему ничего не рассказала.
Сразу возник вопрос, а имею ли я право ему говорить, то, что меня не касается. Или касается?
— Что странного? Вы жили вместе, было или нет. Скажи. — брат задрал подбородок, так захотелось сбить с него эту спесь, что я тут же ответил на свой же вопрос положительно.
Меня касается.
— Вообще-то она была невинным динозавром. А ты этого динозавра уничтожил, нагло и прошу заметить насильно трахнув на заднем сидении своего авто. И даже не понял ничего. — я устало опустился в свое холодное кресло, эта речь далась мне с трудом.
Дима потупил взгляд. Не дошло до идиота.
— Сейчас тоже не понял да? Ну да. Трахнул впервые девственницу и не понял, что она девственница. Бывает. С Аней у меня ничего не было. Что с документами? Работать будем или так и будешь там тупить? — брат конкретно завис.
— Там же кровь должна была быть, и Аня бы сказала мне! — взревел брат и пошел на меня сжимая кулаки.
— Ну кровь — это не обязательный признак девственности. И поверь мне, все-таки я в отличии от тебя не одну девочку распечатал. Из десяти девственниц с трех как с ведра, хоть простынь выжимай, с остальных пара капель, а вы были в одежде, даже если и была кровь, ты мог ее просто не заметить. — разжевал все своему братцу и кажется до него начало доходить все.
Он уже не нависал надо мной, а устало опустился на стул. Хорошо мозгов хватило этот вопрос не задавать в машине за рулем, а то точно бы влетели в кого-то или во что-то.
— Я даже не понял, как пелена перед глазами, очнулся, а она подо мной и уже все. Мм. — брат замычал, пряча лицо в ладонях.
— Ой я не ханжа, конечно, но можно без подробностей? Нюта моя подруга или считай сестрица родная, я не хочу знать как ты ее шпилишь. — предупредил на всякий случай брата, а то мало ли начнет сейчас расписывать все в красках, а я этого знать точно не хочу.
— Сегодня сам короче! Я уехал! — Дима резко вскочи, опрокинул стул и не обращая на него никакого внимания рванул по всей видимости до Нюты.
— Девушка, как вас зовут забыл, простите. Сделайте кофе покрепче. — попросил свою временную секретаршу, поглядывая на пачки документов, что возвышались на столе и добавил; — Еще пиццу закажите. Две.
Кончилась лафа, я похоже сегодня без обеда и даже ужина.
*** Дмитрий+Анна
Дмитрий
Ох как подгорело. Меня сейчас бросило в такой жар, словно в аду я и уже в котле кипятят меня черти. Когда спрашивал брата, готовился к неприятному ответу, но не такому. И Аня партизанка хренова ничего же не сказала. И что делать? Понятия не имел что ей скажу, но что скажу это точно. Не смогу просто жить спокойно теперь. Не попросив прощения за то, за что она уже простила давно. Раз ничего не сказала даже потом, когда могла.
Ехал обратно домой, бросив брата, забив на дела. Благо встречка стояла, все в центр, а я обратно. Остановился у цветочного. Как в бреду купил цветы, огромный букет. Тупо. Этим букетом я по харе своей должен был почти год назад получить, а сейчас Аня его в вазу поставит.
Может кольцо купить? Тоже бред! Будет напоминать ей. И в тачке ее вожу этой же, а она поди вспоминает каждый раз, теперь ведь с дочкой почти всегда и они на заднем вместе. Стало так тошно, что пришлось съехать на обочину.
Голову рвало на части. Сколько ведь всего дурного про нее думал, а она на все сто процентов моя.
Зашел в дом на ватных ногах, с букетом этим. Сразу же услышал в прихожей как Кристина с Аней над Викулей воркуют. Не спит значит. При дочери такое обсуждать не стану. А тетка нам на что? Скинул одежду, прошел в гостиную.— Солнышко, пусть Кристина с Викой погуляет. Поговорить нужно. — говорил как можно спокойней, цветами загородился, но Аню не проведешь.
