Мороз щипал лицо Игоря, пока он шёл по заснеженной аллее центра города, рассматривая витрины дорогих магазинов. В руках — пакеты с подарками для новой семьи. Жизнь наладилась, бизнес процветал. Три года прошло с тех пор, как он оставил прошлое позади. Три года с тех пор, как он в последний раз видел бывшую жену Татьяну и сына Мишу. Три года с тех пор, как он переписал квартиру на своего брата, оставив их ни с чем.
«Ещё духи Веронике нужно купить», — подумал Игорь, сворачивая к парфюмерному бутику.
Он замер на пороге. Время словно остановилось. У кассы стояла Татьяна — осунувшаяся, в потёртом пуховике, но всё такая же красивая. Рядом переминался с ноги на ногу Миша — повзрослевший, вытянувшийся, в куртке, которая была ему явно мала.
Игорь инстинктивно попятился, но было поздно. Миша повернул голову и увидел отца. Его глаза расширились, лицо побледнело.
— Папа? — голос мальчика дрогнул.
Татьяна обернулась. Их взгляды встретились. В её глазах промелькнула целая гамма чувств — удивление, боль, гнев.
Игорь застыл, не в силах пошевелиться. Пакеты в его руках внезапно показались такими тяжёлыми.
— Миша, пойдём отсюда, — Татьяна взяла сына за плечо.
— Подождите, — Игорь наконец обрёл голос. — Таня...
— Не смей, — отрезала она. — Три года. Три года без единого звонка.
Люди вокруг начали оборачиваться. Продавщица за стойкой с интересом наблюдала за разворачивающейся драмой.
— Я могу объяснить, — начал Игорь, сам не зная, что собирается говорить дальше.
— Правда? — Татьяна горько усмехнулась. — Объяснишь, почему мы с Мишей снимаем квартиру на отшибе? Почему я работаю на двух работах? Почему твой сын донашивает чужие вещи?
Миша стоял, опустив голову, но Игорь видел, как дрожат его плечи.
— Я... у меня были проблемы, — промямлил Игорь.
— Проблемы? — Татьяна окинула взглядом его дорогое пальто, часы, пакеты с покупками. — Вижу, как ты страдаешь.
Игорь почувствовал, как краска стыда заливает лицо.
— Я могу помочь... Сейчас у меня есть деньги, — он потянулся к внутреннему карману.
— Не нужно нам твоё подаяние, — Татьяна гордо вскинула голову. — Пойдём, Миша.
— Подожди, — Игорь шагнул вперёд, — хотя бы поговорим. Я могу всё исправить.
— Исправить? — Татьяна рассмеялась, но в её смехе не было веселья. — Знаешь, что сказал твой сын, когда узнал, что нам придётся съехать из дома? «Папа скоро вернётся и всё исправит». Он ждал тебя каждый день. Первые полгода.
Игорь посмотрел на сына. Тот стоял, не поднимая глаз.
— Миша, — тихо позвал Игорь, — прости меня.
Мальчик поднял голову. В его глазах стояли слёзы, но взгляд был неожиданно взрослым, оценивающим.
— Ты обещал на день рождения велосипед, — неожиданно сказал Миша. — Три года назад.
Игорь судорожно сглотнул.
— Я куплю тебе велосипед. Самый лучший, — выпалил он.
— Мне уже не нужен велосипед, — тихо ответил Миша. — У меня теперь другие мечты.
— Какие? — растерянно спросил Игорь. — Я всё исполню.
— Мечты не продаются в магазине, — мальчик отвернулся.
Татьяна положила руку на плечо сына.
— Миша, подожди меня на выходе, — мягко сказала она.
Когда сын отошёл, она повернулась к Игорю.
— Ты знаешь, что он перестал верить в Деда Мороза в восемь лет? — её голос звучал тихо, но каждое слово било как пощёчина. — Сказал мне: «Мама, я знаю, что никакого Деда Мороза нет. Как нет и папы».
Игорь почувствовал, как что-то сжимается внутри.
— Таня, я был идиотом. Я всё осознал. Сейчас у меня всё по-другому. Я могу помочь вам.
— Поздно, — отрезала она. — Знаешь, что самое страшное? Не то, что ты бросил меня. А то, что ты предал сына. Своего родного сына, Игорь.
— Я могу всё исправить, — повторил он, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Нет, не можешь, — Татьяна покачала головой. — Время нельзя вернуть. Те три года, когда ты мог смотреть, как растёт твой сын, — они пропали навсегда.
Игорь стоял, не находя слов. Всё, что он мог сказать, казалось пустым и бессмысленным.
