«Мое фамилие Калачев», — говорит Иван Степанович, жених Алевтины, в фильме «Зигзаг удачи». С неменьшей гордостью это же мог бы сказать Гребстель, один из лучших бас-гитаристов страны, которого многие знают только под этим ником.
В группе Инны Желанной он был концептуальным ядром, во многом определяя звучание всего коллектива. Его шестиструнный безладовый бас создавал нужный колорит для каждой композиции — то упруго-динамичный, то агрессивный, то обволакивающий, поддавая русскому многоголосью современный урбанистический тембр. Местами его бас выполнял функцию синтезатора, когда Калачев переходил на аккордную игру. «Гребстель олицетворяет мировую тенденцию превращения бас-гитары из четырехструнной пукалки в полноценный инструмент», — отметил один музыкант.
Как-то я поинтересовался у Сергея, как он выстраивает свою басовую концепцию, на что он ответил: «У меня нет концепции, все само собой получается. Я просто играю, и все». Вот он, талант, интуитивный музыкант, у которого все рождается спонтанно. «А кто из басистов тебе нравится?» «Мик Карн, Тони Левин, Пасториус», — сказал Калачев, немного подумав.
Первые двое из названных вполне предсказуемы, их влияние чувствуется в игре Сергея, особенно его раннего периода. А вот имя Пасториуса я не ожидал услышать: Джако безусловно великий, но все же спортсмен, а Гребстель никогда не был спортсменом.
Калачев отличный композитор: в репертуаре Инны Желанной было несколько его вещей, включая великолепную Семь-восемь. Маленький шедевр, на мой взгляд. Говоря академическим языком, это композиция для голоса, двух кларнетов, бас-гитары и ударных. Гармонических инструментов нет (гитары, клавишных), только одноголосные, но их партии вырисовывают невероятные аккорды, и все это с драйвом, а любимый размер Стинга 7/8 здесь не для выпендрежа, а для внутреннего пульса, округли до 8/8, исчезнет весь кайф. К сожалению, нет студийной записи этой вещи, есть концертная на альбоме Moments (2000), но только на его втором издании.
В апреле 2004 г. в Москве выступил дуэт TU — Трей Ганн и Пэт Мастелотто, то есть ровно половина «Кримсона». Концерт закончился большим джемом, в котором участвовали и музыканты Инны Желанной. Старостин и Клевенский оттянулись по полной, но Калачев не поднялся на сцену, остался в зрительном зале. «Я не понимаю джем», — объяснил он свое неучастие.
Отдельно нужно сказать об инструменте Калачева. Он не признает фабричные бас-гитары даже самых известных фирм. В свое время он много экспериментировал и с количеством струн, и с их настройкой, и с ладовой и безладовой техникой, после чего пришел к выводу, что оптимальным для него будет шестиструнный безладовый бас. Именно такой инструмент по его заказу изготовил известный московский мастер Валерий Гуляев. Более десяти лет Гребстель играл исключительно на нем, а когда в одном самарском клубе его украли, мастер сделал новый вариант, точно приблизив все характеристики к исходной модели.
Нельзя не отметить, что на безладовых бас-гитарах обычно играют музыканты, имеющие контрабасную школу, реже скрипичную или виолончельную. У Калачева не было ни той, ни другой, ни третьей, однако поняв все возможности, которые дает безладовый инструмент, он самостоятельно, за счет абсолютного слуха и врожденной музыкальности, освоил эту технику на уровне суперпрофи.
В последние годы Гребстель играет в «Заиндивели» — этно-джазовой группе с индийским уклоном. Он и здесь на месте, хотя лад, гармония и метрическая структура у индусов весьма своеобразны. Но лады ему не нужны, игра его всегда гармонична, а метрика в полном порядке.