В середине XVII века, когда граница Русского царства с Швецией оставалась неспокойной, а Европа переживала бурное развитие армий нового строя, в глухом Олонецком уезде на севере Руси стартовал один из самых любопытных военных экспериментов своего времени. С 1649 по 1666 год здесь существовали полки пашенных солдат — уникальное формирование, призванное обеспечить безопасность окраины державы силами самих местных крестьян.
Идея, лежавшая в основе этих полков, была простая и новаторская: государственные крестьяне, освобожденные от тяжёлого государственного налога — тягла — должны были служить в армии, защищая свою родную землю. Предполагалось, что люди, для которых эта земля является домом, будут оборонять её с большим усердием, чем солдаты, присланные издалека. Тем более что их обучали по образцу западноевропейской пехоты, военной науке которой в то время подражали все государства, стремившиеся модернизировать свои вооруженные силы.
Однако за внешней простотой стояла масса неразрешённых противоречий, которые быстро начали проявляться.
Солдатское бремя на плечах пахарей
Поначалу местные крестьяне восприняли новый порядок службы как выгодный компромисс: освобождение от налогов в обмен на ограниченную службу в ближних укреплениях. Но всё изменилось с началом войн — сначала с Польшей (1654–1667), затем со Швецией (1656–1658). Крестьяне из Олонецкого уезда стали получать приказы об отправке на фронт — далеко от своих домов и хозяйств. Это нарушение негласной договоренности вызвало волну бегств, уклонений и растущего недовольства.
Чтобы избежать службы, люди шли на хитрости: постригались в монахи, становились дьяконами, нанимались в местные канцелярии подьячими. Некоторые — особенно зажиточные — прибегали к найму заменителей: платили другим крестьянам за то, чтобы те пошли служить вместо них.
Появление наймитов: теневая армия Олонецкого уезда
Исследования архивов РГАДА и СПб ИИ РАН показали, что практика найма получила широкое распространение уже к середине 1650-х годов. Самое раннее документальное свидетельство относится к 1655 году, когда воевода Олонца получил строгий приказ не зачислять в полки "наемных бобылей", не обученных солдатскому строю. Это значит, что к тому времени проблема наймитов уже существовала и беспокоила московские власти.
Но никакие запреты не могли сдержать эту стихийную практику. Бедняки охотно брались за службу за плату, а крестьяне, у которых были хоть какие-то сбережения, использовали возможность "откупиться". Исследование выявило 245 таких случаев найма в период с 1657 по 1663 годы. И это только по сохранившимся документам — на самом деле их, очевидно, было значительно больше.
Как заключались контракты на войну
Процедура найма была отнюдь не импровизацией. Чаще всего она оформлялась через поручные записи — своеобразные договоры, где фиксировались имена обеих сторон, а также поручителей, которые отвечали за добросовестность наймита. Если он сбегал с жалованием или оружием, поручитель был обязан либо сам идти на службу, либо компенсировать убытки.
Иногда поручителей было несколько — до шести человек. Однако на практике и они могли оказаться такими же "непрофильными" солдатами: бедными, больными или вовсе уже уклоняющимися от службы. Поэтому даже при тщательно составленном договоре ответственность за беглого наймита в конечном счете ложилась на плечи самого нанимателя.
Интересный момент: не всегда найм осуществлял сам солдат. Часто в роли нанимателей выступали его отец, брат или жена. Это говорит о коллективной ответственности семьи и страхе потерять кормильца. Иногда плата за найм была попыткой спасти младшего сына от высылки, если старший уже скрывался от властей.
Сколько стоила жизнь солдата?
Наем солдата был дорогим удовольствием. Размер платы колебался от 6,5 до 32 рублей. Для сравнения: за 10 рублей можно было купить двух лошадей или пять коров. Стандартный срок найма — один год, но если служба предусматривалась "до отпуску" (до роспуска полка), сумма увеличивалась. Такие случаи фиксировались при отправке полков в настоящие военные походы.
В документах указывались и особые условия: в одних случаях плату мог получить только сам наймит после возвращения, в других — его жена или поручители. Если полк оставался в Новгороде, часть платы можно было вернуть, но если он выступал в поход, деньги считались "отработанными" вне зависимости от фактического срока службы.
Механизм дал трещину
Со временем система найма стала столь распространенной, что подорвала саму идею солдатского сословия из крестьян. Бегства, подмены, коррупция, низкий уровень военной подготовки и сложные имущественные взаимоотношения разрушили стройность проекта. И хотя правительство предпринимало попытки законодательно регулировать отношения между солдатами-нанимателями и их наймитами, в условиях затяжных войн и постоянной нехватки ресурсов всё чаще на службу отправляли просто тех, кого удавалось найти — независимо от их способностей и подготовки.
Показателен случай, когда в росписи было зачеркнуто имя солдата, а вместо него вписано имя его отца и наймита. Подобные исправления говорят о постоянной "перебалансировке" ответственности внутри крестьянских семей, стремившихся всеми силами избежать фронта.
Почему это важно сегодня
История олонецких пашенных солдат — это не только фрагмент военной организации XVII века. Это живая иллюстрация того, как государство, пытаясь модернизировать армию и переложить ее содержание на плечи населения, сталкивалось с реальностью народной жизни: бедностью, семейными узами, нежеланием умирать в чужих землях и естественным стремлением к выживанию.
Сегодня эта тема почти забыта, и в историографии она освещалась лишь в работах М. А. Островской и Р. Б. Мюллера. Новое исследование по архивным документам значительно расширяет наши знания и делает тему наймитов в полках пашенных солдат важным сюжетом не только для профессиональных историков, но и для всех, кто интересуется тем, как жили и боролись за свое право на жизнь простые русские крестьяне в эпоху великих потрясений.
Вывод
Олонецкий опыт создания народной армии из государственных крестьян — попытка выстроить систему, в которой каждый человек защищает свой дом. Но когда война затянулась, а обещания государства остались невыполненными, система дала сбой. Крестьяне стали искать способы спастись — иногда за деньги, иногда хитростью, а иногда ценой чужой жизни.
Эта история не о трусости и не о жадности. Это история о грани человеческих возможностей, о попытке выжить в условиях, когда "долг перед Отечеством" сталкивался с голодной семьёй, пустой амбарной кладовкой и страхом перед смертью вдали от родных мест.