— Что-то случилось? — Аня насторожилась, но видно с толку ее сбили цветочки, не зря купил значит.
— Просто кое-что обсудить нужно срочно, наедине. — натянул улыбку, не Кристина бы, уже б коленками пол полировал пере Анечкой.
Как же я виноват перед ней, и за что она меня простила вообще?!
— Я погуляю с ней! — Кристина только и рада, улыбка до ушей, хоть завязочки пришей.
— Там дом сдают, через два дома по правой стороне от нас. Хозяин там как раз сейчас, прогуляйся посмотри. Только Вику в коляске не бросай. На руки возьмёшь. — дал ценные указания, Аня оперативно нарядила нашу принцессу, уложила в коляску и с тревогой проводила Кристину за порог дома.
— О чем ты хотел поговорить? — закрылась от меня тут же, блядство.
Встал перед ней на колени, смотрю в глаза верным псом, а слова в горле застряли.
— Димыч ты чего? Мне нервничать нельзя, ты же помнишь да? Говори! Что случилось? — Аня вцепилась своими ручками в мои плечи и пыталась из меня по всей видимости вытрясти признание.
— Прости меня… Прости родная… Почему не сказала ничего? — еле говорил, казалось голос садиться с каждым словом, а ком в горле только разрастается, дышать не могу уже.
— Что не сказала Дима? — Аня закусила губу, и так их в кровь изгрызла и опять двадцать пять.
— Что тогда, в машине, на заднем…Это первый раз твой был я знаю теперь. Я такой скот! Прости меня! — и так был словно нашинкованный разрывными, всего рвало на части от этой ситуации и тут же еще контрольным в голову воспоминание стрельнуло, как я ее из машины вытолкнул, она же тогда упала.
Анино лицо изменилось просто на глазах.
— Это что Саша тебе разболтал все?! Я его убью! — Аня рванула мимо меня на поиски телефона.
Поднялся с пола, догнал ее и вырвал телефон заключая в объятья. В голубых глазах плясали злые черные зрачки.
— Нет, ты лучше скажи мне, почему не рассказала ничего сама? — это и так было важно для меня, а с такой бурной реакцией тем более.
Аня глубоко вздохнула и опустила взгляд.
— Зачем это ворошить? Это прошлое. Я давно простила тебя. — прошептала еле-еле.
Запал пропал, кажется, сейчас плакать начнет.
— Я должен был знать! Это моя вина! А я тебя сделал без вины виноватой. — прижал ее к себе еще крепче.
— Дурацкий разговор Димыч. — Аня посмотрела на меня, так нежно, что больше язык не повернулся продолжать эту тему.
Свое прощение от Ани я давно получил, сам себя теперь никогда не прощу.
***
Кристина
Ой как же было здорово пообщаться с кем-то еще кроме Саши, и он даже мне не звонил, а я к этому привыкла, и сама задолбала его не звонками, так хоть сообщениями. От это удовольствия быть свободной, самой приставать к Саше, по мне то и дело бегали приятные мурашки.
К тому же я катила коляску! Как же я мечтала об этом! И пусть это лишь моя племянница, скоро я так же буду катить свою дочку или сыночка. В отличии от Саши, у меня не было уверенности, что это обязательно девочка. И я буду рада любому ребенку вне зависимости от половых признаков. А Сашина категоричность раздражала. Даже было обидно, а вдруг я рожу мальчика? И что? Он выставит меня с ним за дверь? Бред! И Саше я так и не смогла донести это. Проще не обращать внимание.
— Вы хозяин? — докатила коляску с Викулей, до того дома, на который указал Дима.
Так он выставил меня, словно ему срочно приспичило повторить ребенка.
— Я. Вы хотели дом посмотреть? — пожилой мужчина по всей видимости хотел уехать уже, но уступил мне.
Открыл дом, показал территорию, комнаты. Мне все очень понравилось.
— Дом полностью готов к проживанию, сами видите. Соседи все приличные. Сдаю на длительное время.
— Мне нравится, но я сама решения принять не могу, вы дадите свой телефон? Я посоветуюсь с мужем. — о цене и сроках аренды даже не спросила, все равно если Саша не захочет, то его не убедить даже слезами.
