Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
У Клио под юбкой

Олимпийский обман: как мухлевали атлеты в Древней Греции

Нам веками втирали про Древнюю Грецию как про колыбель цивилизации, демократии и, конечно же, честного спорта. Олимпийские игры, Пифийские, Истмийские, Немейские – всё это подавалось под соусом благородного соперничества во славу богов, где главное не победа, а участие, демонстрация арете (доблести) и калокагатии (гармонии духа и тела). Атлеты, мол, были чистыми любителями, соревновались обнажёнными (символ чистоты помыслов, ага), а единственной наградой был скромный венок из оливы, лавра или сельдерея. Священное перемирие (экехейрия) объявлялось, войны прекращались, все братались и мирно мерились силами. Красота, да и только. Вот только если копнуть чуть глубже под эту лакированную поверхность, вылезает совсем другая картина. Оказывается, древние греки были такими же людьми, как и мы с вами – со всеми своими слабостями, жадностью, завистью и неуёмным желанием победить любой ценой. Идея честной игры (fair play, как сказали бы позже) была, конечно, красивой обёрткой, но под ней частеньк
Оглавление

Древнегреческие игры: Идеальный фасад и реальная борьба

Нам веками втирали про Древнюю Грецию как про колыбель цивилизации, демократии и, конечно же, честного спорта. Олимпийские игры, Пифийские, Истмийские, Немейские – всё это подавалось под соусом благородного соперничества во славу богов, где главное не победа, а участие, демонстрация арете (доблести) и калокагатии (гармонии духа и тела). Атлеты, мол, были чистыми любителями, соревновались обнажёнными (символ чистоты помыслов, ага), а единственной наградой был скромный венок из оливы, лавра или сельдерея. Священное перемирие (экехейрия) объявлялось, войны прекращались, все братались и мирно мерились силами. Красота, да и только.

Вот только если копнуть чуть глубже под эту лакированную поверхность, вылезает совсем другая картина. Оказывается, древние греки были такими же людьми, как и мы с вами – со всеми своими слабостями, жадностью, завистью и неуёмным желанием победить любой ценой. Идея честной игры (fair play, как сказали бы позже) была, конечно, красивой обёрткой, но под ней частенько скрывалась гнилая начинка. Некоторые мыслители того времени не питали иллюзий насчёт атлетов. Вот как отзывался о них Еврипид в не дошедшей до нас сатировской драме «Автолик»:

Из бесчисленных зол, что Элладу гнетут,
Нету злейшего зла, чем атлетов народ...
Прежде всего, жить как следует им не дано, да и не смогли бы они...
Разве пользу приносит отчизне своей
Тот, кто в беге быстрей, или диском владей
Дальше всех он метнет, иль ударом кулачным
Челюсть он сокрушит?.. Станут ли они сражаться с врагами, держа в руках диски? Или побегут меж щитов, чтобы изгнать врагов из отечества? Никто не бывает так глуп, стоя перед вражеским оружием.
(Еврипид, фр. 282 Nauck, пер. И. Анненского и собственный)

Сами основатели Игр, если верить мифам, были те ещё фрукты. Пелопс, которому приписывают основание Олимпийских игр, выиграл свою решающую гонку на колесницах у царя Эномая, только подкупив возничего последнего, чтобы тот подпилил ось у царской колесницы. Эномай разбился насмерть, а Пелопс получил и царство, и царевну Гипподамию. Отличное начало для «честных» состязаний, не правда ли? И дальше пошло-поехало. Пока поэты вроде Пиндара воспевали божественную стать и неземную доблесть олимпиоников, сами атлеты и их «группы поддержки» вовсю крутили свои тёмные делишки. Мир идеалов и мир реальной жизни, как обычно, сильно расходились.

Почём нынче оливковый венок? Мотивация жуликов

Почему же атлеты, которым полагалось быть образцом доблести и честности, так часто шли на обман? Да потому что на кону стояло слишком много. Оливковый, лавровый или сельдерейный венок – это была лишь верхушка айсберга, видимый символ триумфа. За ним скрывались куда более весомые стимулы.

Прежде всего, это была, конечно же, слава. В Древней Греции победа на Панеллинских играх считалась высшим достижением для смертного. Победителя встречали на родине как героя, почти как бога, ему воздвигали статуи, поэты слагали в его честь хвалебные оды, а его имя навеки вносилось в списки чемпионов. Такая слава переживала самого атлета, распространяясь на его семью и родной город.

