Источник: https://t.me/irenedrama
Итак… Война не спрашивает, писатель ты или нет. Не спрашивает, получил ты уже свою Сталинскую премию или только собираешься. Война приходит и бросает тебя в самое пекло, в самую гущу, в самую кровь.
Шолохов был не из тех, кто стал бы отсиживаться. Он не из тех, кто мог бы писать о боях, сидя в московской квартире или в доме в станице. Он – казак. Он – мужик. Он – воин.
23 июня 1941 года Шолохов отдает свою сталинскую премию за «Тихий Дон» (сто тысяч рублей!) в фонд обороны СССР и просит призвать его на фронт. Иосиф Виссарионович лично одобряет, и Шолохова посылают спецкором газеты «Красная звезда».
Он видит много всего разного, обескураживающего и горького. Как отправляли людей в бой даже без винтовок (в бою добудете), как дезертировали наши испуганные солдаты, как отступали армии, сдавая город за городом. Слышит, как матерятся солдаты в окопах – не от похабности, а от безысходности.
Писать об этом было нельзя, но сказать-то надо было хоть кому-то.
Шолохов не молчал и однажды даже шокировал народ, когда свое выступление закончил фразой, что нам надо учиться у немцев воевать. Ибо как он, русский писатель, может говорить народу неправду?
На фронте Шолохов пересекся с Эренбургом. Они никогда близки не были, так как до войны второй жил большей частью за границей. Тут автор «Тихого Дона» проявился первый раз как антисемит. Он довольно резко высказался против евреев, что дошло даже до Сталина.
После войны Шолохов вступает уже в открытый конфликт с еврейской интеллигенцией, засевшей в Союзе писателей под прикрытием русских псевдонимов. Прилепин не оправдывает его резких высказываний, но объясняет их: Шолохов видел в «космополитах» угрозу русской культуре. Это был не бытовой антисемитизм, а идеологическая война, разделившая литературу на «консерваторов» и «прогрессистов».
Интересно, что Прилепин проводит параллели с современностью: этот конфликт в литературе не исчез, он лишь видоизменился и продолжается до сих пор.
И самая личная и болезненная часть этих глав – мучительная бесперспективная любовь к девушке Лиле. Сорокалетний мэтр, титан советской литературы увидел в коридорах больницы восемнадцатилетнюю девочку и пропал. Шолохов рвется. Между женой, которая прошла с ним через все, и Лилечкой, которая смеется его седым вискам и рожает ему «незаконного» сына. Он – двоеженец. Он – грешник. Живой человек.
Конечно, все эти личные, партийные, литературные проблемы не могли не сказаться на Шолохове. Алкоголь стал бегством от них.
Водка. Горькая, как его правда. Жгучая, как его ненависть. Глубокая, как его тоска.
Он пьет запоями. До белой горячки. До того, что партия насильно пытается его лечить. Но как вылечить душу, которая болит? Как вылечить сердце, которое разорвано?
Самое печальное, что Михаил Александрович почти перестал писать. Конечно, в перерывах между запоями он брался за перо, но былых ярких и пронзительных строк уже не мог из своей памяти извлечь. «Тихий Дон» остался где-то там, в молодости, в ярости, в силе. А теперь – только обрывки и тени.
Вот он какой, Шолохов. Не монумент. Не икона. Не бронзовый бюст.
Человек.
ИЗ КОММЕНТАРИЕВ
Сергей Якушкин:
– Когда прочитал про его влюбленность в Лилю, в голове так и возникла фраза: все беды от женщин😂 Это, конечно, не так. Но какая судьба у человека всё-таки! Удивительно! И снова возникает удивление и недоумение: как это биографию Шолохова до сих пор не экранизировали!
А вообще мне бы хотелось, чтобы эту книгу издали с иллюстрациями, не вкладкой с несколькими фото, а чтоб читаешь про Ежова – и его фото, допустим, про друзей Шолохова – их фото. Пусть она на два тома растянется, пусть будет такой подарочный вариант. Я б купил с удовольствием!
Книга здесь.