Ирина очнулась и посмотрела вокруг. Она лежит в медицинской капсуле на борту Чёрной Звезды. Всё вспомнилось в мельчайших подробностях. Детей она отправила в свободный полёт, как раз подросли живые звездолёты и им нашлись пассажиры. Она снова осталась одна, чтобы присматривать за вселенной. Только теперь она поняла, как чувствовал себя Капитан миллионы лет, летая в одиночестве по вселенной.
Эту битву она и выиграла, и проиграла, кто бы подумал про таймер на боеголовке ядерной бомбы. Никаких панелей, никаких электронных устройств, простой химический замедлитель. Да и не было без неё шансов у той цивилизации. Уничтожив армию захватчиков и все их звездолёты, она осмотрела поле битвы и уже собиралась взлетать на Чёрную Звезду, как бомба взорвалась.
– Неужели я выжила в ядерном взрыве? – удивилась она.
Мечи поглотили столько, что их стало трудно держать в руке, но не даром учил её Капитан, гоняя с тяжёлыми трубами, и всё равно, взрыв был ужасным. Она не помнила, как оказалась на борту и как улеглась в капсулу. А может, её кто-то положил сюда? Но кто бы это мог быть? Странного оказалась больше, чем можно себе представить, но время есть осмыслить, и она погрузилась в медитацию.
– Ещё пару сотен лет и она всё поймёт, – маленькая фиолетовая девчонка улыбнулась.
– А если разбудить и рассказать? – небольшая женщина, такого же фиолетового цвета стояла рядом.
– Тогда придётся всё объяснять, а зачем, время сейчас остановилось, и мы можем подождать.
– А наш мужчина не будет волноваться?
– У него же есть вторая ты.
– Но иногда и я скучаю по нему.
– Тебе понравилось жить, – мудро заметила девочка, – Ты не успеешь почувствовать это время, а у тебя есть работа. Пригодитесь все трое. Надо научить их перемещаться без звездолёта, всех её детей.
– Нелёгкая работа, да и займёт лет сто, – вздохнула женщина.
– Всего-то сто лет, что это значит, когда впереди вечность. Твоя подопечная стала одним целым с планетой, работы у тебя там больше нет, да и армия невелика.
– А армии Света у тебя нет?
– Нет, они ещё слишком молоды, могут наделать глупостей.
– Капитан говорил, что вначале была Тьма.
– Вначале было такое, что вам трудно будет понять, глупцы говорят, что вначале было слово, но откуда бы оно взялось? Тьму я создала, когда захотелось чего-то нового. Они интересные, но со временем стали слишком продуманными.
– А Капитан?
– Бунтари есть везде, – улыбнулась девочка. – Сначала он хотел просто посмотреть на вновь образовавшиеся вселенные. Но там стали происходить войны, они стали уничтожать друг друга. Пока это были дубины, всё могло затихнуть само, но за дубинами появились копья, пушки и мощные бомбы, одна из которых едва не погубила Ирину. Она справилась с лучевым ударом, но не со всем, да и радиация, в общем, она могла умереть, даже с её способностями. Я отнесла её на звездолёт и уложила в медицинскую капсулу. Тогда я была стариком, но какая разница.
Девочка попросилась на ручки, и Елена Сергеевна взяла её. Приятно держать малышку на руках. А та положила голову ей на плечо, и вселенная замерла. Сколько это продолжалось, час или год, или вечность, неважно. Ирина как раз проснулась и осмотрелась. Вокруг ничего не было, только откуда-то взялся песок и камень, на котором сидела старая знакомая и держала на руках свою маленькую копию.
Ирина выбралась из капсулы, покинула свой звездолёт и подошла к девчатам.
– Ты обзавелась малышкой? – улыбнулась она.
– Проснулась? – Елена Сергеевна улыбнулась в ответ. – Это ещё вопрос, кто кем обзавёлся.
Девочка открыла глаза и тоже улыбнулась.
– Вот и хорошо, пора начинать занятия, – объявила она.
– А чему мы тебя будем учить? – Ирина так ничего и не поняла, она же первый раз в этом месте.
– Меня? – девочка рассмеялась. – Меня вы уже многому научили, обе. Вот она будет тебя учить перемещаться без звездолёта. Ещё нужно твоих детей научить тому же, а я пока подумаю.
Она сделала пару шагов и стала седым стариком с посохом. Он уселся на песок и стал чертить на нём какие-то знаки.
– Кто это? – удивилась Ирина.
– Узнаешь в своё время, а теперь я научу тебя телепортации.
Посреди космического пространства, вдали от всех галактик и звёзд висит в пространстве старинный фотонный звездолёт. В нем сидят двое, дочка Ирины и младшая Елена Сергеевна.
– Просто надо исчезнуть и появиться вновь у меня за спиной. Не бойся, ты же проделывала это с шаром, научись делать то же самое и без него, просто собери себя в метре или двух от того места, где ты сидишь сейчас. Вообще-то расстояние не имеет значения, ментальное поле мы уже освоили, но надо научиться собирать себя без шара.
Это непросто и получается не сразу, но, когда получилось, открылись такие перспективы, о которых и мечтать не приходилось. Теперь можно в любое время оказаться в любой точке вселенной, надо только закрепить и отточить это умение.
Вот так и прошли годы, дети Ирины научились перемещаться в пространстве, да и сама Ирина тоже, но свои звездолёты никто не оставил. Ирина прикипела к Чёрной Звезде, став с нею одним целым, а про живые звездолёты и говорить нечего. Они друзья со своими пассажирами, просто две разных расы, сосуществующих вместе. Теперь Воины Тьмы могли появляться где угодно, ликвидируя конфликты и захватчиков, и во вселенной стало намного тише.
– Ничего, вот рожу вас и займусь обучением, а там живите сами, я буду спокойна за вас.
Ирина разговаривает с ещё не родившимися детьми. Не смогла удержаться и снова полетела туда, где погибли Свет и Тьма, породив гигантскую супергалактику. Мимо проходят тысячелетия, а она не стареет и живёт в одиночестве, когда не воспитывает своих детей. Она сама стала частью Тьмы и даже обитатели вселенной Тьмы воспринимают её, как неотъемлемую часть. Время не ослабило ни её любви, ни боли потери, просто они стали её сущностью.
Когда нет войн, она просто висит в межзвёздном пространстве и думает. Из Перекрёстка Миров она вышла совсем другой, но хуже не стала. А что будет впереди? Сначала родит двойню, потом выучит их всему, что умеет сама, Первые найдут им друзей, живые звездолёты, а может, они найдут планеты, на которых поселятся, оберегая их от бед. Никто не знает, что будет впереди, кроме вечности. Но она не даёт таких ответов, вечность молчит и слушает, а её творец снова сидит на ручках у той, кто и сама стала частью вечности.