Не менее важным стимулом были деньги и привилегии. Хотя официальной наградой на Играх был лишь венок, родной полис победителя обычно не скупился. Афины, например, платили своим олимпионикам огромные суммы в 500 драхм. Чемпионов могли пожизненно кормить за госсчёт, освобождать от налогов и воинской повинности, назначать на почётные должности. Успешный атлет становился профессионалом, обеспечивавшим себе безбедное существование. Это был настоящий социальный лифт.

Играла роль и политика вместе с престижем города. Победа атлета прославляла не только его самого, но и его полис. Города гордились чемпионами, использовали их успехи для поднятия своего статуса. Иногда полисы переманивали известных атлетов, суля им золотые горы, и те выступали не за родной город, а за нового спонсора. Полисы могли и напрямую вмешиваться в ход состязаний, пытаясь подкупить судей или соперников.

Не стоит сбрасывать со счетов и банальный азарт и ставки. Хотя о тотализаторе в современном виде данных нет, пари и азартные игры были частью греческой жизни. Наверняка находились любители поставить на того или иного бойца, что создавало дополнительную почву для договорных матчей.

Наконец, сама природа соревнований, особенно единоборств вроде кулачного боя, борьбы или панкратиона, способствовала нарушениям. Грань между честной борьбой и грязным приёмом была тонка.

Таким образом, за идеалистическим фасадом скрывалась жёсткая конкуренция, где переплетались жажда славы, денег, политические амбиции и азарт. Атлеты были не небожителями, а людьми из плоти и крови, подверженными тем же соблазнам, что и все остальные. И цена оливкового венка иногда измерялась не только потом и кровью на тренировках, но и звонкой монетой или подлым ударом исподтишка.

Арсенал жулика: подкуп, допинг, саботаж и грязные приёмчики

Древнегреческие атлеты, решившие пойти по кривой дорожке к победе, проявляли недюжинную изобретательность. Арсенал их уловок был весьма разнообразен.

Самым распространённым был, конечно же, подкуп. Подкупали соперников, их тренеров, судей, жрецов. Первый задокументированный случай на Олимпиаде – 388 год до н.э. Путешественник II века н.э. Павсаний сообщает:

...первым из эллинов Эвпол подкупил деньгами своих противников по кулачному бою, а именно: Агетора Аркадянина, кизикинца Притана и Формиона из Галикарнасса, победителя на предыдущей Олимпиаде. Говорят, что это был первый проступок, совершенный атлетами против правил игр...
(Павсаний, Описание Эллады, V.21.5, пер. С. П. Кондратьева)

Афера вскрылась, всех оштрафовали. В 332 году до н.э. афинянин Каллипп подкупил соперников по пятиборью – снова скандал и штраф. Иногда подкупом занимались и родственники.

Хотя современных анаболиков у греков не было, они баловались своим «допингом». Атлеты экспериментировали с диетами, налегали на мясо, пили вино, использовали разные травы, грибы и снадобья для повышения силы и выносливости. Филострат в III веке н.э. жаловался на ухищрения тренеров, включая допинг. Упоминаются даже бараньи яички для повышения мужской силы.

Если нельзя подкупить или обогнать, можно было прибегнуть к саботажу и колдовству. Сюда входила и порча инвентаря или колесниц, и подсыпание чего-нибудь в еду сопернику, и даже магия. Археологи находят свинцовые таблички с проклятиями (катадесмос), которые закапывали на стадионах, чтобы «связать» руки-ноги конкуренту или наслать на него неудачу.

Часто встречалось и прямое нарушение правил в ходе состязаний. В беге или гонках на колесницах обычным делом был фальстарт. В единоборствах, несмотря на запреты кусаться, выдавливать глаза или бить по гениталиям, атлеты часто применяли грязные приёмы. В гонках на колесницах возницы не стеснялись подрезать соперников и сталкивать их. Иногда атлеты шли на обман с гражданством.

В общем, арсенал древнегреческого жулика был богат и разнообразен. Честная игра была идеалом, но человеческая природа брала своё.

Не пойман – не вор? Судьи, правила и наказания

При таком обилии соблазнов и хитроумных жуликов существовала целая система контроля, правил и наказаний.

