В эфире Радио Спутник Михаилу Хазину был задан вопрос:
В нашем аграрном секторе, как заявил министр сельского хозяйства, по данным правительства с 2018 по 2024 год, производительность труда в агропромышленном комплексе выросла на 22%. И на сегодняшний день аграрии показывают чудеса именно подобного роста производительности благодаря поддержке в виде субсидий, льготных кредитов, инвестиций в инфраструктуру. Агропромышленный сектор действительно растет?
Михаил Хазин: Я вам расскажу байку. В царской империи были губернии, в которых было конокрадство - лошадей воровали. А были губернии, где конокрадства не было. Ну, где-нибудь там в Татарии - пойди попробуй, укради коня. Сами найдут и голову оторвут.
Но поскольку где-то было, то было принято решение о том, что надо в этих губерниях сделать уполномоченного по борьбе с конокрадством. Но вы же понимаете, это же министерство, оно по всей Российской империи. Не может же быть такого, чтобы в одной губернии было уполномоченное, а в другой не было. Поэтому уполномоченные были назначены во все губернии.
И что бы вы думали? Как только в губернии приезжал уполномоченный по борьбе с конокрадством, там тут же образовывалось конокрадство. Так вот, я, значит, еще раз, это закон природы. С ним бороться бессмысленно. Никакая бюрократия, никакой закон не поможет.
И есть такое учёное слово - KPI. В прежние времена это называлось показателями эффективности. Так вот, у губернатора показатель эффективности – урожайность пшеницы. Что отсюда следует? Отсюда следует, что урожайность растет независимо от природных условий. Потому что поскольку для губернатора важно, чтобы урожайность была высокая ему для показателей, то даже если он не посеет пшеницу - урожайность все равно вырастет. А если пшеница выросла, то она занесена в статистику.
И в результате все говорят: как же много у нас пшеницы в стране. Сейчас мы все вывезем. У нас избыток. Избыток вывезли, а пшеницы нету, потому что все остальное нарисовано в рамках борьбы за высокий KPI. Я не знаю, какая у нас реальная урожайность, сколько у нас в закромах пшеницы, есть ли эта пшеница в элеваторах.
Я могу вас уверить, что если вдруг эта пшеница понадобится в физическом выражении, то у нас будет бешеный рост поголовья суслика, который эту пшеницу ест. Ну, вот ещё раз повторяю, я могу вас уверить, что в Персидской империи времён Ахеменидов было абсолютно то же самое. Вот это не меняется.
По этой причине, когда я слышу такие общие слова, что эффективность выросла на 22%, я спрашиваю: это по официальным цифрам? Которые приходят откуда-то из регионов. А кто там смотрел, что там в элеваторах, что там на полях, как там суслик?
Я к этому всему отношусь не то чтобы с иронией, я отношусь с пониманием, что жизнь, она сложная штука. И поэтому, если вам вылазит какая-то цифирка, то вы должны на нее посмотреть трезвым глазом. И что если у вас написано, что на складах имеется 2000 комплектов формы военной, то надо внимательно разобраться и провести ревизию. Потому что если ревизию не провести, то в тот момент, когда к вам придёт 2000 человек, неожиданно выяснится, что на всех формы не хватит.
А еще Александр Васильевич Суворов говорил о том, что если человек поработал три года интендантом, то его надо сначала вешать, а потом разбираться за что. Понимаете? Там идет усушка, утруска. Ну, то есть к подобным новостям надо подходить с точки зрения аудитора. Я бы так сказал.
Как наше общество вернется к структуре 19 века
