Неделя получилась на редкость тяжелая. Надо Лену ввести в курс всех дел, собрать вещи. Билет купила на пятницу, хорошо, что поезд отправлялся ночью. А еще...мы почти поссорились с шефом. Впервые. Но это и хорошо с одной стороны, легче будет уволиться.
- Мадинаааа!- услышала звериный рык из кабинета Марка. Подумал, ему плохо или что- то сделала ни так. Он никогда не повышал голос, а сейчас... Странный последнее время. Развод так действовал на него? Это и понятно! Терять любимую трудно.
Он последние дни занят был разводом.
- Что случилось?- влетела в кабинет.
- Что? Что это?- повернул ко мне экран ноутбука. Подошла ближе.
- Вас счет.- поняла все и сразу! Когда поступили деньги, моральная компенсация от Родиона, сразу перевела их на счет босса. Там такая сумма!
- Счет мой! Вижу! Еще не ослеп!- еле сдерживал себя хозяин кабинета.- Ты что творишь?
- Мне не нужны эти деньги! - старалась не смотреть в глаза разъяренного зверя.
- Понятно. Мы гордые! Ну конечно! Тебе достаточно извинений!
- Да! Достаточно! И...деньги ж ваши.
- И что? Я его отец! Несу такую же ответственность за поступки сына.
- Я помню, что он ваш сын. Но деньги не возьму! Я так решила!- мы смотрели в глаза друг другу. Господи! Дай мне сил! От его взгляда внутри все закручивалось к тугой узел, сердце пробивало грудь.
- Все! Можешь идти! - я развернулась и к двери. Чувствовала взгляд спиной. Он прожигал насквозь.- Когда уезжаешь?- я почти вышла из кабинета.
- В пятницу. Вечером.- выдохнула не поворачиваясь.
Села за свой стол, руки дрожали. Что это было? Что ж он так орал? Нет! Пора заканчивать со всем этим! Пора увольняться! Домой!
Но в пятницу в обед меня ждал подарок к отпуску. Теперь мне хотелось орать, топать ногами и стучать кулаками в его каменную грудь и голову.
Поехала в банк, чтоб оплатить кредит. Решила деньги отца использовать для этого. Такой дурой давно себя не чувствовала.
- Девушка! Но ваш кредит закрыт полностью. Вы забыли? Теперь можете получить все документы и снять обременение.- дежурная улыбка на лице менеджера, а в глазах ...
На работу летела злая как стая бездомных голодных собак.
- Мадина! Марк Захарович уехал, сказал, что сегодня его уже не будет. Ты может домой? Я сама со всем справлюсь.- Встретила меня Лена радостной новостью.
- Спасибо, но я доработаю день. Отпуск же с понедельника.
Набралась наглости и пыталась дозвониться шефу, не ответил. Знал, о чем разговор. Я начинала тихо его ненавидеть. Но и любить!
Когда села в поезд, легла на полку, закрыла глаза, поняла, что поезд уносит меня от всего этого кошмара, который творился последнее время. Я еду туда, где мне всегда было хорошо.
Домой приехала в субботу вечером. Меня уже ждала соседка. В доме горел свет. Маша выскочила за ворота, чтоб помочь с сумками.
- Мадиночка!- обнялись.- Ты что, девочка!
Увидела слезы в моих глазах.
- Это так! От радости! Увидела свет, словно мама дома.
- Нууу, я не мама, конечно, но и ты мне не чужая! Идем! Там же все остывает! Идем в хату!
Вошла в наш дом и все горести переживания остались там, далеко! Я ДОМА!
Пахло борщом, выпечкой.
- Дай хоть полюбуюсь тобой!- повернула меня к себе тетя Маша.- Красавица! И куда там москвичи смотрят? Такая дивчина и одна! Или уже не одна?
- Одна! Времени нет совсем. Работа, дом...Да и не хочу! Слишком горький опыт!
- Опыт? Так он же не твой! И...Наташа любила, ее любили. Тебя вон какую родила! Она счастливой была. Царствие ей небесного!- перекрестилась женщина.- И ты ...Мадина! У каждого свой путь, свое счастье! Ой! Что ж я тебя разговорами кормлю! Давай, мой руки!
- Я в душ сначала.- повезла чемодан и сумку в свою комнату. Включила свет. Здесь все мое, как при маме.
Достала вещи , подарки. Отдала пакеты соседке и в душ.