Главными арбитрами на Олимпийских играх были элланодики – судьи из знатных граждан Элиды. Они проходили подготовку, отвечали за отбор атлетов, организацию, судейство и награждение. Их решения считались окончательными, но и их иногда обвиняли в предвзятости.

Перед началом Игр все атлеты и их представители приносили торжественную клятву перед статуей Зевса Клятвенного, что ни в чем не согрешат против Олимпийских игр. Нарушение клятвы считалось страшным святотатством.

Для каждого вида спорта существовали свои правила: запрет фальстарта, умышленных помех, определённых приёмов в единоборствах. За соблюдением следили элланодики и их помощники с розгами и кнутами (мастигофоры).

Если атлета ловили на мошенничестве, наказание могло быть суровым. За мелкие нарушения – публичная порка. За более серьёзные проступки, особенно за подкуп, налагали огромные штрафы. На деньги от этих штрафов в Олимпии воздвигали бронзовые статуи Зевса – Заны. Они стояли вдоль дороги на стадион, и на их постаментах высекали имена провинившихся и суть их проступка – вечное напоминание о позоре. Павсаний поясняет смысл надписей на них:

Одни из них гласят, что олимпийскую победу следует приобретать не деньгами, а быстротой ног и силой тела. Другие надписи возвещают, что эта статуя поставлена в честь божества на деньги, полученные от штрафа за нечестно добытую победу... шестая же надпись... говорит, что статуи эти поставлены в поучение эллинам, чтобы никто не старался деньгами купить себе олимпийскую победу.
(Павсаний, Описание Эллады, V.21.5-10, пересказ)

Атлета могли дисквалифицировать, лишить победы и отстранить от будущих Игр. В особо вопиющих случаях могли отлучить от Игр весь его родной город. Ну и, конечно, мошенник покрывал себя несмываемым позором. Несмотря на все эти меры, мошенничество продолжалось. Система контроля была несовершенна, а соблазн победить любой ценой часто перевешивал страх.

Гастроли императора и другие курьёзы

История античных игр полна не только подвигами, но и забавными, а порой и скандальными курьёзами.

Самый вопиющий случай политического вмешательства – «гастроли» императора Нерона в 67 году н.э. Ради него греки сдвинули сроки всех главных Игр. Нерон заявился на всё подряд, и ему везде присуждали победу. На Олимпиаде он участвовал в гонке на колеснице с десятью лошадьми, выпал из неё, не закончил гонку, но всё равно был объявлен победителем! Светоний так описывает его «спортивное» поведение:

В состязаниях он соблюдал строжайшие правила... Когда он выигрывал, он объявлял об этом сам; поэтому он всегда участвовал и в состязаниях глашатаев. Чтобы стереть память обо всех других победителях и не оставить от них следа, все их статуи и бюсты по его приказанию были низвергнуты, увлечены крюками и брошены в отхожие места.
(Светоний, Жизнь двенадцати цезарей, Нерон, 24, пер. М. Л. Гаспарова)

После его смерти все эти «победы» аннулировали.

Другой известный случай – хитрость спартанца Лихаса. В 420 году до н.э. Спарте запретили участвовать в Играх, но Лихас выставил свою колесницу под видом фиванской. Когда она победила, он от радости выдал себя. Павсаний сообщает:

...когда его колесница победила, Лихас собственными руками повязал ленту на возничего: за это он был высечен рабдухами [судейскими помощниками].
(Павсаний, Описание Эллады, VI.2.2, пер. С. П. Кондратьева)

Победу отдали Фивам.

Был и случай нарушения запрета для женщин. Каллипатейра из Родоса, чьи отец, братья и сын были чемпионами, переодевшись тренером, проникла на стадион. Когда её сын победил, она в восторге выдала себя. Её помиловали из уважения к семье, но после этого тренеров тоже обязали присутствовать на стадионе голышом.

Встречались и профессиональные «фолы». Борец Сострат по прозвищу «Пальчик» перед схваткой просто ломал пальцы соперникам. Формально не запрещено, но явно нечестно. Тем не менее, он так выиграл три Олимпиады.

Эти и многие другие случаи показывают, что античные Игры были живым, бурлящим событием, полным не только спортивного азарта, но и человеческих страстей, интриг и обмана. Идеализированный образ «честного спорта» был лишь одной стороной медали, а реальность, как это часто бывает, оказалась куда сложнее.