Хрустальный Глобус –
Шар Земной.
А Саша – «злой»
как позывной.
Зови не зови –
не дождёшься ответа.
В хрустальной любви
раскололась Планета:
по имени «Саша» –
Планета наша.
Колки осколки,
колки.
Но Бог собирает
осколки,
и склеивается Земля
из боли и хрусталя:
«Творю всё новое», –
говорит.
А Саша взорван,
но не убит.
«Захар, я жив!» –
и это не миф.
Это мой крик,
что в сердце моём
Бог храм воздвиг
памятью нерукотворной –
Дом просторный
для всех убитых
в моей стране…
И снова крик:
«Не плачь по мне…»
Стою у колодца
с хрустальной водой –
боюсь расколоться
и стать слезой,
чтоб враг не подумал,
что я боюсь.
За нами – Храм
и за нами – Русь.
Сдаётся мне,
что Русь не сдаётся,
а Храм – тем боле:
Он в Божьей воле.
Так говорит Саша,
ему видней
с тысячами наших
мужиков-парней:
«Вот такие, Захар, дела,
с ними – беспилотники,
с нами – ангела́!
Но вражия сила
внутри страны,
Захар, пострашнее
любой войны.
Отсюда я вижу
детей сатаны.
Их много, их больше,
чем думаешь ты.
Враги гуляют по тылам,
иные затаились.
Я видел
дьявольский их план
победы через пораженье.
Захар,
Россия в окруженьи
попала
в собственный капкан.
Ещё не поздно –
Бог в подмогу,
но лишь – когда живём
по Богу:
душою русской не кривя
и не обманывая брата.
За правду!
Значит, будет правда:
воробышек
не хуже соловья!
Меня враги сослали
в вечность –
и я из вечности пою
Россию –
Родину мою,
невесту милую мою,
судьбу прекрасную мою
и в человеках
человечность!»
Молчит Захар.
Ответа нет.
Он знал,
что Саша был поэт
в душе, в любви, в бесстрашной силе…
«Зачем его, а не меня
убили?!
Теперь живу я за двоих –
и отвечаю за двоих…
Ах, Сашка, Сашка –
Ангел мой!
Ты в сердце стал моей слезой
навеки –
до скончанья дней
ты совестию стал
моей…
Придумать мог любой сюжет,
но чтоб такой –
страшнее нет!
И нет печальнее сюжета –
что Сашка был
и Сашки нету…
Когда б увидеться во сне,
хоть на мгновенье…
Через тебя
Бог выдал мне
Страны спасенье!
Нет,
я не сбрендил –
просто я
в долгу пред всеми:
в долгу пред Богом и людьми
во имя Божией любви…»
22 – 23 января 2024 г.
Оскар Грачёв