К тому же он и так мне уступил, наступив себе на горло.
— Буду ждать вашего звонка.
Попрощалась с хозяином дома, Вика спала, и я прогулялась с коляской по территории жилого комплекса, все больше понимая с каждым метром, что хочу тут жить. Тут и только тут.
Вернулась к родителям вверенного мне ребенка, который уже проснулся и явно был голоден и желал смены подгузника. Ни в гостиной, ни на кухне Ани с Димой не было. Зато в прихожей на полу валялся букет.
— Похоже твои мама с папой тебе сестричку уже стряпают. — Вика моргнула и сунула кулачек в рот.
— Что? Кушать хочешь? Сейчас я маму твою вызвоню. — телефон только валялся на диване, а Димин аппарат трезвонил в куртке, в прихожей.
Ну ладно, пока малышка не плакала, я могла подождать, но вскоре Вика затребовало свое законное громким плачем. А я тактично прошлась с этой сиреной мимо хозяйской спальни.
— Иду! Иду! — загорланила Аня, тут же выглянула довольно потрепанная из-за дверей спальни, забрала дочку свою и скрылась.
Опять я осталась одна, а мне в моем состоянии вечно хотелось, то есть, то спать. Скинула Саше номер телефона насчет аренды дома, с кратким описанием моего хочу, съела шоколадку и ретировалась в ту комнату, что нам отвели Аня с Димой.
Александр
Не разгреб и половины бумаг что мне любезно рассортировал по датам Дима, а Кристина уже завалила меня сообщениями. Фотки, фотки. И с коляской гуляла, видимо пока Дима с Аней выясняют отношения. А под конец на счет того дома, о котором Дима говорил. Умудрилась уже и туда сгонять. Шустрая. Засиделась без дела, но в ее положении даже эта энергия иссякла. Сообщения кончились, стало быть, Крис спит. А ведь это было мое любимое время.
Обожал завалиться с ней рядышком и обнимать спящую, мирную, теплую, уютную. Был бы котом, мурлыкал бы от удовольствия у нее за спиной.
Я не я, если не пошлю дела до завтра, и не займусь тем, что действительно мне интересно. Набрал номер хозяина дома, договорился о встрече и свалил от этой муторной работенки. У меня в конце-то концов уважительная причина, мне нужно семью сначала пристроить.
Встретился с хозяином дома, быстро обговорил детали аренды и возможности покупки дома. Договор подписали быстро, забрал ключи. Все еще не наши, но решил сделать Кристине сюрприз. Зашел в первый попавшийся на пути магазин, в цветочном мне упаковали одну из связок в красивую коробочку. Расплачивался за этот ванильный беспредел и улыбался, представляя как она обрадуется.
Эпилог
2 года спустя
Кристина
Было субботнее утро, разбудила меня проснувшаяся дочка, что было странно. Обычно Саша занимался в выходные по утрам Асенькой и давал мне поспать подольше.
— Куда это наш папа запропастился? Не знаешь да? И я не знаю, сейчас его поищем. — вытащила малышку из кроватки и отправилась на поиски мужа.
— Куся! Куся! — пройти мимо кухни не вышло, Ася хотела кушать.
— Ладно, никуда не денется наш папа да?
— Да! — Ася обрадовалась этому слову согласия.
Два любимых слова, “да” и “дай”, звучали в этом доме чаще чем другие, даже слова мама и папа произносились Асей редко.
— Сейчас умоемся, переоденемся и покушаем.
— Кашууу. Кашууу. — протяжно затянула Ася, протягивая ручки в сторону кухни, от которой я пошла обратно в спальню.
Под капризы кое как умыла дочку, переодела ее, на себя понятное дело времени не нашлось. Буду бродить как чума.
Накормила Асю кашей, успела сделать два глотка кофе и возобновила поиски мужа. С Асей на руках, конечно, вручив ей пакетик из-под печенья. Он же шуршит и яркий, а это почему-то интересней ребенку чем самая навороченная игрушка.
