Time Out поговорил с художником Михаилом Рубанковым и разузнал, что его вдохновляет.
Место рождения: г. Омск, живет в Москве.
Образование: Омский Государственный Технический университет, ИСИ «БАЗА».
Стаж работы: более 7 лет.
Занимаюсь искусством плотно и осознанно уже около семи лет. До этого с 14 лет увлекался музыкой: участвовал в разных проектах, выступал. Постепенно все это перешло в другую форму, и сейчас я представляю кое-что интересное на выставке «Neti Neti (дважды забытое)».
Как стал художником
После завершения одного из моих музыкальных проектов я некоторое время не занимался творчеством, сосредоточив внимание на спорте и работе. Но очень скоро стало скучно и грустно, и я почувствовал потребность в самовыражении. Так я понял, что это одно из моих главных проявлений, без чего жить сложно. Так и начал учиться рисовать, завел новые знакомства, а через некоторое время организовал небольшую выставку в Омске. С этого момента все пошло с большим ускорением.
Ежедневная рутина
Я не очень люблю дисциплину, приказы, рутину, графики и планирование. Сказывается долгий корпоративный опыт работы инженером, что навсегда отбило желание кому-то подчиняться, выполнять задания, приходить на работу к 9 утра и обедать в строго установленное время. Другое дело самодисциплина и ответственность, когда тебе никто не указывает, но ты сам все делаешь четко, быстро и эффективно. Думаю, если дело нравится, то и проблем с работоспособностью нет. Пусть я постоянно чем-то занят, но с трудом могут назвать это работой. А так, конечно, дел много, само вдохновение — краткий миг, момент. Большую часть времени ты обслуживаешь свою идею.
Про мастерскую
Моя мастерская в ЦСИ Винзавод. Очень люблю эту институцию, и каждый раз с радостью вхожу в ворота с красной надписью. Мастерская для меня и офис, и шоурум, и цех, и переговорная. Тут за три года образовалась своя атмосфера — видимо, атмосфера меня. Экспозиция меняется, но суть остается.
О реакциях зрителей на работы
Хочется привести цитату из моего artist statement: одной из важных задач, которые я стараюсь решить своей практикой, становится некоторое «выкорчевывание» зрителя из привычного мировосприятия. Это действие происходит через столкновение с абсурдной констатацией очевидности или через игру разного рода знаков, которые, озадачивая при первом взгляде, затем раскрывают глаза на то в самом человеке, с чем он не может встретиться в перспективе собственной повседневности.
Насколько она важна
Думаю, что художники лукавят, когда говорят о том, что им совершенно не важна реакция публики. Ведь зритель — часть системы наряду с автором, произведением или его персонажем. Более того, в современном искусстве созерцатель и его реакции часто играют основную роль.
О персональной выставке «Neti Neti (дважды забытое)»
«Neti Neti (дважды забытое)» появилась, как это часто бывает, почти случайно. Мы с Ромой Шалгановым (куратор экспозиции — прим. Time Out) сидели на кухне в Мастерских Винзавода, пили чай и обсуждали, что вот было бы здорово сделать выставку. К тому моменту накопилось достаточно работ и размышлений, которые хотелось собрать в одну историю.
Сначала мы думали о проекте абстрактно, без конкретной площадки. А уже спустя месяц галерея Elohovskiy Gallery предложила сделать выставку, и у идеи появилось пространство. Позже к нам присоединился куратор и искусствовед Кирилл Алексеев, который помог с экспонированием и предоставил работы Никиты Алексеева из своей коллекции. Эти работы органично дополнили экспозицию, идеально вписавшись в ее концепцию.
Neti Neti — индуистский термин, который в дословном переводе означает «не то и не то», то есть осмысление чего-то через определение того, чем это не является. В частности, так описывают Абсолют, находящийся за пределами привычных рамок восприятия. Возникает любопытный парадокс: порой концептуальное искусство служит кратковременным освобождением зрителя от ограничений концептуального мышления или обусловленности (термин из буддизма).
О своей жизни вне искусства
Мне нравятся спонтанные прогулки, так называемый дрейф, — когда просто идешь, куда ведет дорога. Люблю странные, неочевидные места — азиатские супермаркеты, узбекские кафе где-нибудь на трассе. Еще — путешествия на машине в другие города, и лучше без четкого плана, по ситуации.
Отдельная история — дальние поездки. В 2024 году у меня было около двадцати перелетов — хотя, казалось бы, куда летать художнику? Сейчас вот собираемся в Азию. Но сначала — еще одна выставка, о которой я непременно скоро расскажу.