1941 год. Сентябрь. — Батя! Батя, не уходи! Белобрысый мальчишка с выгоревшими на солнце волосами бежал по пыльной дороге, раскинув руки. Босые ноги под короткими, многократно штопанными штанишками мелькали быстро-быстро, поднимая облачка пыли рыжеватого цвета. Мужчина с холщовой котомкой на спине, что успел отойти уже на значительное расстояние, резко обернулся, дождался пока семилетний сынишка добежит, подхватил его, прижал к грузи. Лизе тоже так хотелось — добежать, уткнуться носом в теплую от солнца рубаху отца и завыть белугой, как до этого выла мачеха на его плече. Но Лиза не могла. Не принято было у них с папой выражать эмоции и обниматься. Это Стёпке легко, вон как прильнул к бате! А Лиза стоит, переминаясь, в ситцевом платье, из-под которого выглядывают голенастые ноги, и только смотрит тоскливо, понимая, что теперь она осталась совсем одна. Батя, какой бы сухой и сдержанный на выражение чувств не был, был ей родной. Но он уходит на фронт, а Лиза остаётся с не любившей её ма
Публикация доступна с подпиской
ПремиумПремиум