Сейчас в селе, как в городской квартире. У всех удобства, газ, вода. Мы с мамой, когда тянули газопровод по селу, провели газ, воду в дом, канализацию. Сделали душ. Мама отказалась от ванны, с дешевой кабиной удобнее.
Смыла с себя дорожную пыль и за стол. Мммм! Что может быть вкуснее борща с овощами со своего огорода да с домашней сметанкой? А картошечка с укропчиком, курочка? А капустка с душистым маслом, малосольные огромные помидоры? Пирожки с антоновкой ? А чай с мятой и чабрецом?
- Спасибо! Сейчас лопну!
- Вот! Хоть щечки порозовели! А то бледная как моль!- улыбалась соседка.- И худющая! Все ваши диеты! Моя тоже считает коллории.- у соседки дети учатся в обрасти, большие уже.- Отдыхай! Там в холодильнике есть чем червяка заморить. На веранде арбузы и дыни, овощи.Пойду. Мой утром приедет. Ему калым подвернулся, поехал за отдыхающими на море.
- Спасибо, теть Маш! Завтра начну вам помогать.
- Отдохни сначала, помощница!- обнялись. Соседка ушла. А я вымыла посуду, убралась на кухне и пошла здороваться с домом. Включила свет в зале. Все родное, мое! В маминой комнате ничего не меняла, ее любимое покрывало, моя фотография на стене, рядом наша, одна из последних.
‐ Мамочка! Я дома! Завтра приду к тебе в гости! - слезы сами катились по щекам.
Решила сразу разобрать вещи. Открыла шкаф. Там мои старые платья, свитера, куртки. Все напоминало о счастливой жизни с мамой.
- Мадина!- звонила Катя.- Ты как там?
- Привет! Отлично! Я отправила тебе сообщение. Получила?
- Да. Решила позвонить. А мы с Ваней в ресторан едем.
- Молодцы! Жаль, что не получилось отметить твою победу. Спасибо тебе! - у Кати сложный процесс был, не могла найти время на ресторан.
- Ничего! Вот вернешься и как гульнем!
- Даже не сомневайтесь!- не стала портить ребятам вечер, настроение. Я решила остаться здесь. Может еще передумаю, но вряд ли. Не хочу больше ежедневно себя подвергать испытанию. Быть рядом с Марком. Как говорят, с глаз долой из сердца вон!- Ладно, отдыхайте! Жду фотоотчет!
- Не пропадай! Отдыхай!- распрощалась с уже подругой.
Долго не могла уснуть от тишины. Привыкла к городскому шуму. Уснула. Снился Марк. Он орал на меня так, что вены и жилы вздулись на шее, глаза сверкали огнем. Сжимал кулаки, словно сдерживал желание ударить меня. Что орал не помню, но проснулась в липком поту. Сон как рукой сняло. Встала и подошла к окну. Уже серело. Петухи орут с разных концов, перекрикиваясь, будто дерутся за первенство. Мычат недоенные коровы у соседки. Она их успокаивает, разговаривает. Козы громко, с надрывом требуют веников, корма и дойки. Лай собак: не злой, а деловой, привычный, будто они тоже участвуют в этом утреннем дележе. Здороваются друг с другом.
Накинула куртку, надела колоши и вышла на крыльцо.
Воздух прозрачен и свеж, будто его только что вымыл дождь, хотя небо чистое, без единой тучки. Над крышами стелется лёгкий туман, растворяясь в первых лучах солнца. Оно поднимается неспешно, золотя края крыш, заставляя блестеть мокрую траву в огородах.
Ветерка почти нет, лишь изредка дрожит жёлтый лист на старой берёзе. Возле заборов уже покраснели гроздья рябины, а в палисадниках догорают последние астры и георгины — пурпурные, розовые, будто не хотят прощаться с летом.
В воздухе пахнет дымком, спелыми яблоками и чем-то едва уловимо горьким — может, полынью, может, прелой листвой. Где-то заскрипели ворота, послышалось блеяние овец, да петух вдруг крикнул с опушки, будто вспомнил, что забыл это сделать на рассвете.
Как же хорошо! Подняла руки и потянулась. Увидела яблоко среди уже желтеющей листвы, сбежала со ступенек, сорвала. Оно мокрое, блестящее от росы. Откусила. Аж глаза прикрыла от удовольствия.Сок брызнул, хруст, вкус...такое только у яблок с ветки.
Начинается отпуск. И возможно, я еще не уверена на все сто, новый период в моей жизни.