Обошли мы весь дом. В последнюю очередь отправилась в гараж. Дверь была закрыта.
— Что ты там делаешь? — спросила Сашу, слыша как он напевает песенку про доктора Айболита.
Любимый Викин мультик и стоило поужинать вечером в пятницу у Димы с Аней, как у нас засела в голове эта песня. Потому что выслушать за вечер ее пришлось раз тридцать.— Что-то делаю! — загадочно отозвался Саша.
Я подергала настойчиво дверь.
— Тебе сюда нельзя. Не лезь под руку. — Саша выглянул из-за двери на секунду чтоб поздороваться с Асей, взял ее на руки, а я в волосах заметила у него опилки.
Чего-то ваяет.
— Доброе утро маленькая моя. — поцелуйчики, обнимашки, я же стояла в сторонке, ожидая, когда Саша вернет мне свою любимицу-красавицу дочь.
Кстати, с рождением Аси я была лишена этого звания “маленькая моя”.
— Какая же ты маленькая? — спросил еще в роддоме Саша, и добавил; — Ты теперь в нашей семье средненькая, а маленькая у нас Асенька.
Потом сутками дежурил у ее кроватки. Наверное, если бы не грудное вскармливание, я бы дочь на руки не получила ни разу.
— Ну все, идите погуляйте. — Саша вернул мне Асю, та естественно заплакала, папу любит безмерно, готова сутками висеть на нем.
— Я даже поесть не успела. Может ты отложишь свою задумку пока Ася не уснет? — укачивая Асю чтоб та не плакала, посмотрела на Сашу настойчиво, все-таки это было мое законное утро, которого он нагло меня лишил.
— Ну нет я не могу. — сказал он неуверенно, все не решаясь скрыться за дверью, ведь Ася все хныкала, а он словно разрывался.
— Подержи-ка. Меня тошнит. — нагло соврала, отдала Саше дочку обратно и просто побежала.
— Ты вернешься? — Саша явно не ожидал такой подставы.
— Это мое утро любимый! — крикнула ему уже из спальни, и окончательно спряталась от него в душевой кабине.
Меня совсем не тошнило, зато просто адски чесался живот, вроде и срок небольшой, и животик совсем маленький, а чешется так, словно уже девятый месяц, а не второй.
К вечеру Сашин сюрприз был готов. Это оказались шикарные, резные качели. Ася была в восторге от этой забавы, которая была теперь не только на улице, но и в доме.
— Теперь нужно еще три таких же. — я повисла на Сашке, разглядывая его довольное лицо.
— Почему три? Ну одну Вике, еще одну понятное дело нам. — он погладил мой животик и тот опять зачесался, еле сдержалась, чтоб не почухаться как вшивая собака.
— И Ане с Димой тоже. — это правда был наш с Аней секрет, но мне не терпелось с Сашкой поделиться.
— Но наша старше хоть будет? — вдруг спросил Саша.
— Ты опять за старое? Будет? — со второй беременность испытала стойкое чувство дежавю, опять Саша ждал только дочку.
— Крис ну прости, я больше не буду. Так что там? Мы их обогнали? — какое-то соревнование было у Саши с Димой, при этом Дима был не в курсе этого.
— На чуть-чуть совсем. — месяц разницы всего по срокам, мог не особо-то сказаться на дате рождения, но об этом Саше я не стала говорить.
Послесловие
Через семь месяцев у Саши и Кристины родилась еще одна дочь. Саша назвал ее Анной. Он заботливый муж и отец, но такой же плохой работник, частенько сбегает к своим любимым девчонкам посреди рабочего дня. У них все хорошо.
Аня и Дима тоже стали родителями во второй раз. У них родилась вторая дочь и назвали они ее Кристиной.
Людмила Николаевна умерла, прожив всего месяц, так и не попросив у сыновей прощения, но она очень этого хотела.
Саша забрал пса Бетховена, в день, когда Александра пошла в первый класс.
…невидимая нить.
Конец
Контент взят из интернета
Автор книги Литвин Светла