Есть одна великая несправедливость в этом мире: почему до сих пор нет памятника полной женщине? Не абстрактной "богине плодородия", а конкретной, живой — с пирожком в руке и приподнятой бровью, которая как бы говорит: "Ну, ты заходи, если что…" Потому что если уж говорить честно, то толстушки — это как плов: сначала ты думаешь, что не голоден, потом пробуешь ложечку, и через пять минут уже пуговицу на брюках расстёгиваешь. Она входит в комнату, и даже кресло слегка напрягается: «Опа!». А ты — нет. Ты расслабляешься. Потому что знаешь: сейчас будет хорошо. У неё походка не быстрая — плавная. Не потому что тяжело. А потому что торопиться надо тем, кто не уверен в себе. А она уверена. В ней есть что-то такое, что заставляет мужчину почувствовать себя спокойным. Как будто всё под контролем. Потому что всё действительно под контролем — у неё. Она сама себя держит в руках, и тебя туда же уложит. Добровольно. Если платье на худышке — это ткань на теле, то на пышной женщине — это борьба матер