Жизнь веду историческую, богобоязненную
Интеллектуальный быт родителей наполнен школьными предметами их детей. На повестке отрока — подготовка к ЕГЭ по истории. Поэтому на праздники поехали во Владимир — припасть к корневищам. Проверить сердце Святой Руси.
Бьётся ли?
Долго прорубались, скрипя дворниками, сквозь майский снежный буран. Дело обыденное, мирское. Гиперборея. Северный обрыв мира.
В храме смотрел на древнюю икону с тёмным ликом. Древняя икона смотрела на меня. Долго молился с перепугу. Потом на всякий случай решил облобызать, но нечто невидимое толкнуло в грудь: не прикладывай, дурак, губ поганых без причастия. Ступай прочь.
Свято-Успенский кафедральный собор возвели в 1158 году. Я стоял застывший между саркофагами внука Владимира Мономаха и мощами Александра Невского.
Дышит, дышит веками страна. Закричать бы, да голос как ничей.
Сколько ни пытался осмыслить 850 лет истории — не вмещает разум. Все мы — перелюбленные, избалованные дети своего времени. Нам кажется история — это мы. На нас началась история, а как умрём — на нас и кончится. И 850 лет для нас просто «давно».
«Давно» ➕ несколько абзацев из скучного учебника.
Вот на холме над Клязьмой кафедральный собор. Во время нашествия хана Батыя его так и не смогли взять. Владимир разорили, а белые стены храма обложили хворостом и подожгли. В дыму погибла вся княжеская семья.
Вот через дорогу от храма, где венчали на княжение Ивана Калиту, Дмитрия Донского и Александра Невского, взрывают динамитом церковь, чтобы на её месте воздвигнуть волейбольную площадку.
Вот рубят на дрова иконостас Андрея Рублёва и ликами святых топят буржуйки.
У нас в стране каждые сто лет — очередное мамаево нашествие. Словно бесноватые сначала создаём, а затем остервенело вырываем, проклиная, жизнь прошлых поколений. Будто хотим исторгнуть из себя память как грех. И ходим по кругу веками, держа в одной руке мастерок, а в другой — железный лом. Скипетр и держава для глупцов.
И каждый раз кажется: ещё одно мимолётное усилие, последнее — и всё рухнет окончательно.
Но стоит, стоит ещё белостенный храм Покрова на излучине Нерли. Каждый год в весеннее половодье церковь зрит с середины реки прямо в центр синего неба, а монахи монастыря, крестясь, плывут к ней на моторных лодках. Здесь внук Владимира Мономаха Андрей Боголюбский в 1165 году возвращался с великой победой и в слезах по умирающему сыну. Тут на повороте реки и умер израненный 18-летний дружинник и любимец отца Изяслав.
В этом повторяющемся маховике истории словно сюжет, транслируемый веками.
За все свои великие победы страна платит жизнями собственных детей.
Фото 1 — Свято-Успенский кафедральный собор, 1158 год
Фото 2 — Свято-Успенский кафедральный собор
Видео 3 — Внутреннее убранство собора
Фото 4 — фрески Андрея Рублёва, XV век
Фото 5 —Дмитриевский собор, 1191 год
Фото 6 — церковь Покрова на Нерли во время разлива
Фото 7 — церковь Покрова на Нерли, 1158 год
Фото 8 — мемориальная доска