— У Миши скоро день рождения, — вдруг сказала Татьяна. — Десять лет.
— Я приду, — быстро сказал Игорь. — Я хочу быть частью его жизни.
Татьяна долго смотрела на него, словно оценивая.
— Не приходи, если не уверен. Не приходи, если снова исчезнешь. Лучше совсем не появляйся, чем снова разбить ему сердце.
— Я приду, — твёрдо сказал Игорь. — Клянусь.
Татьяна достала из сумки потрёпанный блокнот, вырвала листок, записала адрес и телефон.
— Восемнадцатого декабря, — сказала она, протягивая бумажку. — В шесть вечера.
Игорь взял листок, как величайшую драгоценность.
— Спасибо, — прошептал он.
— Не мне спасибо говори, — Татьяна развернулась и пошла к выходу, где ждал Миша.
Игорь смотрел им вслед. Мальчик что-то спросил у матери, она покачала головой, обняла его за плечи, и они вышли из магазина.
Игорь стоял, сжимая в одной руке пакеты с подарками для чужих людей, а в другой — клочок бумаги с адресом сына.
***
Татьяна закрыла дверь съёмной квартиры и устало прислонилась к стене. Миша сидел на краю дивана, который служил ему кроватью, и сосредоточенно разглядывал свои руки.
— Ты в порядке? — тихо спросила она.
Миша пожал плечами.
— Он придёт?
Татьяна помолчала, не зная, что ответить.
— Не знаю, сынок.
— Я не хочу, чтобы он приходил, — вдруг сказал Миша. — Не хочу его видеть.
Татьяна села рядом, обняла сына.
— Это нормально, — сказала она. — Ты имеешь право злиться.
— Я не злюсь, — Миша поднял глаза, они были сухими. — Мне всё равно.
Но Татьяна видела, что это не так. За маской безразличия скрывалась глубокая, незажившая рана.
— Если он придёт, мы поговорим с ним вместе, — сказала она. — Если не хочешь его видеть, он не переступит порог. Я обещаю.
Миша кивнул и прижался к матери. Они долго сидели молча.
***
Игорь сидел в своей машине, припаркованной напротив обшарпанного дома на окраине города. На пассажирском сиденье лежал большой пакет с подарками. Он смотрел на часы — 17:55. Через пять минут ему нужно подняться на четвёртый этаж и позвонить в квартиру 47.
Телефон снова завибрировал. Вероника звонила в десятый раз за последний час. Игорь сбросил вызов.
Он не сказал новой семье, куда едет. Просто отменил все встречи и исчез. Теперь Вероника засыпала его сообщениями. «Где ты?», «Почему не отвечаешь?», «У Лизы температура, ей нужны лекарства».
Его падчерица, дочь Вероники, действительно приболела. Ничего серьёзного — обычная простуда. Но Вероника всегда паниковала из-за любого чиха.
Игорь посмотрел на часы — 17:57.
Три минуты.
Он вспомнил глаза Миши. Тот холодный, взрослый взгляд.
Игорь завёл мотор.
***
— Он не придёт, — сказал Миша, глядя на часы. Было уже 18:30.
Татьяна промолчала. Она накрыла на стол, испекла торт. И хотя она не верила, что Игорь появится, где-то в глубине души теплилась надежда. Не ради себя — ради сына.
— И хорошо, — продолжил Миша, стараясь, чтобы голос звучал безразлично. — Кому он нужен.
В дверь позвонили.
Татьяна и Миша переглянулись. Мальчик побледнел.
— Хочешь, я открою? — тихо спросила Татьяна.
Миша помотал головой и сам пошёл к двери.
Щёлкнул замок.
На пороге стоял Игорь — с огромным букетом цветов и пакетами подарков. Запыхавшийся, с растрёпанными волосами.
— Прости за опоздание, — выпалил он. — Я... был в аптеке. Потом пробки. И ещё торт выбирал долго...
Он осёкся, встретившись взглядом с сыном.
Миша стоял, вцепившись в дверную ручку, как в спасательный круг.
— Привет, — тихо сказал он.
— Привет, — так же тихо ответил Игорь. — С днём рождения.
Они смотрели друг на друга, и время словно остановилось. Между ними лежали три года отсутствия, три года тишины, три года боли.
— Проходи, — наконец сказал Миша, делая шаг в сторону.
Игорь переступил порог. Для него это был не просто шаг в квартиру — это был шаг в новую жизнь. Жизнь, в которой ему предстояло многое исправить. И он понимал: это будет нелегко. Возможно, это будет самое сложное, что ему когда-либо предстояло сделать.
Но он был готов попытаться.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